Стану твоей первой болью - Маша Демина

Я нервно сглатываю

— Не уверена, что это хорошая идея.

Руслан царапает зубами нижнюю губу, а я слежу за этим движением, забывая дышать.

— Почему? — хриплый вопрос возвращает меня в реальность, я поднимаю взгляд, и по телу проносится легкий трепет — такими черными и опасными стали его глаза.

Я прикусываю язык, но все равно не могу удержать себя от очередной глупости.

— Потому что, когда я рядом с тобой, мои мысли путаются, и я хочу того, чего не должна хотеть. — Опускаю взгляд на его губы и медленно возвращаю к глазам, в которых скрывается что-то неизвестное, которое я хочу разгадать. — Ты… словно приводишь меня в беспорядок… И я не знаю, как с этим справиться.

— А ты хочешь с этим справляться?

Лицо горит от стыда, когда я вновь отвечаю неправильно:

— Я… Я не знаю.

А дальше происходит то, чего я боялась и ждала одновременно: Руслан обхватывает мой затылок сильной ладонью, толкает к себе и накрывает губы своими.

На мгновение бешено стучащее сердце охватывает страх, что я опять что-то сделаю не так… тогда я просто замираю.

И Руслан, не встретив сопротивления, проталкивает язык мне в рот и, сладостно замычав от удовольствия, скользит прохладным пирсингом по небу.

Я беспомощно цепляюсь дрожащими пальцами за его каменные от напряжения предплечья и пытаюсь не испортить этот чувственный поцелуй неумелым языком, едва поспевая за уверенными движениями.

Не отрываясь от моих губ, Руслан нащупывает пульт и раздраженно щелкает кнопками, пока вокруг нас не образуется тишина, нарушаемая лишь неровными вздохами.

Обхватив мое лицо крепче, он обрушивает на меня свои губы, словно шторм. Этот натиск практически отключает мой разум, но какая-то его часть продолжает упрямо сопротивляться. Не то чтобы это сопротивление способно на что-нибудь повлиять… но оно отвлекает.

«Это неправильно».

«Неправильно!»

«Неправильно!» — бьется в голове панический голос, пока его не заглушает низкий хрип Руслана:

— Расслабься.

Зажмуриваюсь.

— Я не могу… — шепчу между поцелуями, и внезапно все прекращается.

Руслан не спешит убирать ладонь с моего затылка, но отстраняется и заглядывает будто в самую душу. Его дыхание тяжелое, а глаза темнее ночи.

— Хочешь, чтобы я остановился?

Потрескивающая тишина между нами затягивается. Я хлопаю ресницами, взволнованно дыша через рот, наши губы едва касаются друг друга.

Должна ли я хотеть, чтобы он остановился? Да.

Но хочу ли я этого на самом деле?

Нет.

Выдержав жгучий взгляд, осторожно качаю головой.

Вижу, как острый кадык дергается на татуированном горле, оживляя черный рисунок.

— Скажи.

Нервно облизываю губы.

— Я не хочу, чтобы ты останавливался, — выдыхаю шепотом, и в следующую секунду оказываюсь на спине, а Руслан нависает надо мной и запускает пальцы мне в волосы.

— Если я зайду далеко, останови меня.

Судорожно сглатываю, несколько раз киваю и не успеваю сделать следующего вдоха — он снова захватывает мои губы в чувственном поцелуе и, будто само собой разумеющееся, я впускаю его бедра между своих ног.

Руслан с рычанием придавливает меня тяжестью своего тела, и его твердое желание упирается в чувствительную точку, вырывая из меня прерывистый вздох, который сразу же растворяется между наших губ.

Маленькая электрическая паутина расходится под кожей от каждого нового прикосновения. Одной рукой Руслан удерживает мою голову, второй — медленно соскальзывает вниз.

Он действует уверенно, но все, что у него получается завоевать, я отдаю сама.

Он сжимает мое бедро и притягивает к себе, с шипением толкаясь в меня эрекцией. Я обхватываю его шею и с тихим стоном прижимаюсь к сильному телу.

Его ладонь пробирается под край длинной футболки, и я задерживаю дыхание, а когда она скользит к талии, отстраняюсь от поцелуя и останавливаю его руку.

Руслан разочарованно стонет.

— Хочу посмотреть на тебя.

Прикрываю глаза и мотаю головой.

— Нет, — отвечаю с придыханием, — футболка останется на мне.

— Это все из-за шрама?

Я отворачиваю голову, тяжело вздыхаю и молчу, чувствуя, как к горлу подбираются непрошенные эмоции.

— Эй, — Руслан проводит костяшками пальцев по моей щеке. — Посмотри на меня, Дикарка.

Мне с трудом удается сглотнуть жжение в горле, и только потом я поворачиваю голову и смотрю в красивые глаза.

— Если ты не хочешь, чтобы я его видел, — хорошо, я уважаю твое желание, но позволь мне прикоснуться к нему и доказать, что эта часть тела ничем не отличается от другой.

Я растерянно бегаю взглядом по склонившемуся надо мной лицу Руслана.

Он терпеливо ждет. Но я вижу, как напряженно стиснуты его челюсти. И понимаю его.

Сомнения тяжелят грудь, царапают, а я… я так от всего устала. Я хочу освободить всю себя от многолетнего презрения, которое испытывала каждый раз, глядя на свое отражение в зеркале.

Если я и позволю себе сегодня упасть на самое дно, так пусть это случится с человеком, который мне нравится.

А еще я думаю, что, стоит мне перешагнуть эту грань, и Ратмир больше никогда не сможет выдать меня замуж.

Часто дыша, я позволяю теплой руке продвинуться выше. Еще и еще, пока грубые кончики пальцев не касаются уродливой границы ожога.

Затаив дыхание, пытаюсь разглядеть на лице Руслана хоть какой-то намек на отвращение, но ничего подобного.

Вместо этого он устремляется дальше, исследуя неровные очертания, и целует меня, окончательно лишая возможности владеть ситуацией.

Больше я не контролирую вообще ничего, потому что нежность, с которой он гладит мой ожог, и одновременные поцелуи кружат голову и стирают остатки страха.

Я больше не хочу бояться.

Я хочу все, что мне обещают эти поцелуи и прикосновения.

Твердая выпуклость прижимается между моих ног, и я запрокидываю голову, выдыхая стон с дрожью в горле.

— Точно не хочешь остановиться? — хрипит Руслан, а у меня все трепещет от разливающегося внизу живота тяжелого жара.

— Нет, — торопливо выдыхаю. — Не останавливайся…

Опускаю голову, притягиваю Руслана к себе и шепчу ему в губы:

— Мне хорошо с тобой.

На мгновение мои слова заставляют его напрячься, затем он прикрывает глаза и с низким рычанием прижимается своим лбом к моему:

— Тебе лучше помолчать.

Не дав мне ответить, срывает с себя черную футболку и целует меня, на этот раз грубее, будто злится, но мои руки, блуждающие по мускулистым плечам, заставляют его смягчиться.

Не прекращая целовать, он подцепляет пальцами резинку моих трусиков, оттягивает и отпускает, от резкого шлепка у меня сбивается дыхание.

— Уверена? — в последний раз спрашивает Руслан, опираясь на руку возле моей головы, пока другую опускает вниз, и я не сразу понимаю зачем. Только когда между ног пружинит тяжелая эрекция, я