Рунистка из глубин. Том 1 - Владимир Сергеевич Лукин

Под ногами чугунные плиты вибрируют от проходящего неподалеку рунного поезда, рунные фонари на каменных стенах, вырезанного в скале тоннеля, льют ровное приглушенное голубое свечение. А через толстые прозрачные укреплённые рунами, панели сбоку видно, как за городской стеной медленно плывут крупные глубинные рыбы с ярко светящимися усами, их серебристая чешуя отливает в свете фонарей перламутром.

По дороге я раз за разом повторяю про себя номер ячейки и пароль, который Ян продиктовал перед внезапным разрывом связи: семнадцатая, северный блок, 138. Я не стала записывать это на случай, если меня остановят и обыщут патрульные, поэтому запомнила всё наизусть. От повторения цифры даже отдаются лёгким звоном в голове.

Скоро я дохожу до низкого каменного здания с облупившейся голубой вывеской, прохожу через прохладный мраморный холл, медленно иду вдоль ряда блестящих никелированных ячеек, считаю номера и наконец нахожу семнадцатую. Мои пальцы чуть дрожат, когда я набираю комбинацию пароля 1-3-8, дверца тихо щёлкает и отъезжает в сторону. Я наклоняюсь, вглядываюсь в тёмное нутро ячейки, но внутри абсолютно пусто — нет ни запечатанного конверта, ни сложенной записки, ни даже маленькой царапины, которую мы договорились оставить как отметку о визите.

Я опираюсь рукой о холодную металлическую раму ячейки, и горячие слезы сразу наворачиваются на глаза, неудержимо текут по щекам, смывая легкую пыль дороги. Я прикусываю губу до солоноватого вкуса крови, чтобы не всхлипнуть вслух и не привлекать внимания других посетителей, плечи трясутся от тихих сдавленных рыданий. Я так надеялась, что он успел добраться до города раньше меня. Что сообщение уже ждёт меня… что он всё ещё жив. А теперь в груди только холодная пустота и липкий страх, что я осталась здесь совсем одна.

Глава 6. Знакомство с Мартой

Утренний свет рунных фонарей разливается по выщербленной каменной мостовой мягким голубым сиянием. Я медленно выхожу из низких обветшалых дверей камеры хранения, поднимаю воротник кожаной куртки от слабого сквозняка, что тянет из прохладного каменного коридора. В груди всё ещё лежит тяжёлый холод от неожиданной пустоты в семнадцатой ячейке, я переставляю ноги машинально, даже не смотрю по сторонам.

Я не знаю, что делать дальше. Ян так и не появился и в камере хранения пусто. Ни слова от него, и не могу отделаться от тихого липкого страха, что Ян уже никогда не появится.

Потом я достаю из внутреннего кармана сложенную вчетверо обтрёпанную бумажку с адресом Марты, которую дала мне Эльза ещё при регистрации в порту, и выпрямляю плечи — по крайней мере, там я могу остановиться, перевести дух и продумать следующие шаги.

По старой привычке, вдолбленной в меня с детства, я поднимаю левую руку, чтобы проверить показания браслета. Матовый стальной металл светится ровным спокойным зелёным светом — никаких отклонений, сигналов тревоги пока нет и нет необходимости в экстренном приёме сыворотки. Но я тут же вспоминаю: последнюю ампулу «морской сыворотки» я использовала перед погрузкой на подводный корабль Дерека, и так и не пополнила запас. Отец всегда учил меня держать как минимум три ампулы про запас, никогда не выходить из дома без этого резерва если отправляюсь в глубину. Кесонная болезнь это главная угроза на глубине. А ещё радиация, токсичные вещества выделяемые из воды. И от всего этого защищает сыворотка.

Я поднимаю голову, осматриваю выцветшие вывески на ближайших кирпичных зданиях, достаю из кармана свой рунфор, включаю карту и отмечаю расположение ближайшей аптеки. Я поправляю ремень с пистолетом под курткой, чтобы он не натирал бедро, и шагаю по узкой извилистой улице, разглядывая по пути местных торговцев, кричащих о свежей рыбе и чистой воде.

Я толкаю тяжелую, чуть запотевшую стеклянную дверь, над ней звякает маленький медный колокольчик, оповещая аптекаря о новом посетителе. В нос сразу бьётся густой смешанный запах — сушёных глубинных водорослей, медицинского спирта, эфирных экстрактов и чуть слышный сладковатый аромат целебных трав, которые выращивают в рунных теплицах на верхних уровнях города. Я медленно иду вдоль открытых деревянных стеллажей у стены, скольжу взглядом по рядам тёмных пузырьков и запаянных упаковок, мимо флаконов с зельем от головной боли, жестяных банок с антирадиационными таблетками и стерильных упаковок с перевязочным материалом.

Наконец я дохожу до нужной полки с морской сывороткой — это готовые одноразовые ампулы-шприцы, запаянные в прозрачную матовую пластиковую упаковку, на каждой наклейка с печатью муниципальной лаборатории, датой изготовления и синей руной проверки качества. Я беру по одной три упаковки, переворачиваю каждую в руках, внимательно проверяю целостность упаковки и срок годности: все свежие, привезли не больше недели назад, не просрочены. Я прижимаю шприцы к груди и иду к кассе за стойкой, чтобы расплатиться.

Я отсчитываю нужную сумму медных жетонов, кладу их на прохладное стекло стойки, забираю упакованные ампулы-шприцы и убираю в защитный карман походной сумки, застёгивая его на двойную кнопку. Колокольчик над дверью звякает мне вслед, я выхожу обратно в широкий главный туннель и вдыхаю полной грудью прохладный воздух, который всегда пахнет озоном от рунных регенераторов кислорода и солью.

Весь старый портовый район Глубинного Умбралла это сеть широких герметичных туннелей, пробитых в скальном грунте на дне океана, поэтому дома здесь расположены прямо внутри этих туннелей, пристроены к скальным стенам.

Я вспоминаю слова Эльзы с регистрации: «Спроси у старой Марты на третьей портовой улице. На углу там стоит лавка с сушёной рыбой, а сам дом прямо за ней. Скажи, что я, Эльза, прислала».

Я останавливаюсь у высокого каменного столба с указателем, достаю из кармана рунфор и разворачиваю загруженную карту, отмечая синей точкой мой маршрут до дома Марты. Убедившись, что не сбилась с пути и до цели осталось ещё полтора часа ходьбы, я поправляю лямку сумки на плече и поворачиваю на широкую мощёную улицу, которая ведет в старый район дешёвого жилья.

Мимо меня по дороге проезжает несколько рунных мобилей. Я их раньше только пару раз видела когда в Кильд с отцом плавали. В том плавучем городе они нередко встречались.

Вот я замечаю нужный впереди угол, чувствую запах копченой рыбы, прохожу мимо лавки и сворачиваю за неё.

Перед мной стоит невысокий двухэтажный дом, прижатый к каменной стене туннеля, его