Так себе идея (СИ) - Палома Оклахома

Директриса, кажется, не слушает нас. Она притупляет взгляд в компьютер, «жонглирует» двумя телефонами, волосы на руках становятся дыбом, глаза бегают. Вид такой, будто в ее любимой теплице сдохли все томаты.

— Нет, вы не поняли. — Она резко вскидывает голову. — Телевидение перенесло дату съемок. Все утвердили на федеральном уровне. Бригада приедет не в конце мая, а… в перерыве между майскими праздниками. Но не волнуйтесь! В эти три учебных дня я освобожу все выпускные классы от занятий! Да, мы проведем последний звонок раньше, но и время на дополнительную подготовку тоже будет.

У всех в комнате одновременно опускаются плечи. Тишина. Только у Полины в руках с хрустом ломается карандаш.

— Между майскими? — Полина еще раз уточняет наш приговор.

— Ну а чего такого?! — словно оправдывается Елена Витальевна. — Целых три дня на то, чтобы украсить зал и отдраить школу. Родителей пригласим — помогут, как раз многие берут в эти дни отгулы. А к концу мая вы уже не будете голову ломать над постановкой и выступлением. Сосредоточитесь на своих экзаменах! В ситуации больше плюсов, чем минусов.

Я чувствую, как в животе все сжимается. Полина оборачивается то к Славе, то ко мне. Мы должны быть в Сочи ровно в эти числа.

Марфа с Ваней переглядываются. В глазах у Марфы что-то похожее на огорчение. Или сочувствие. Или все сразу.

— Но… мы не успеем, — вновь обретает дар речи Полина. — Мы же уезжаем двадцать восьмого.

— С объяснительными, — добавляю я. — Которые заранее были подписаны родителями и Вами.

— А если вам полететь? — предлагает Елена Витальевна. Очевидно, что она все предусмотрела и готовилась к затяжной дискуссии. — Школа поучаствует в организации авиабилетов и трансфера!

— Все равно не выйдет. — Полина быстро перебирает в голове варианты. — Настройка, прогон, звук. Мы опоздаем на собственный концерт.

— Что значит на собственный концерт, Полина? Ты же не заявлена как участник группы! Куда ты собралась? — хватается за соломинку директриса. — Что-то давно я тебя с гитарой не видела! Вот и вооружайся ей! Пусть они едут, а ты будешь тут помогать, подменишь Славу на инструменте.

Полина открывает рот, закрывает, потом снова открывает:

— Вы серьезно думаете, что они доберутся без меня до Сочи?

Елена Витальевна вздыхает, убирает очки на лоб.

— Конечно, не доберутся… Кого я обманываю…

Повисает молчание. Я вижу, что Полина пока не верит в окончательную победу в словесном сражении.

— Ну что же мне делать, дети? У нас на Славе все завязано: проигрыши на гитаре, отбивки, куплеты… — чуть не плачет Елена Витальевна.

У меня сердце сжимается. Как же она хотела передачу о школе, сколько вложила сил и нервов в организацию этого мероприятия.

Слава осторожно выступает вперед, будто проверяет, не стал ли пол в кабинете директрисы лавой.

— Елена Витальевна, у нас есть непревзойденная вокалистка, которой давно пора перестать выступать на подпевках, — ровно и спокойно говорит он.

Все оборачиваются на Марфу. Та замирает, как будто ее вызвали к доске.

— Нам с самого начала нужен был женский лид, — продолжает Слава уже гораздо увереннее. — Я вам запишу гитару. Все переходы сделаю заранее. А вокал… — он кивает на Волконскую. — Марфа споет лучше меня. В сто раз. Да еще и на басу подыграет.

— Я?.. — Марфа вжимается в стул. — Нет, Слав. Я не потяну. Я… Я не смогу.

— Сможешь. У нас есть неделя: возобновим репетиции с «Бесами», переаранжируем куплеты. Ты не просто справишься — ты всех сразишь! А еще тебя покажут по телику на всю страну.

Марфа краснеет. Ваня поднимает брови. Я слышу, как Полина под нос восторгается: «Нормально придумал».

Слава делает шаг к Марфе, кладет руку ей на плечо.

— Давно надо было так сделать.

Марфа впервые за месяц смотрит на него не исподлобья. У нее испуганные глаза, но я еще никогда не видела в них столько блеска. На долю секунды она улыбается — еле заметно, но очень искренне.

Глава 25

Конец апреля в Петербурге напоминает соседа, который не умеет здороваться: стоит на пороге парадной, тучно нависает над тобой, смотрит волком, а потом молча уносится прочь. На полу от его ботинок остаются лужи из слякоти.

Последние дни перед отъездом проходят в полусне. Я скучаю по Славе, хотя вижу его каждый день в школе. Ну что со мной не так?

Почти все свободное время он проводит с «Бесами». Они репетируют с Марфой финальные сцены спектакля, записывают музыкальные отбивки, меняют куплеты под женский вокал. Я стараюсь не ревновать, это ведь наше общее дело! Хочется отблагодарить школу и Елену Витальевну за прекрасные десять лет, проведенные в уютных стенах «Тихой гавани», за вклад в наше образование. А как еще лучше это сделать, если не помочь директрисе со съемками. Она вся уже извелась от нервов.

Марфа будто светится изнутри, а аккаунт «Бесов из леса» обрел вторую жизнь: там снова можно увидеть зарисовки о буднях музыкантов, прочесть интересные статьи, вдохновиться цитатами великих. Только вместо Славкиной голливудской улыбки на страничке все чаще мелькает заостренный носик Волконской.

Федя не вылезает из их аккаунта, а когда я ловлю его на сталкерстве с поличным, он каждый раз отшучивается:

— Да мне просто новая рубрика «Бесов» нравится! Видела? «Мой психотерапевт сказал…» называется. Угар!

* * *

Мы с Полиной вбегаем в магазинчик «Куролесовых» чуть с опозданием: зашли за пончиками для себя и ребят. Федя закрывает смену и расстилает на полу карту — бумажную, красочную, с загнутыми краями и горизонтальными заломами. Маршрут до Сочи продуман до мелочей, они с Полиной потратили не одну неделю на его составление. Расписано все: технические остановки, бензин, ночевки, маршруты объезда. Они даже наклейками пометили точки, где будут самые красивые закаты.

— Слава опаздывает? — Полина недовольно смотрит на часы.

— Пожалейте его, девчонки, у него сегодня две репетиции подряд, — тут же отчитывается Федя, выныривая из телефона. Опять сидел на страничке «Бесят»! — Сначала они гоняли все музыкальные номера по порядку, а потом Слава остался позаниматься с Марфой вокалом.

— А что, репетитора она уже не может себе позволить? — Я стараюсь скрыть негодование, но тут же ловлю на себе сочувственные взгляды друзей. Ревность льется через край, ничего не могу с этим поделать.

— У Марфы талант, — чуть покраснев, вступается за нее Федя. — Просто нужно помочь ей поверить в него.

— Ну а Шумка-то тут при чем? — раздраженно парирую я.

— Одной минорной Нотке он уже помог поверить в себя. И