Мрачная леди на задании - Джулия Принц

— Что? — вскричали девицы.

— Что? — поддержал их сэр Артур.

— Разделите его, — спокойно пояснила я. — Вашим, — повернулась к брюнетке. — Он будет по вторникам и средам. А вашим, — я обратилась к рыженькой. — М-м-м, например, по пятницам и четвергам. Устраивает?

— Да!

— Да! — выкрикнули девицы.

— Нет! — это был сэр Артур.

— А тебя никто не спрашивает, — отрезала я. — Значит, решили.

Довольные девицы уже собрались на выход, когда брюнетка спросила:

— А остальные дни?

— У мужчины должны быть выходные. А то он долго не протянет, — я была категорична и обе леди со мной согласились.

— За что ты так со мной? — простонал Артур, когда дверь кабинета закрылась за его пассиями.

— Навожу порядок.

Цирк мистера Безоса встретил нас уже не так радостно, как в первый раз. Представления отменили, повсюду были следы погрома и пожара. Лотки, в которых продавали сладости и шарики, одиноко зияли пустотой, главный шатёр возвышался, как памятник былого веселья.

Мы прошли между кособоких построек к фургону директора. Помощник Майкл встретил нас у входа.

— Господа, — поклонился молодой тощий парень со светлыми соломенными волосами.

Несмотря на затравленный вид, одет он был неплохо. Недорогой, но вполне приличный костюм из твида сидел на нём как влитой.

— Мистер Майкл? Простите, не знаю вашу фамилию, — поприветствовал его сэр Артур.

— Долберт. Майкл Долберт, сэр, — откликнулся тот.

— Мистер Иозеф Безос сказал, что вы можете нам рассказать о... последних событиях. Мы из «Бюро прогрессивных расследований».

— Да-да, конечно, — засуетился парень. — Прошу, проходите.

Майкл Долберт рассказал нам о последних двух днях. Правда, несмотря на подробности, ничего принципиально нового мы не узнали.

Было два покушения. Посреди ночи некие личности пытались прорваться к барокамерам. А на следующий день, уже вечером, относительно небольшая банда напала на остатки цирка и мотыгами догромила всё то, что ещё оставалось после агрессивных протестующих.

Оба нападения отбили полуоборотни.

— Ночью, во время первого вторжения, я был здесь, а во время второго как раз возвращался от мистера Безоса...

— Полицию вызывали?

— Нет, — удивлённо покосился парень на Артура.

И действительно, с чего бы им вызывать полицию после того, что она устроила со «справедливым» расследованием.

Мы ещё немного поговорили о сложившейся ситуации, но, когда Майкл дал нам список родителей маленьких «артистов», тот поразил меня своей краткостью.

— Это точно все? Мне казалось, детей было больше. Да и мистер Безос всё сокрушался, как много средств ему надо на содержание такого количества недоношенных детей.

Помощник Долберт отвёл глаза.

— Это... официальный список, — промямлил он.

— А не официальный? — я пристально посмотрела на парня.

— Ну... вы же сказали артистов…

— Есть и другие?

Парень молчал. Я ждала. Даже сэр Артур замер и перестал излучать из себя любезность.

Первым сдался Долберт.

— Понимаете, некоторые семьи не хотели афишировать... что их дети... монстры. Знаете, все эти предрассудки… Большинство родителей недостаточно образованны, чтобы понять смысл того, что мы делаем. Они сначала думают, что это спасение, а потом... когда видят камеры... и своих детей в них, да ещё и в таком виде…

— Были отказы? — прямо спросила я.

— Не совсем... Точнее, не полные. Отцы или другие родственники... они не понимали. А вот матери просили нас защитить своих детей.

— Поэтому и вычеркнули, как вы сказали, официальные записи о таких детях? Они были мертвы для своей семьи? Но только не для матери?

Долберт кивнул.

— Понятно. Вы сможете восстановить эти... неофициальные записи? Возможно, среди нападавших были родственники, которые не хотели «позориться»?

— Да-да, конечно. Но мне нужно время.

— Хорошо. Вы пока делайте, а мы с сэром Артуром погуляем тут. Заодно навестим нашего инженера, что помогает сейчас обслуживать барокамеры.

Долберт согласно кивнул.

Мы вышли на свежий воздух. Он и правда был тут свежим, по крайней мере, в большей степени, чем в центре города. Но с запахом гари.

— Тебе не кажется, что есть что-то странное? Я про списки родителей.

— Странное? — переспросил Артур. — Увы... это отвратительно, но не странно. Простые люди до сих пор полны предрассудков. Да и некоторые церкви говорят, что технологии от лукавого.

— Но при этом пользуются электричеством? — усмехнулась я.

— Таковы люди, — пожал плечами сэр Артур. — А семьи… В некоторых, бывает, мать упрекают, что она родила девочку, а не мальчика. Что уж говорить, если ребёнок рождается больным или недоношенным, как эти дети.

— А виновата мать...

— Ну не жестокое же обращение, тяжёлая работа или плохое питание, — печально усмехнулся мой друг.

— Поэтому несчастные матери и уговаривали мистера Безоса спасти их детей.

Николас Крайбери встретил нас на самой окраине цирка.

— Прошу! — он вытянул руку, указывая нам на... вход в подземелье.

— Что это? И как они всё это построили? — я удивлённо разглядывала белоснежные стерильно чистые стены помещения, в котором мы оказались.

— Я так понял, что подземный ход они просто нашли, а вот обустроили уже сами, — объяснил Крайбери.

Окон здесь не было, электрический свет заливал всё пространство. Приглушённый шум вентиляции сообщал о подаче свежего воздуха, я принюхалась: в зале летал слабый запах антисептика.

Каждая барокамера стояла отдельно, возле них суетился медперсонал: врачи, медсёстры в белых халатах. Чёрное они, видимо, надевали только во время представления, чтобы слиться с обстановкой.

Тут же работали ещё более странные барокамеры: меньше по размеру и с большим количеством различных трубочек и устройств.

— Эти камеры предназначены для реанимации и для самых слабых детей, — пояснил нам Крайбери.

Стало понятно, куда уходила выручка цирка уродцев.

— И как вам всё это? — спросила я своего потенциального коллегу.

— Великолепный проект! Честное слово, если бы не способ, как они зарабатывают деньги, я был бы в полном восхищении!

— Вас это смущает?

Крайбери нахмурился:

— Было бы намного лучше, если бы министерство взяло этот проект себе, — ответил он честно.

— Но смогло бы министерство, считай правительство, брать в барокамеры детей простых рабочих?

— В этом и есть загвоздка, — вздохнул он. — Думаю, что цирк уродцев смог обеспечить то, что не смогли бы сделать мы.

—