Мрачная леди на задании - Джулия Принц

И вырвав свою руку из его хватки, спустилась вниз по ступеням.

Спину держала прямо и, хотя я не обернулась, чувствовала его пристальный взгляд на себе. Как назло, поблизости не было ни одного наёмного экипажа, чтобы я эффектно села в него и быстро уехала. Очень жаль, пришлось плестись (ну как плестись, скорее, гордо вышагивать деревянной походкой) по тротуару.

Странный тут был район: и не трущобы, но и приличных домов нет. Точнее, сами дома есть, и не развалюхи вовсе, но вид у них нежилой: четырёхэтажные, кирпичные, с закрытыми плотно дверями и окнами, в которых нет и проблеска света. Ни магазинов, ни ресторанов, ни хоть каких-то заведений, предназначенных для кормления страждущих. Жуткий, в общем-то, вид.

Неприятных ощущений добавляло то, что ночь уже опустилась на город, а туман наполз с моря. Промозглый и липкий. Единственный плюс — уличные фонари работали, но они так далеко стояли друг от друга, что тени легли на тротуар тёмными провалами между полосами света.

Непонятная экономия, непонятный район. Даже прохожих не было, что уж говорить об экипажах. «Дом нежной радости» был единственным ярким пятном в этом месте.

Наверное, это «милое» заведение было слишком богатым для бедных районов, да и знать бы тогда туда не поехала, но было недостаточно приемлемым, чтобы разместиться в приличном месте.

Ничего удивительного, что председателя мистера Бигнема убили где-то здесь. Весьма удобное место для ограбления и убийства. Любой справится.

И, конечно, мой путь домой (точнее, до ближайшей приличной улицы, где можно нанять экипаж) не обошёлся без происшествий.

Из тени впереди меня выступили две фигуры. При ближайшем рассмотрении это оказались представители… так сказать, теневой экономики: на одном был клетчатый пиджак с закатанными рукавами и явно чужой цилиндр с часами, на другом — жилет с множеством карманов, в которых по идее должны быть рабочие инструменты механика. Инструменты, впрочем, были — такого количества разнообразных ножей я давно не видела. Только на кухне у повара. Этот тип поваром не был.

Первый, развязно отбросив в сторону сигаретку, пошёл на меня, второй — ухмыляясь, остался поджидать, прислонившись к фонарному столбу.

Я даже обрадовалась. Настроение после встречи с лордом Нолисом было подпорчено, и мне требовалась разрядка.

— Не подскажете, где здесь найти наёмный экипаж? — первой обратилась я к бандиту.

Тот аж поперхнулся от такой неожиданности.

— Даме нужна помощь? — изобразив карикатурную галантность, спросил он.

— Что-то типа того.

— А может, дама лучше проведёт время с нами? — выкрикнул тот, что стоял у столба.

— Предложение, безусловно, заманчивое, — улыбнулась я, специально роняя ридикюль. — Но, боюсь, у меня дела.

Видимо, способность вести светскую беседу у бандитов закончилась, и тот, кто был ближе, попытался дёрнуть меня за руку на себя с традиционными словами:

— А ну, пошли со мн…

Но ни коснуться меня, ни договорить свою коронную фразу он не успел, как оказался на тротуаре, нежно прижимаясь разбитым лицом к булыжникам. Его «часовой» цилиндр отлетел далеко в сторону.

У меня из рукава вылетел маленький пистолет, который я направила на второго бандита.

— Ах, господа, на безлюдной улице ночью надо быть осторожнее, — заботливо сказала я. — Разве матушки вам не объясняли?

То ли от неожиданности (жертвы потенциального насилия не оказывают сопротивления, а тем более, не нападают первыми), то ли от моей чрезмерной заботы, то ли мозгов у второго было больше, но бандит в жилете, напичканном ножами, улыбнулся, продемонстрировав необходимость срочно посетить стоматолога, и показал себе за спину:

— Мадам искала наёмный экипаж? Так они там. Пройдёте до конца улицы, и направо уже будет площадь, где народ кучкуется.

— Вы весьма любезны, — и, не убирая пистолета, я каблуком надавила на шею валяющегося бандита, полностью вырубая его.

Второй, разговорчивый, даже не дёрнулся при виде поверженного друга, продолжая напряжённо стоять, не делая резких движений, и следить за моим приближением.

Ловким движением я подобрала свой ридикюль и подошла к фонарному столбу, возле которого уже в отнюдь не небрежной позе стоял второй бандит.

— Не проводите меня, любезный? — я взяла его за руку, мой пистолет был направлен ему прямо в лоб.

— Вам сложно отказать, — просипел он.

Всё-таки оружие делает людей сговорчивее, а их голос тише.

Так мы и пошли. Бандит чуть впереди, я, придерживая его за руку, только пистолет теперь ласково прижимался к затылку мужчины.

— У вас прекрасный инструментарий, но не советую им пользоваться, сэр. Моя рука может дёрнуться. Мы, одинокие дамы, гуляющие по ночам, бываем иногда крайне нервными, — предупредила я своего провожатого.

— А чего это вы меня не вырубили? — проявил любопытство он.

— У вас череп на вид крепче, а я не люблю, когда мне в спину ножи летят, — пояснила я. — Вы же их не просто так носите?

— Не просто, — неизвестно чему порадовался бандит, и я напряглась ещё больше, мало ли что учудит из гордости?

Но мы всё-таки спокойно добрались до перекрёстка, с одной стороны которого уже сияли электрические огни и слышался привычный шум города.

Вот тут, вроде, и пришло время мне расслабиться. Видимо, так решил бандит — его рука дёрнулась и в ней оказался нож, но не тесак: до тесака он не смог бы быстро дотянуться, а небольшой стилет. Я не успела вовремя среагировать, и холодное оружие мелькнуло перед моим носом. За что нос бандита активно поприветствовал мой ридикюль. А был он у меня — тяжёленький.

Замечали, что дамские сумочки частенько весят намного больше, чем выглядят? Вот и мой не был исключением.

Кровь залила лицо бандита, но, увы, он смог отскочить от меня подальше. Пришлось выстрелить. Дожидаться следующего хода вооружённого мужлана мне не хотелось.

Проверив, что бандит без сознания, но живой, вроде бы, я забрала у него стилет: он мне понравился — красивенький, с рукояткой из белой кости и удобный на вид.

Разобравшись с приветливыми прохожими, я, довольная, пошла к улице, где жизнь точно кипела.

Интересно, что на звук выстрела никто не то что из ближайших домов не высунулся (там-то, если кто и живёт, народ привычный), а даже с многолюдной стороны никто не поспешил на помощь... Видимо, их вообще не касается, что здесь происходит.

А если бы я кричала о помощи? Пришёл бы кто? Если приличные люди (читай, женщины) по таким районам не ходят,