Змей. Скромница для мажора - Ника Княжина
Полина появляется передо мной. Хлопает длинными ресницами. Ну и что в ней натурального? Ресницы явно в салоне себе налепила. Губы накачала. Какова она без всего этого?
Блядь. А ведь даже рядом с Верой не встанет.
Впервые Истомину сравниваю с кем-то. И явно преимущество не на её стороне.
Чем она меня зацепила? Понятия не имею. Наверное, тем, что вела себя сначала как недотрога, а я привык, что девчонки сами клеятся ко мне. Но не Полина. Не думал, что она обычная шалава.
Долго возводил её в ранг святых. А после того, как она с Шипом переспала, так сразу перестала казаться мне такой идеальной. Я уже и не хотел с ней больше встречаться. Злился и сам на себя за то, что всё равно торкает, когда появляется в поле моего зрения.
Форменный идиот. Кто ж знал, что влюблюсь в шлюху?
Вздыхаю и достаю сигареты из кармана.
— Ты собираешься курить прямо тут? — ворчит Полина. — Не люблю, когда в квартире воняет.
— А мне похер, — усмехаюсь я и закуриваю.
Выпускаю струйку дыма ей в лицо. Полина морщится и отходит. Виляет бёдрами так, что глаза невольно останавливаются на её заднице. Знает, что фигура у неё хорошая и демонстрирует.
Ещё и этот халатик напялила зараза.
— Ты сегодня какой-то не такой, — всё ещё недовольна.
Садится в кресло и смотрит на меня. Закидывает ногу на ногу. Тонкая ткань подскакивает ещё выше, полностью обнажая бедро. Без трусиков.
Я смеюсь. И почему она вдруг решила меня соблазнять? Список всех, с кем хотела трахаться, закончился, что ли? Как-то сказала, что даже если я останусь последним мужчиной на планете, она со мной не полезет в койку.
Специально, сучка, меня проверяет.
Может решила обломать?
— Рассказывай, Поля.
Я тянусь к бутылке и делаю глоток из горла под прищуренным взглядом Истоминой. И мне прямо нравится её выводить из себя. Видимо, сценарий, который она себе представила, не работает.
И почему я раньше так не развлекался? Забавно даже.
— В общем, есть одна тема. Представляешь, завтра на вечеринке у Тьмы будет кое-что интересное. Ты же идёшь?
— Нет, нахрен, вечеринки. Если у Тьмы, то там по любому будет Шип. А я с ним в контрах, тебе ли не знать.
— Ну и что? Будто тебя это когда-то останавливало.
— В последние дни у нас обострение самцовости. В общем, тебе-то какое дело?
Я наливаю в бокал вино и жду, пока Истомина возьмёт. Берёт, выпивает. Потом ведёт плечиком. Халатик так и норовит сползти. Поправляет в последний момент, не давая мне возможности рассмотреть её грудь.
— Есть кое-что интересное, — говорит Полина и накручивает на палец прядь волос. — Я с Шипом там замучу снова.
— Идиотка, — качаю я головой. — Он влюблён. Нахер ты ему нужна?
— Он сам мне предложил встретиться. А ты в это время можешь подкатить к его Настеньке. Ты ведь хотел отомстить.
Мастер интриги, блядь. Звучит бредово, но теперь точно придётся тащиться к Тьме, чтобы увидеть, что Полинка там намутить успела. Как-то не верится в её бредни.
— Ладно, посмотрим. И что теперь?
— О чём ты? — хлопает глазами как невинная овечка.
— Трахаться будем?
— Какой же ты грубый. Я, может быть, Шипа люблю, а ты вот так…
— Идём.
Поднимаюсь с места, тушу окурок в пустом бокале. Истомина снова хмурится, но покорно встаёт с кресла. Проходим прямо в спальню. С кровати призывно стянут плед. Останавливаюсь и достаю ещё одну сигарету.
Полина забирает её у меня из рук и кладёт себе в рот. Смотрит хитро.
Достаю ещё одну. Мне-то не жалко.
— Давай на балконе курить, — просит она. — Не хочу провоняться вся. Мне тут ещё спать.
— Думаешь, я дам тебе спать? Я тебя буду всю ночь юзать в разных позах.
Хихикает. Я подталкиваю Полину к двери. Шлёпаю по заднице. Давно хотел, но кто ж знал, что мне такой шанс выпадет. Истомина продолжает смеяться. Берётся за ручку двери, открывает.
Я обвиваю её за талию и не даю выйти.
— Змей, ну чего ты? Уже курить не хочешь?
— А может я тебя больше хочу, чем сигареты.
— Так и должно быть, — замечает она довольно.
Я тянусь к завязкам и расплетаю халатик. Ныряю рукой в открывшееся пространство и обхватываю её грудь. Вздыхает.
— Змей, я и не думала, что ты такой…
— Какой? — любопытствую я.
— Жаркий парень.
Стягиваю халат с плеч, полностью обнажая её. Полина пытается повернуться, но я не даю.
— Даже не поцелуешь меня? — немного обиженно спрашивает, а я снова шлёпаю её уже по оголённой ягодице.
Тут на правой стороне татушка. Сердечко со стрелой. Оригинально, конечно, типа, разбитое сердце. Почему-то на девушках все татухи воспринимаются мной как пошлость. Да ещё и на таких местах нескромных.
— Змей… — чуть ли не стонет, хотя я ещё ничего особого не делал, только сосок сдавил.
Подталкиваю Полину вперёд. Она упирается ладошками в стекло. Мы уже на балконе. Здесь окна во весь рост. От пола до потолка. Красота какая. Внизу вид шикарный, а соседям-то какое чудо сейчас открывается. Прелесть просто.
Я отступаю назад и захлопываю дверь. Опускаю ручку.
Полина изумлённо оборачивается и смотрит на меня. Обнажённая. И запертая.
— Что за шутки, Змей?!
Я выставляю средний палец. Достаю телефон и фотографирую Полину через стекло.
— Выпусти меня, придурок! Змей! Ты охренел вконец! Это твой последний шанс! Я больше никогда не предложу тебе ничего такого!!
Разворачиваюсь и выхожу из спальни. Вслед мне несутся проклятия.
Останавливаюсь у журнального столика. Пью ещё вино. Неплохое. Истомина разбирается в алкоголе и херню не покупает. Выхожу из квартиры. Закрываю на ключ, который нашёл в прихожей.
Полине он больше не понадобится.
Пока спускаюсь, звоню Жеке. Он у нас мастер на все руки. В идеале было бы позвонить незнакомым слесарям. Представляю какое лицо будет у Истоминой, когда её спасут из плена балкона.
— Да?
— Жек, я тебе сейчас адрес скину, нужна помощь. Возьми инструменты, чтобы дверь взломать. Там девушка застряла в своей квартире.
— Блядь. Ночь же на дворе.
— Сорри. ЧП случилось. Оно не спрашивало, когда ему свершиться. И бонусом тебе будет то, что девчонка… абсолютно голая.
Скидываю адрес. Специально обхожу здание, чтобы войти во внутренний двор и полюбоваться ещё раз на Истомину. Она меня тут же замечает. Открывает окно и орёт в ночной тишине:
— Я тебя ненавижу, Змей! Ненавижу, урод!!
В соседней квартире вспыхивает свет. Я ухожу от греха подальше. Дальнейшее меня заботить не должно. Это моя маленькая месть за то, что мои чувства растоптали.