Женская Свобода - Зарина Биберган

За таким поведением почти всегда стоит решение, принятое ещё в детстве: больше никогда не позволю себя унижать и начну зарабатывать столько, чтобы ни от кого не зависеть. В таких конфигурациях часто формируется избегающий тип привязанности.

Существует противоположная стратегия, когда женщина вырастает в системе, где безопасность достигается через одобрение, подстройку и соответствие ожиданиям. Тогда психика формирует поведение, в котором женщина становится удобной, приятной, эстетичной и неконфликтной, но при этом теряет доступ к жёсткости, амбиции и способности отстаивать себя. Характер воспринимается как «настоящая я», хотя по сути это тоже стратегия выживания, часто связанная с тревожным типом привязанности.

Фраза «я такая, какая я есть» в этом контексте часто говорит не о глубине личности, а о закреплённой привычке психики, которую никогда не подвергали сомнению.

В работе с архетипами и стратегиями происходит ключевой сдвиг. Женщина перестаёт полностью отождествляться с ними и начинает воспринимать их не как свою сущность, а как инструменты. Именно в этот момент появляется пространство выбора.

Женщина может быть мягкой и поддерживающей в одной ситуации, прямой, жёсткой и бескомпромиссной — в другой, не задаваясь вопросом, как это выглядит со стороны и соответствует ли это чьим-то ожиданиям. Она больше не зафиксирована в одной роли и может свободно переключаться между разными способами проявления.

Е сли женщина, например, распознаёт в себе стратегию угождения, она замечает, как часто её действия продиктованы страхом отвержения, и в какой-то момент у неё появляется возможность остановиться и задать себе прямой вопрос: действительно ли она хочет сделать то, что делает, или просто боится потерять любовь, и уже исходя из этого принимать решение.

В этом состоянии появляется широта, гибкость и внутренняя сила, а главное — способность выбирать свои действия не из автоматизма, а из контакта с собственной истиной.

Глава 1. Путь к свободе

Эта небольшая книга адресована женщинам, но я вовсе не хочу сказать «женщины страдают, а мужчины плохие» . Я не разделяю такой позиции. Я искренне считаю, что мужчины также страдают от системы патриархата. Они также заперты в ролях, ожиданиях и масках и с самого детства существуют в узком пространстве допустимых чувств и способов поведения.

Однако большинство незрелых мужчин панически боятся встречаться со своими чувствами —  стыдом, болью и теневой стороной, поэтому нередко посвящают значительную часть своей жизни контролю и достижениям. Они пытаются заслужить любовь. Со стороны многие из них кажутся сильными, рациональными и успешными, но за этим часто скрывается страх оказаться несостоятельным и потерять лицо. Именно поэтому им значительно труднее распознать собственные паттерны и признать, что многие из них — лишь формы психологической защиты.

К счастью или к сожалению, чем глубже общество погружается в законы психики, тем меньше возможностей остаётся для отступления и сопротивления. Когда знания о травме, проекциях, теневых процессах и телесной памяти становятся доступными, привычные иллюзии постепенно разрушаются. Впрочем, эта тема отдельной книги.

В этой же работе мы окунёмся в недра женского бытия, потому что материалов о том, как устроено и работает женская психика, на удивление мало. Женский опыт чаще либо романтизируют, либо обесценивают, описывают поверхностно, не уделяя внимания его противоречиям и сложностям.

Я должна сказать ещё кое-что важное. Я не хочу ограничиваться ролью всегда ресурсной, понимающей и утешающей «мамочки» для женщин. Автономия, если вы действительно хотите к ней прийти, неизбежно предполагает ответственность за собственную жизнь, свои выборы и их последствия. Вот почему в некоторых местах я допускаю сарказм и даже жёсткость, — в том числе по отношению к внутренней рабыне. Путь из рабства в автономию почти никогда не проходит через комфортные иллюзии и мягкие самооправдания. Кали внутри нас так яростна именно потому, что иллюзия не уходит мягко. Честность с собой сначала неприятна, но со временем освобождает.

Свободу как понятие имеет смысл рассматривать с разных сторон, —   она не сводится к одному измерению. Внешняя свобода во многом определяется материальными условиями: ресурсами, позволяющими выбирать, где жить, с кем быть, чем заниматься, какие ценности формировать и как их пересобирать без постоянной оглядки на страх наказания или необходимость соответствовать чужим ожиданиям. Сюда попадают вполне конкретные и приземлённые вещи, такие как деньги, документы, доступ к передвижению, активы, социальный статус. Это действительно важно, потому что рассуждать о свободе, не имея подобных опор, довольно наивно.

Однако мы будем рассматривать свободу как внутреннее состояние, как степень автономии от навязанных установок, которые человек в себя впитал. Свобода не означает отсутствие ограничений. Любой человек живёт внутри множества рамок (тело, обстоятельства, культура, отношения, ответственность и сама структура реальности). При этом свобода — это не вседозволенность. Мы скорее понимаем под этим понятием способность видеть свои ограничения и при этом сохранять право выбора внутри них.

Философы спорили, существует свобода воли или нет, но если опираться на живой опыт, становится ясно: многие законы, которые мы воспринимаем как неизменные, на самом деле можно пересмотреть.   Пока мы не осознаём  внутренни е