Mass Effect: Аид - Найденов

В очередной раз крутили новость о гибели Главкома Сухопутных войск. Уже неделю крутили новости, постоянно открывая новые подробности. Теории, заговоры и прочая муть. Джон не особо прислушивался, занятый подготовкой к поступлению, которая шла неплохими темпами, и уже скоро он должен был поступить в ВВУЗ на Арктуре.

Он слушал новости краем уха, пока нарезал лук для супа. За последние дни он полностью оккупировал кухню и теперь каждый день готовил различные блюда. Жаль, что стейки теперь были чрезвычайной редкостью.

Джон обернулся на экран, смотря на фотографию погибшего генерала. Давление на нож стало сильнее, чем он рассчитывал, из-за чего потекла кровь. Он спокойно прошёл в санузел и, промыв ранку, заклеил её пластырем.

– Что-то случилось, Джон? – Раздался голос тёти.

– Всё нормально, мэм. Порезался. – Ответил он и прошёл обратно на кухню, ожидая, когда еда будет готова.

Тётя сидела тут же, на диване, с интересом смотря репортаж. Она сейчас трудоустраивалась в какую-то корпорацию, которая пообещала ей неплохую зарплату. Постепенно жизнь налаживалась.

– Жаль, что его убили. – Произнесла она.

– Вы знали его?

– Не лично. Знала тех, с кем он служил, и они отзывались о нём исключительно положительно. Особенно те, кто воевал под его командованием.

– Но… он ведь выступал против Адмиралтейства? – Джон с интересом прочитал заметки о боевом пути и достижениях этого генерала.

– Скорее, он выступал за гарнизоны в колониях. – Со сложными чувствами ответила Ханна. – Но в Адмиралтействе считали, что это слишком дорого, и средства нужно перенаправлять на Флот.

– Это… прискорбно. – Ответил Джон. – Очень.

Жаль. Если бы на Мендуаре были войска, то вряд ли пиратам удалось бы то, что они сделали.

– Я понимаю, Джон. – Ханна тяжело вздохнула. – Правда, понимаю. Но это политика, а мы вряд ли когда-либо сможем влиять на неё. Там всё так сложно и грязно, что я даже не хочу думать, какие люди там работают.

– Адмиралы? – Тихо спросил Джон.

– Да… – Ханна задумалась. – Адмиралы – это тоже политики, которые выступают за Флот. Как бы грустно от этого ни было.

– Понятно. – Джон встал и, проверив суп, произнёс: – Еда готова. Можно накладывать.

– Позови Джейн. – Попросила Ханна, поднимаясь с дивана. – Она наверное опять в наушниках сидит.

Кивнув, Джон прошёл к комнате Джейн и, не стучась, открыл её. И лучше бы он этого не делал…

Закрыв глаза и отвернувшись, он хлопнул дверью.

– Еда готова. – Буркнул он. – Имей совесть мастурбировать ночью… или хотя бы не лицом к двери…

– Джон! Какого хрена ты не стучишься?! – Заорала из комнаты Джейн.

Джон, вздохнув, пошёл мыть глаза. После синекожего порно хотелось сделать только это.

В итоге за столом сидели молча. Красная и недовольная Джейн, недовольный увиденным Джон и неловко себя ощущающая Ханна.

Джон молча поедал суп, параллельно решая вопросы по тесту, когда услышал цедящий голос Джейн.

– Забудь всё, что ты видел.

– Будто сам этого не хочу. – Ровно ответил он. – Да и в целом, у тебя там ничего удивительного.

От его ответа Ханна подавилась супом и большую часть откашляла прямо в тарелку.

– Только не говори, что ты…

– Что я что? – Джон поднял глаза. – Что я занимался сексом? Не переживай за меня, у меня с этим всё хорошо.

– Так… дети… – Просипела Ханна. – А может быть, вы смените тему?

– Он видел мою Матильду! – Прошипела Джейн. – Ворвался ко мне в комнату!

– Это я его попросила… – Ответила Ханна, успокаиваясь и вытирая лицо от супа.

– Кроме твоей Матильды я увидел и твою вторую Матильду. Всё же странно делать это лицом к двери. Ты не слышала о таком слове, как «конспирация»? – Джон поднял глаза от планшета и встретился с сердитыми глазами Джейн.

– А я, по-твоему, совсем дура? – Кошкой прошипела Джейн.

– Сама дай себе оценку. – Ответил Джон. – Это же не я мастурбировал на дверь.

– Джон! – Рявкнули что Ханна, что Джейн, а последняя добавила.

– Я хотя бы мастурбирую, а не сижу всё время в планшете и решаю задачки! У меня хотя бы хоть какая-то жизнь есть! А ты так и останешься девственником! Придурок!

– С чего ты вообще взяла, что я девственник? – Джон наклонил голову. – К твоему сведению, я вступил в сексуальный контакт в четырнадцать лет. А ты, со своими увлечениями азари, явно продержишься дольше.

– Джон! Джейн! – Ханна ударила по столу. – Раз вы такие просвещённые, обсуждайте подобные вещи где-нибудь в другом месте! А я ем!

– Я как раз это собирался делать. – Джон спокойно вернул взгляд к планшету, буквально ощущая, как Джейн прожигает его взглядом. – И не надо на меня так смотреть. Мы не на соревнованиях, кто раньше успел. А для девушки это, возможно, плюс.

– Отвянь, придурок. – Джейн зло засопела.

В этой тишине они продолжили есть, когда от телека раздались слова, от которых всё внутри Джона похолодело. Он резко сорвался в сторону телевизора, в шоке уставившись в лицо Виктора.

– Моё имя не важно, но мои подчинённые называют меня Аид. Для властей я опасный террорист, который взорвал крейсер о поверхность Новерии, а после устроил перестрелку на Калестоне. Но я бы хотел открыть вам глаза на правду. Я являлся колонистом на Мендуаре, и нападение застало нас в самый неожиданный момент. В момент нападения мне и моим невольным товарищам удалось угнать корабль нападающих, а после уничтожить высадившиеся силы. А после я вместе со своими товарищами отправился в погоню, которая привела меня на орбиту Новерии, где похищенным землякам устанавливали рабские чипы. Как оказалось, организаторами нападения являлись двое: Ка’Хаирал Балак, один из военных Гегемонии, а также Эланус Халиат, крейсер которого мы захватили, но заложников спасти не смогли. В итоге нами было принято решение сделать из захваченного крейсера брандер и ударить по базе Халиата. Добровольцем вышел мой друг, Фёдор Дристунов, бывший солдат Российской Федерации.

На кадрах появились тела колонистов, у которых отсутствовали головы. Возможно, там лежали его сёстры… А затем он увидел улыбающееся лицо дяди Фёдора, из-за чего почувствовал, как катятся слёзы. Там его друзья погибали, пока он занимался черт пойми чем. На