Неврозы: клиника, профилактика, лечение - Михаил Ефимович Литвак
К врачам никогда не обращался, сама мысль об этом ужасала. После окончания школы никуда не поступал. С трудом проработал год в геологической экспедиции. Р должны были призвать в армию, и он надеялся, что на врачебной комиссии на него обратят внимание и окажут помощь, но этого не произошло. Первый год службы прошел неплохо. Р. старался выполнять все распоряжения, и хотя уже тогда наблюдались астенические явления, с обязанностями справлялся. За образцовое несение службы Р. назначили командиром отделения и присвоили ему звание сержанта. Довольно быстро после этого ухудшились отношения и с командиром, и с подчиненными. Подчиненных он должен был заставлять делать упражнения, которые из-за физической слабости сам не мог выполнить. Командир был недоволен его «мягкостью и нетребовательностью». Р. считал свое положение отчаянным. Временами возникала мысль навязчивого характера взять ночью автомат и убить командира, а потом себя. К концу службы заболел язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки. Лечился в госпитале. Для того чтобы заглушить душевную боль, иногда напивался, хотя всегда чувствовал отвращение к алкоголикам.
После демобилизации в возрасте 23 лет поступил в строительный институт на архитектурный факультет, желая самоутвердиться при помощи интеллектуальной деятельности. Однако жил с оглядкой на мнение посторонних, не совершал многих действий, которые требовали его нравственность, мировоззрение, и мучился, чувствуя себя предателем по отношению к себе и близким. Постоянная неудовлетворенность собой, чувство одиночества были для него мучительными.
Долго встречался с девушкой, которую знал с детства, но не решался объясниться, так как из-за занятий онанизмом считал себя неполноценным. После того как они как-то через год после ухаживаний поцеловались, Р. решил, что обязан на ней жениться, хотя к этому времени уже несколько охладел к своей избраннице. Несмотря на это, вскоре после поступления в институт он все-таки женился на этой девушке против воли своих родителей. Из-за учебной нагрузки, неналаженных отношений в семье, конфликтов с родителями, самоукоров больной все время чувствовал себя уставшим. Даже половая жизнь, о которой он раньше мечтал, не вызывала должного удовлетворения, а только усиливала астению. После рождения ребенка пришлось начать работать, так как родители помощи не оказывали. Скандалы в семье, где все предъявляли к больному претензии, стали отрицательно сказываться на учебе. От сокурсников из-за всего этого находился как-то в стороне. Постоянно беспокоило чувство одиночества и вины.
В институте была группа студентов, которая относилась к архитектурной элите. Больной тянулся к ним и в то же время боялся вступать с ними в общение. В их кругу вел себя приниженно и более остро ощущал свою неполноценность, хотя они, как он потом понял, никакого высокомерия не проявляли. Постепенно отношения с этой группой студентов наладились. Состояние больного несколько улучшилось, он даже неожиданно для себя написал хороший диплом, так как имел хорошие способности, ничем не хуже, чем у элиты. После окончания института как профессионал поверил в себя, но проблем это не решило. Семейная жизнь расстроилась окончательно: жена устраивала ссоры на лестничной клетке, стараясь сформировать общественное мнение о больном как о скандалисте, который может избить жену. В конце концов они разошлись. Во время волнений эпизодически наблюдались ощущение нехватки воздуха, сердцебиения, перебои в сердце, сопровождавшиеся тревогой. Успокаивался, расхаживая взад и вперед по комнате. Неприятности продолжались, так как они с женой жили в одной квартире.
Более или менее хорошо чувствовал себя, когда было много интересной работы. Если же вдруг она заканчивалась и появлялось время для отдыха, накатывали размышления о неудавшейся жизни, возникала подавленность и чувство безысходности. Иногда не было сил для выполнения работы. Решил укрепить себя при помощи спорта. Много бегал, занимался гантелями. И действительно, закалился, стал бодрее, исчезли сердцебиения. К этому времени Р. был призван в армию повторно, где вновь развилась выраженная астения. После демобилизации ушел жить к отцу, с которым отношения тоже не сложились, хотя Р. и старался к нему приладиться. Чувствовал себя подавленным, усталым, попытки устроить личную жизнь успеха не имели, так как интимные отношения утомляли еще больше. Временами возникали навязчивости (воспоминания, размышления о неудавшейся жизни и счет). Попытался найти себе друга-покровителя, который бы его понимал, но если с кем-то и сходился, то человек этот обычно не считался с его мнением, часто оскорблял, так что усталость, подавленность нарастали, ухудшился сон. Спортом заниматься не мог.
В 34 года впервые обратился к психиатру. Лекарственное лечение (принимал разнообразный спектр транквилизаторов) эффекта не дало. Начал заниматься в психотерапевтической группе. Улучшение было незначительным. Когда лечение было прервано, состояние ухудшилось. Из-за нарушенных отношений с другом ушел на другую работу, которая не носила творческого характера, что еще более угнетало Р. К астенодепримированной симптоматике прибавились танатофобии, что еще более усиливало астению и подавленность. Появились сердцебиения и потливость. В это время направлен на лечение в клинику.
Соматический статус. Органической патологии нет.
Неврологический статус. Черепно-мозговые нервы без патологии, сухожильные рефлексы слегка оживлены, равномерны. Чувствительность не нарушена. В позе Ромберга устойчив. Имеется легкий тремор пальцев рук, легкий гипергидроз рук и ног.
Психический статус. В месте, времени, окружающей обстановке и собственной личности ориентирован правильно. В отделении в первые дни держался обособленно. С больными сам активно не общался, но общение поддерживал охотно, становясь даже несколько назойливым. Много времени проводил за чтением литературы по своей специальности. По утрам с чрезмерной интенсивностью занимался физкультурой. Режима не нарушал, старался быть предупредительным с персоналом, за внешностью своей следил. Чувствуя к себе интерес со стороны врача, охотно, с подробностями рассказывал о себе. В процессе беседы заметно оживлялся. Речь логичная, модулированная. Жизнь больному кажется бесперспективной из-за того, что не удается отрегулировать межличностные контакты. Беспокоит одиночество. Хотел бы иметь хорошего друга, перед которым бы преклонялся, мечтает о преданной женщине, которая бы его понимала. Очень рад, что встретил внимательного врача, которому впервые в жизни смог рассказать о своих переживаниях. Испытывает постоянную тревогу, которая усиливается при малейших психологических затруднениях, и в то же время теплится надежда, что все образуется, что устроится на работу, где будет умный, чуткий начальник. Семейная жизнь кажется менее перспективной.
Лабораторные исследования. В крови – реакция стресса (П – 5, С – 69, Л – 18, М – 6).
Анализ случая. Мать больше любила младшего сына. Столкновения с братом и матерью всегда кончались для больного плачевно. Такая ситуация способствовала формированию минуса в позиции «Я». Воспитание шло в основном в стиле «преследователя», где доминировал мотив повышенной моральной ответственности. Мать для больного
