Рунистка из глубин. Том 1 - Владимир Сергеевич Лукин
Герметичная дверь с тихим щелчком открывается, и в проёме показывается пожилая Марта в выцветшем синем рабочем фартуке, испачканном зеленой морской травой. Седые волосы собраны в неаккуратный пучок на затылке, она поправляет толстые протертые очки на носу и настороженно осматривает меня с головы до ног, задерживая взгляд на браслете и моей потёртой походной сумке.
Я чуть ослабляю напряженную хватку на лямке сумки и улыбаюсь как можно спокойнее, стараясь не показать волнение. У меня и так слишком много всего на плечах за последние три дня.
— Здравствуйте. Меня зовут Мира, меня прислала Эльза с портовой регистрации. Она сказала, что у вас можно снять небольшую комнату на несколько дней, и вы не заломите неподъёмную цену. Я не буду вам мешать, буду уходить и приходить только по своим делам.
Марта несколько секунд молчит, прищурившись, потом медленно кивает и отступает вглубь прихожей, придерживая дверь. Тёплый запах вяленой рыбы и травяного чая выходит из дома наружу, смешиваясь с прохладным пахнущим озоном воздухом туннеля.
— Проходи, не стой на пороге. Про Эльзу я помню, она меня один раз выручила, так что слово своё держу. Комната свободная действительно есть, на втором этаже, с круглым окошком на главный туннель. Давай сумку помогу нести, пошли, покажу.
Я перешагиваю порог, и закрываю за собой герметичную дверь.
В доме действительно тепло, в отличие от прохладного туннеля, весь воздух пропитан сладковатым запахом сушёной морской травы и слегка солёным ароматом вяленой рыбы. С потолка льётся мягкий рассеянный жёлтый свет рунной лампы, стены обшиты тёплым тёмным деревом, на небольшой полочке у входа стоят аккуратно расставленные маленькие перламутровые раковины, собранные с океанского дна.
Я стягиваю промозглую после прогулки кожаную куртку и вешаю на грубую деревянную вешалку у стены, а Марта уже подхватывает мою потрёпанную походную сумку и медленно идёт вперед по узкому коридору.
— Пойдём, я пока заварю чай с морской травой, ты наверняка устала с дороги. Порт далеко отсюда, пока доберёшься по этим старым изогнутым туннелям — ноги реально отвалятся. А комната и правда очень уютная, голубой свет из главного туннеля туда попадает весь день, я даже плотную тёмную занавеску повесила, если захочешь спать днём и отключиться от всего.
Мы поднимаемся по узкой деревянной лестнице, ступеньки тихо скрипят под нашими ногами, на стенах висят старые фотографии в деревянных рамках. Наконец она останавливается перед первой дверью и толкает её внутрь плечом. Я заглядываю за её спину: небольшая светлая комната с узкой кроватью, покрытой клетчатым одеялом, маленьким деревянным столом у окна и высоким шкафом у стены. Круглое герметичное окно выходит прямо на главный туннель, видно даже противоположную прозрачную стену, где за толстым броневым стеклом медленно проплывают крошечные светящиеся глубинные рыбки, их огоньки мерцают на стене мягкими пятнами.
Я прохожу внутрь и касаюсь рукой тёплого чистого покрывала на кровати, поворачиваюсь к Марте и улыбаюсь:
— Она действительно очень уютная. Спасибо вам большое.
Марта улыбается в ответ, морщины на её лице разглаживаются, она кряхтит и опирается о косяк двери:
— Располагайся, отдыхай минут десять, приведи себя в порядок с дороги, а потом спускайся вниз на кухню. Я как раз достала из кладовки вяленую рыбу, мы попьём чай и обговорим всё — и цену, и то, что ты ищешь в нашем районе. Эльза не просто так присылает людей ко мне, я это хорошо знаю.
Я киваю, соглашаясь, и она медленно разворачивается и спускается по скрипучей лестнице обратно на кухню, оставляя меня одну.
Я осматриваюсь, разминаю затёкшие после долгой ходьбы по каменным туннелям плечи, поправляю спутанные волосы и неспешно подхожу к своему окну. Оно выходит во внутреннюю сторону дома, прямо на тёмную скальную стену туннеля. Я отодвигаю край холщовой занавески и чуть наклоняюсь вперед.
С этого места отлично видно противоположную сторону главного туннеля, где растянулось огромное панорамное броневое стекло во всю стену. Его холодный голубой свет разливается по всей моей комнате, оставляет на деревянном полу длинные мерцающие полосы. Я прислоняюсь плечом к косяку и не отрываясь смотрю наружу.
Там, за толстым бронированным стеклом, медленно проплывают огромные прозрачные глубинные медузы, их длинные полупрозрачные щупальца переливаются нежным голубым светом, который мягко пляшет на стене моей комнаты. Никогда раньше, на поверхности, я не видела ничего подобного, там все звуки и цвета грубые, а здесь тихо и спокойно.
— Красиво… даже не ожидала, что на такой жуткой глубине может быть такое тихое и невероятное чудо, — тихо произношу я.
Я продолжаю стоять у окна, не отрывая взгляда от медленно плывущих медуз, их мерцающий голубой свет мягко падает на моё лицо.
Мне становится жарко. В доме очень тепло и моя плотная кожаная курточка уже давно нагрелась, спина под ней чуть вспотела после долгой дороги.
Я отхожу от окна, снимаю куртку и аккуратно вешаю её на высокую спинку старого деревянного стула у двери, чтобы она не помялась. Потом достаю из походной сумки чистую лёгкую хлопковую футболку, быстро переодеваюсь, а мокрую от пота старую вещь кладу рядом с курткой просохнуть. В этот момент снизу раздаётся громкий голос Марты, она зовет меня на чай, и её слова гулко разлетаются по дому.
Я вздрагиваю от неожиданности, поправляю край вытянутой футболки и застёгиваю на поясе маленькую сумку, где лежат мои документы, деньги, и небольшой пистолет на всякий случай. Потом иду к выходу из комнаты, отзываясь вниз громко и внятно:
— Уже иду! Просто засмотрелась на медуз за броневым стеклом, они невероятно красивые, никогда таких раньше не видела на поверхности.
Я мягко закрываю за собой дверь и медленно спускаюсь по ступенькам вниз, вдыхая всё сильнее разливающийся по всему дому тёплый аромат травяного чая и слабый солёный запах вяленой рыбы. Готовлюсь к серьёзному разговору с Мартой.
Я дохожу до конца скрипучей деревянной лестницы и поворачиваю в узкий выложенный
