Его исчезнувшие - Юлия Юрьевна Бузакина
Лиза вздыхает. Пялится на свои безупречные ногти, а я напряженно сглатываю.
— Та папка, что я передала Наде, была моей единственной надеждой на спасение. Если она не сработает, ничего хорошего меня не ждет.
Она горько усмехается, крутит нервно чашку на блюдце.
— Ты это хотел услышать?
Я хмурюсь. Мне не нравится ее рассказ. Там нарушений законодательства уже на несколько серьезных статей.
— А от Игоря одни неприятности. Он просто не понимает, что если мне поломали ребра за небольшое опоздание, то теперь… — Лиза тяжело вздыхает. — Вряд ли я выживу.
Надя вспыхивает.
— Прекрати! Так… не будет!
Но я понимаю, что дело — дрянь. Если мой братец упек в такое же место Марьяну, от семьи которой зависело его материальное благополучие, то что говорить про никому не известную Лизу?
— А кто еще в курсе, что Дамир удерживает тебя силой? — интересуюсь осторожно.
Она пожимает плечами.
— Начальник его личной охраны Тагир, точно в курсе. Ребра мне он ломал под горящим взглядом Дамира. Никогда не думала, что такие садисты существуют в реальности!
— В больницу обращалась?
— Нет. Какая больница? Смеешься? Кто бы мне разрешил? Я дома провалялась две недели. Потом понемногу начала в себя приходить.
— Давно это было? Может, есть возможность пройти медицинское освидетельствование?
— Может, лучше сразу пулю в лоб себе пустить?
Я напряженно постукиваю пальцами по столу.
— Квартиру Игоря не покидать не под каким предлогом, поняла? До тех пор, пока мы с этим делом не разберемся, тебе лучше тихо сидеть здесь.
Лиза грустно усмехается.
— У меня теперь нет выбора. Только прятаться. Тагир придет за мной. И не потому, что он верный пес твоего брата. У него есть ко мне... кхм, личный интерес. Я ведь не раз ловила на себе его взгляды. Понимаю, что они означают. Вопрос лишь в том, как быстро он найдет эту квартиру. Я не уверена, что эти стены меня спасут.
— Еще как спасут, — пытаюсь ее обнадежить. — Уж мы тебя точно в обиду не дадим, не переживай. Дамир — мой родной брат, но это не помешало ему сломать мою жизнь, отправив в тюрьму за преступление, которого не было. Так что, если у тебя и есть союзники в этом деле, то их ты найдешь только здесь.
Лиза хмурится. Нервничает.
— Я бы не хотела подвергать опасности Надю и малышку. Можно мне как-то уехать? Подальше отсюда? Если бы была возможность восстановить мои документы, как утерянные, я бы могла просто исчезнуть.
Я отрицательно качаю головой.
— Пару дней подождем. Если дело выстрелит, возможно, тебе не придется больше прятаться. С документами поможем, не волнуйся. Лучше скажи: есть еще что-то, чего мы должны опасаться?
Сестра Нади вздыхает.
— Нет, кроме того, что скоро нагрянет начальник охраны, вам опасаться нечего.
— Очень страшно, — слышим холодный голос Игоря, и все взгляды устремляются на него. Он вроде бы выпивши, но не пьян. Только глаза горят нездоровым блеском. О, как же мне знаком этот блеск.
— Мы справимся, — убеждаю Лизу.
Она вздыхает. Прячет взгляд. Игорь садится рядом с ней за стол, но она на него не смотрит.
— Данные этого начбеза давай сюда, — угрюмо посматривает на нее Свиридов и достает свой мобильник. — Будем играть на опережение.
Лиза сливает данные, но на Игоря по-прежнему не смотрит.
Мы с Надей тоже молчим. Переглядываемся. Я под столом накрываю ее руку своей. Чувствую, как ее теплые пальцы реагируют ответным прикосновением, и от этого на душе становится тепло, как никогда.
Игорь что-то вбивает в телефон, озабоченно кому-то пишет сообщение.
С его игрой на опережение я полностью согласен. Лучше быть начеку, чем браво убеждать себя, что мы в безопасности. Какая безопасность, когда меня еще пару дней назад едва из автомата не уложили рядом с семьей Марьяны?
Я украдкой рассматриваю сестру Нади. Лиза мне нравится. Попала в ад, но разве мне ее судить? Она отважная, смелая. Не потеряла себя. Думает о безопасности Нади и ребенка, хочет их от себя избавить… А мне почему-то предательски, до скрежета зубов хочется ее спасти. Хочется, чтобы у них с Игорем все наладилось. Сможет ли он принять ее такой, как есть, после всего, что с ней произошло? Тот еще вопрос. Ведь чужая душа — потемки.
«И почему все так сложно?» — размышляю потерянно, наблюдая за тем, как Свиридов исступленно с кем-то переписывается.
Глава 49. Надя
Утро неумолимо врывается в мои сны голоском Василисы:
— Мам, пить! Пить хосю…
Дочка больно впивается пальчиками в мои растрепанные после сна волосы и тянет их к себе.
Я с трудом разлепляю глаза.
Марата рядом нет.
— А папа где? — пугаюсь спросонья. Потерять Марата еще раз — мой самый страшный сон. Без него не смогу.
Через пару мгновений прихожу в себя — да куда ему деться двадцать третьего февраля утром в общероссийский выходной?
— Папу опелилует Лиза! — торжественно сообщает Васька, и я окончательно просыпаюсь.
— Что делает? — уточняю изумленно.
— Нозиком лезет, — выкатив васильковые глазищи, поясняет жестами дочка.
— Зачем?
Я тяну к себе халат, запахиваю его плотнее и беру дочку за руку. В пижаме с розовыми цветами она выглядит, как маленький ангелочек.
Надев ей на ножки тапочки, нахожу свои тапки под кроватью, и мы вместе выходим в холл.
В зоне кухни-столовой слышен тихий смех Лизы и приглушенные ругательства Марата.
Мне в нос ударяет запах перекиси водорода и медицинского спирта.
— Единственное, чему я хорошо научилась в медучилище, так это на ура делать перевязки, уколы и ставить капельницы с первого раза попадая в вену, — дружелюбно поясняет моя сестра.
— Привет, — я притормаживаю у стола. Там ворох грязных бинтов и вата.
Лиза приветливо мне улыбается. Сегодня она выглядит получше, чем накануне. Сестра в длинном мужском халате серого цвета, и я понимаю, что это халат Игоря. Ее светлые волосы сплетены в тугую косу, с лица сошла бледность. Игорь благородно уступил ей свою спальню, а сам ушел ночевать в рабочий кабинет, там раскладывается диван.
— Привет. Ваш папа решил довериться мне, чтобы сегодня не ездить в госпиталь, — сообщает между
