Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос

— В какой юридической ветви власти они состоят, бригада мужчин, похожих на полубогов?

Луиза следует за мной в спальню и захлопывает дверь, когда мы оказываемся внутри.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает она.

— Нам нужно поговорить. — Я ищу, что мне надеть.

— Разговор? О чем? — вмешивается она, отталкивая меня от шкафа для одежды.

В понедельник я пришла к нему в спортзал, — раздеваюсь я, — поцеловала его, а потом занялась оральным сексом в кабинете.

Если я не заговорю, она приклеится к моей спине на всю оставшуюся ночь.

— Почему ты мне ничего не сказала?! Я твоя лучшая подруга, я имею право знать такие вещи.

— Я искала подходящий момент, давай обсудим это позже? Он ждет меня снаружи.

Иди в душ, — раздраженно говорит она, — я принесу твою одежду.

Я быстро принимаю ванну и позволяю подруге высушить мои волосы, пока я наношу макияж.

— А разве нет чего-то другого, кроме платья? — протестую я, когда она достает из шкафа одежду.

— Ты проводишь дни в брюках и ботинках. — Она подходит к ящику и достает подходящий пояс. Мы знаем, что он все равно не продержится долго.

Это заставляет меня вспомнить его слова: «Нам есть о чем поговорить», но я оставляю их без внимания. Я влезаю в платье, позволяя ему поправить пояс на моих бедрах, обуваю туфли на каблуках, беру сумочку и собираюсь уходить. Ночная прохлада заставляет мою кожу покрываться мурашками, когда я выхожу на улицу. DB11 все еще стоит на том же месте, и я обхожу его, садясь на кожаное пассажирское сиденье.

Кроме твоей подруги, кто-нибудь еще знает, что мы едем? — спрашивает он, пока я пристегиваю ремень безопасности.

— Нет!

Никто больше не должен узнать, — предупреждает он.

Я киваю, он заводит мотор и выезжает в лондонские пробки.

По дороге он молчит. Он не сводит глаз с дороги, и это хорошо, учитывая, что он ведет машину как сумасшедший, уворачиваясь от всего на своем пути. Мы проезжаем центр города, и он направляется в Хэмпстед. Он подъезжает к роскошному тридцатиэтажному серому зданию, где парковщик спешит открыть нам дверь.

— Добрый вечер, сэр! — приветствует он, выходя из машины.

Он не отвечает, просто бросает ключи, чтобы я поймала их в воздухе.

Приемная больше похожа на пятизвездочный отель, чем на жилой дом. Швейцар снова приветствует его, но, как и другой мужчина, он зарабатывает игнор века. Он набирает код этажа в лифте и стоит молча, как будто в одиночестве. Стальные панели открываются, оставляя меня в восторге от открывающегося перед нами пентхауса.

Фойе — это большое, отделанное мрамором помещение со сводчатым потолком, на стенах висят картины с лондонскими пейзажами. Огромный аквариум занимает целую стену; справа от меня — набор диванов, а перед мебелью — гигантский экран у огромного камина.

Холодно, ледяной ветер дует из двойных балконных дверей. Все вокруг черное и серебряное.

Когти стучат по полу, это серо-белый сибирский волк бежит к Кристоферу.

— Зевс! — Он приветствует его, проводя рукой по голове, и животное встает на две лапы на его талии.

— Как мило! — Я глажу его по шерсти.

Он лает и обнюхивает меня, пытаясь запугать.

— Отстань! — Он не любит незнакомцев.

— Кто такой хороший пес? — Я разговариваю с ним.

Я потакаю ему, и животное расслабляется на полу, переворачивается на спину и поджимает лапы к животу.

Но ты такой воспитанный.....

Я смотрю на мужчину рядом со мной, который хмурится на меня.

— Он выглядит дружелюбным.

Он выражает раздражение взглядом, а затем направляется на кухню. Я слышу звук крана, затем вижу, как он возвращается, вытирая руки.

— Садись. — Он указывает на диван.

— Твоя идея поговорить... - огрызаюсь я на собаку, которая убегает по коридорам, — обязательно было делать это в твоей квартире?

— Я привел тебя сюда не только для того, чтобы поговорить. — Он снимает пиджак.

Мое сердце учащенно забилось при этом замечании.

— Ты голодна?

Я отказываюсь, садясь в кресло.

— Вино, бренди?

— Вино подойдет.

Он идет к мини-бару, наливает два бокала и садится в кресло напротив меня. Мои ладони начинают потеть от нарастающего напряжения.

— Как прошел Кембридж? — Я пытаюсь завязать разговор.

— Я привел тебя сюда не для того, чтобы говорить о работе.

У него серьезные проблемы с вежливостью.

Говори все, что хочешь мне сказать, — требует он. Я больше не потерплю твоего незрелого поведения.

— Мне нечего сказать. — Пожимаю плечами. Я думаю, что ты спишь с Ириной, и мне стало жаль Сабрину, когда она пришла ко мне в дом.

— Твои эмоциональные перепады могут создать нам проблемы в будущем.

— Проблемы в будущем? У нас проблемы с тех пор, как мы переспали. Как ты думаешь, что я почувствовала, когда Сабрина пришла ко мне домой и потребовала узнать, кто твоя любовница? Как я могла ответить, зная, что я одна из многих?

— Она не знает.

— А что мы будем делать, когда она узнает?

Этого не случится, — уверяет он меня. Ты беспокоишься об абсурдных вещах.

— А ты не думал о том, как к этому отнесется Братт, как к этому отнесется твоя жена?

— Да, но, спросив меня, я не отвечу.

— Ты говоришь, что все это легко, но это не так.

Я не хочу волноваться, я просто хочу насладиться этим, пока все длится, — утверждает он, — все закончится, когда вернется Братт, так что я не понимаю, почему ты ставишь столько «но» на такое простое дело.

— Я в этом не уверена, — соглашаюсь я.

— Ты не уверена в чем? В том, что вернешься к Братту, когда он приедет?

— И в том, что сможешь справиться с ложью.

— Ты сделаешь это, потому что любишь его. Когда ты увидишь его, ты почувствуешь то же самое, что чувствовала до тех пор, пока была с ним.

— Теперь ты думаешь за меня.

— Я не думаю за тебя, я просто реалист, тебя просто тянет ко мне. Тебе нравится, что нам весело вместе, но ты любишь его. То, что ты чувствуешь к нему и ко мне, — совершенно разные вещи.

Я делаю глоток вина.

— Ты хочешь этого или нет? — спрашивает он, раздражаясь.

Конечно, хочу, я и так уже измучилась с этим дерьмом и теперь не могу просто стряхнуть с себя грязь.

— Давай насладимся сексуальной химией, а? Я уверен, что это не перерастет.

Сомневаюсь, что это просто сексуальная химия со мной.

— Ты не знаешь, вдруг...

— Рейчел, никто не собирается влюбляться. Это просто секс, — перебивает она меня, — я не собираюсь уводить девушку Братта, я просто хочу трахнуть