Эмин. Чужая невеста - Ая Кучер

— Порядок, красавица? — мужчина сжимает моё плечо, удерживая на месте, а я честно качаю головой. — Что тебе наговорили? Представляю примерно, но дай мне конкретики.

— Ты… На дороге нашли… Ты?

— Я.

Сглатываю, всё тело парализует, не могу вдохнуть. Мне казалось, что это ложь, Эмин не такой, просто отец попытался связать две новости между собой. Но Хаджиев даже не пытается оправдаться.

— Он был… Он был хорошим человеком или бандитом?

— Он тот, кто меня с детства воспитывал, в каком-то смысле отца заменил.

Эмин ни капли меня не жалеет, бьет своей честностью по щекам. Я пытаюсь его оправдать, хоть немного, чтобы не так страшно было, но мужчина не тормозит, не дает мне упиться самообманом.

— А что он сделал, Эмин? За что ты…

— Много чего. Меня пытался обмануть, убить жену моего дяди. Кровь за кровь — это главный принцип семьи. С предателями только так разбираются.

— Со мной так же разберешься? Если я что-то… Что-то не так сделаю?

— Девочек я не трогаю.

— А не-девочек?

Неуместный вопрос вырывается быстрее, чем я успеваю подумать. Как это возможно вообще? Пытаться шутить, когда меня сейчас касается убийца. Живой мертвец.

— С не-девочками, Дина, я что-то другое делаю, — усмехается, касаясь моего подбородка. Мягко обхватывает, тянет вверх, чтобы я смотрела на него. — Я сейчас открою ворота, можешь уехать, если хочешь. Держать не стану.

— Не станешь? Но…

— Выбор за тобой, красавица. Уйдешь, я больше помогать не стану, хватит с меня рисков. Останешься, значит, будем дальше по плану действовать. Если тебя не пугает муж-преступник.

— Меня пугает муж-тиран.

Мне не нужно думать, не нужно взвешивать решения. Я не верю отцу, он не станет везти меня домой, а передаст прямо в руки Юнуса. Лучше с Эмином, здесь я сама буду виновата, если ошибусь с выбором. По крайне мере, он честнее остальных.

Я подписалась на это сама, единственный настоящий выбор за этот день. Пусть под влиянием обстоятельств, пусть других вариантов у меня всё равно не было.

— Мне холодно, — выдыхаю, пар изо рта идёт. Чуть толкаю Эмина, пробираясь внутрь. — А чай твоей тети ещё есть?

— Есть, она принесёт. Андрей, — моего отца зовёт, не двигаясь с места. — Разговор есть.

— О чём ты хочешь поговорить? Зачем? — оборачиваюсь, папа недовольно хмурится, но идёт к нам. — Эмин?

— Хотя бы немного приличий стоит соблюсти. Обсудим свадьбу, красавица, выкуп за тебя, всё происходящее. И так нарушил все традиции сегодня, но пусть хоть твой отец на свадьбе будет.

— Он не согласится!

— Согласится. Он ведь хочет свою плату получить.

Я отгоняю собак, которые выскочили на звук, не могу сейчас им ласки выделить. Меня тут на части разрывает от честности Эмина. Потому что это действительно всё, что заботит отца. Он продал меня, а сделка сорвалась. Захочет от другого получить плату.

— Обсудим соглашение в кабинете, — Эмин предлагает, кивая в сторону коридора. — Раз мы теперь почти родственники.

— Обсудим, — отец бросает резко, но сохраняет хладнокровие. — Дина, мы потом поговорим.

Всё повторяется, заставляя меня сжаться в ожидании непонятного. В прошлый раз отец так с Юнусом рассуждал, а потом меня замуж выдали, хотя я совсем другого ожидала.

Чувствую себя выброшенной за борт, декором в доме, пока мужчины всё решают. Я понимаю, что здесь такие порядки, но я к подобному не привыкла! Не хочу так. Но молчу, стягивая пиджак Эмина, отправляю на вешалку. Стараюсь занять себя, чтобы не устроить скандал, пока мужчины уходят.

— Дина, — оборачиваюсь на голос, не понимая, чего от меня ждут. — Идешь, красавица? Или позволишь отцу за себя решать?

— Когда это я позволяла? — вспыхиваю, стараясь не показать радости. Хоть один тут нормальный есть! Спешу к Эмину, следую за ним в кабинет. — Решения моего отца тебя не сильно волновали, когда ты меня замуж звал.

— Я привык всё напрямую с девушками решать, а не через посредников.

Мужчина пропускает мне внутрь комнаты, следом проскальзывает щенок. Не могу удержаться, поднимаю его на руки, когда усаживаюсь в кресло. Он забавно тявкает и помогает мне успокоиться. Чешу за светлым ушком, улыбаясь.

Всё равно я не понимаю, что за обсуждения могут быть. Пусть начинают свои торги, а я потом включусь. По крайне мере, это возможность узнать всё из первых уст.

— Сколько Юнус вам предложил? — Эмин сразу к делу переходит, не позволяя расслабиться. — Как я понимаю, у вас перед ним долг теперь, я его закрою. Но у меня есть свои условия. Вы не будете видеться с Диной, — вскидываюсь, но мужчина останавливает меня одним взглядом. — Если она сама не захочет. Не появляетесь в её жизни, не приближаетесь. Со своими проблемами обращаетесь к кому-то другому.

— Отступные в случае развода…

— Это мы с Диной обсуждать будем. Хорошая жена финик просит в качестве махра, не слышали? То, что захочет моя невеста в качестве платы, только нас касается. Я бы не обсуждал это с вами, но приличия, чтоб их. Вы будете на свадьбе, сами одобрите наш брак, а потом уедете. Поэтому у меня одни вопрос: сколько?

Отец даже не думает, не прикидывает, он четко называет. Я дар речи теряю от этой космической суммы, будто папа вдруг забыл, как правильно цифры называются. Если меня на органы продать, я всё равно столько стоить не буду.

Зачем отец так поступает?

Эмин ведь теперь точно откажется.

Он не станет терять такие деньги из-за незнакомки.

Глава 13. Дина

Я со злостью смотрю на свадебное платье. Не хочу его видеть, не могу. Я никогда не любила определённые цвета, все мне казались красивыми. Разные оттенки, теплые и холодные. Нельзя не любить определенный цвет.

Но белый я теперь ненавижу.

В голове звенит голос отца: «Юнус тебя простил, готов взять в жены» . Развернулся и выпалил это после того, как назвал мою цену. Как за товар, вещь. Воспользовался тем, что Эмин замолчал.

Я тоже молчала! На такие деньги можно жить очень долго, ни в чём себе не отказывая. Удивлена, что у отца только одна дочь, мог конвейер создать, каждый год кого-то замуж выдавать и деньгами бы весь дом забил.

Сумасшедший.

Намеренно меня подставил, чтобы Эмин отказался.

Смотрю на белоснежное платье, которое мне выбрали, и ничего не хочется. Ни двигаться, ни дышать. Падаю на чужую кровать, заворачиваясь в чужое одеяло. Здесь всё чужое. Я не хотела этого, не могу здесь находится.

— И что это такое? —