Вслед за тобой - Виктория Кузина

Мы прыскаем со смеха, но мой обиженный друг лишь молча садится за руль. Да, с этими ребятами не соскучишься.

— Ну что, готовы сегодня отдохнуть? — спрашивает Рома. — Повод прекрасный — наша любимая Таня сделала над собой колоссальную работу и была вознаграждена… чего вам там давали?

— Грант.

— А, да. Была вознаграждена грантом.

— Ты сильно губу не раскатывай, средства направлены на развитие университета, — говорит ему Катя.

— Да понял я, не дурак. — Он заводит машину, и трогаемся с места.

— Я бы не была так уверена. Порой, ты у меня такой дурачок, что диву даюсь, — с сарказмом говорит подруга и отворачивается к окну.

— Так, ребята, если вы сейчас не прекратите, я выйду. Серьезно. — Я скрещиваю руки на груди и откидываюсь на заднее сидение.

— Каким это образом? На ходу? — усмехается Рома.

— А как же вера в меня? — спрашиваю у него, а у самой смех просится наружу. Даже просто от того, что мне хорошо с ними.

— Я в тебя всегда верю, но, прости меня, Супермен из тебя, мягко говоря, недоделанный.

Катя смеется в голос, а я широко улыбаюсь. За какие заслуги я заслужила этих прекрасных людей?

— Я вас люблю, вы знаете об этом?

— Конечно! — Поворачивается ко мне Катя. — Как и мы тебя. Да, Рома?

— Несомненно. Ты у нас одна такая, Танюш. — Он смотрит на меня через лобовое стекло и подмигивает.

— Спасибо вам, что вы есть в моей жизни, — надломленным голосом произношу я.

— Так, без слез, пожалуйста, а то я не выдержу, и тогда, для полной картины, сделаю Роме больно, чтобы мы плакали уже втроем, — тараторит подруга, а сама начинает часто моргать.

— Не тронь меня! Мое тело свято, — говорит Рома, на что Катя ударяет его по плечу. — Ау, больно!

— Терпи, святыня, и смотри на дорогу, — ворчит она и удобнее усаживается на сидении. — Все же путь не близкий.

И мы погружаемся в уютную тишину, пока Рома не решает включить музыку, под которую мы сразу с Катей начинаем громко подпевать.

Глава 16

— Таня, а как у тебя с работой? — спрашивает Катя и корпусом поворачивается ко мне.

— Завтра уже выхожу. Сразу после последней пары, — отвечаю ей и кручу в руках телефон.

Мы проезжаем мимо густых деревьев по асфальтированной дороге, а в моей голове абсолютная пустота.

— Кстати, Танюш, я тут узнал, где твой отец обитает, — начинает говорить Рома, и я мгновенно напрягаюсь. — В конце города снимает какое-то захолустье. За эти дни нигде не был замечен. Сидит у себя тише воды, ниже травы.

— Это радует, — отвечаю ему, непроизвольно сжимая кулаки.

— Эй, — Катя тянет ко мне руку, — все хорошо. За ним наблюдают. Если он опять к тебе сунется, ему мало не покажется, правда, Ром?

— Отвечаю. За тебя мы любого порвем. Ничего не бойся. — Рома снова встречается со мной взглядом через зеркало и затем смотрит на дорогу.

— Я знаю, что с вами буду в безопасности и обещаю не забивать голову. — Сжимаю в ответ руку Кати и отпускаю.

Дальше мы едем в тишине, но совсем ненадолго. Стоит нам увидеть очертания домов, как Катя начинает распределять между нами троими обязанности.

— Катя, а разве никто не собирается нам помогать? — удивленно спрашиваю я.

— Так никого не будет для помощи, остальные подтянутся ближе к вечеру. И вот поэтому у нас будет два часа на то, чтобы все сделать в лучшем виде. — Подруга смотрит на Рому, на что тот лишь кивает.

Ну и ладно, справимся, так справимся. Не впервой.

Подъехав к дому, мы разгружаем машину и несем все необходимое внутрь. Дача просто шикарная. Современная, с баней и сауной. Если изначально казалось, что мы не успеем подготовить продукты и пожарить шашлыки к приезду других ребят, то просто не верили в свой успех. Все сделали вовремя.

Наступает самый разгар нашего веселого вечера, где я без конца принимаю поздравления. Я честно пытаюсь расслабиться, но мысли о Марке меня никак не оставляют. Он еще на операции, я точно знаю, иначе давно бы мне написал. Хотя не понимаю, откуда такая уверенность.

— Таня, иди сюда! — кричит Катя, и я поворачиваюсь к ней.

— Что?

— Там кое-кто пожаловал, — заявляет она с широкой улыбкой.

— Ну и кто этот человек, отчего ты не называешь его имени? — Подхожу к ней, а затем поворачиваюсь в сторону калитки, где стоит Макс и пожимает руку Роме.

Мое сердце делает кульбит.

— Что, подружка, дар речи потеряла? — Хихикает эта заноза. В ответ я ударяю ее локтем по руке. — Ой! Больно же! Да по тебе укол от бешенства плачет!

— В следующий раз будешь знать, как меня подкалывать, — ворчу я и ухожу на веранду, с которой открывается вид на темнеющий лес.

Мне всегда нравилось это место. Оно дарит чувство покоя и умиротворения. Хотя так было до сегодняшнего дня. Пока я дрейфую в своем сознании, чувствую вибрацию телефона в руках.

Марк Александрович: Танюша, я только с операции. Все прошло успешно. Устал дико, но оно того стоило. Я пропаду на какое-то время, так что не теряй в случае чего. И прости, что не попрощались должным образом. Добрых снов.

Я: Я очень рада, что все хорошо! Отдыхайте, Марк Александрович, вы заслужили J . Спокойной ночи.

Марк Александрович: J .

Судя по последнему сообщению, у него совсем нет сил. И только сейчас я понимаю, что по-настоящему расслабляюсь. До чего же теперь легко.

— Скучаешь, малышка? — Стою на месте, не смея пошевелиться. Мое дыхание сбивается, но я всячески стараюсь не показать, как он на меня влияет.

— Мне было весело, пока ты не оказался рядом, — безэмоционально отвечаю я и отхожу от Макса подальше, лишь бы не чувствовать его головокружительный аромат.

— Неужели я настолько тебе противен? — Что я слышу? Недовольство?

— Много чести, знаешь ли, — фыркаю я и иду к Кате, вдруг ей нужна моя помощь?

Но мое предложение сделать