Как выработать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично. Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей. Как перестать беспокоиться и начать жить - Дейл Карнеги

Спросил себя, почему у меня нет надежной сигнальной системы. Тут же пришел ответ: она есть. Ее дал мне Бог. А так как ей управляет он, она должна работать безотказно. Итак, стал искать зеленые сигналы. Где они? Ну что же, если уж Бог разрешающие семафоры создал, у него и нужно спрашивать. Так я и сделал.

Теперь после утренней молитвы я получаю зеленый свет на грядущий день. Время от времени бывают и желтые, тогда я сбрасываю обороты. Порой на семафоре загорается красный огонь, и тогда я останавливаюсь до того, как попаду в аварию.

С тех пор как два года назад меня посетило то озарение, беспокойство начисто пропало из моей жизни. За это время я успешно проехал под зеленый сигнал более семисот семафоров – и, поверьте, путешествовать по жизни намного проще, когда не беспокоишься о том, какой свет ждет впереди. Я твердо знаю: что бы ни было там, за поворотом, я с этим точно справлюсь.

Как Джон Д. Рокфеллер прожил сорок пять лет взаймы

Первый миллион Джон Д. Рокфеллер-старший заработал в возрасте тридцати трех лет. К сорока трем он владел Standard Oil Company – самой большой монополией, которую мир когда-либо видел. Но что же с ним случилось еще через десять лет? В пятьдесят три он стал жертвой беспокойства. Беспокойство и напряженный образ жизни испортили его здоровье. По словам Джона К. Уинклера, одного из его биографов, в пятьдесят три года «он выглядел как мумия».

В возрасте пятидесяти трех лет на Джона Дэвисона Рокфеллера обрушились таинственные заболевания органов пищеварения, в результате которых у него выпали все волосы на голове, включая ресницы – остался лишь еле заметный пушок в районе бровей. «Состояние его было настолько ужасно, – говорит Уинклер, – что в определенный момент Джону Д. приходилось питаться исключительно человеческим молоком». Врачи сошлись во мнении, что у него алопеция – форма облысения, возникающая исключительно из-за расшатанных нервов. Из-за полностью лысого черепа он выглядел настолько нелепо, что вынужден был носить тюбетейку. Позднее ему делали парики по пятьсот долларов за штуку, и до конца жизни его голову украшали густые серебристые локоны.

Природа наградила его стальным здоровьем. Рокфеллер рос на ферме, поэтому был широкоплеч, осанист, ходил уверенной, быстрой походкой.

Однако уже в пятьдесят три года, когда большинство мужчин достигают расцвета сил, его спина скрючилась, он стал подволакивать ноги. «Глядя на себя в зеркало, – писал Джон Т. Флинн, еще один его биограф, – он видел старика. Безостановочная работа, постоянное беспокойство, потоки оскорб-лений, бессонные ночи, недостаток физической активности и отдыха взяли свое». Все это поставило его на колени. Джон Рокфеллер стал богатейшим человеком в мире, но был вынужден сидеть на диете, которой оскорбился бы и бедняк. В то время он еженедельно получал миллион дохода чистой прибыли, но питался не более чем на два доллара в неделю. Врачи разрешали ему есть только кислое молоко и крекеры. Его кожа потеряла свой естественный цвет, и казалось, будто его кости туго обтянуты старым пергаментом. От смерти его спасала только лучшая медицина, которую можно было купить за деньги, – и это в возрасте пятидесяти трех лет.

Что к этому привело? Беспокойство. Потрясения. Жизнь в постоянном напряжении. Своими действиями он буквально загнал себя на край могилы. Даже в возрасте двадцати трех лет Джон Рокфеллер двигался к своей цели с таким упорством, что его знакомые подмечали: «Ничто, кроме новости об удачной сделке, не могло его порадовать». Заработав крупную сумму, он совершал танец победителя – бросал шляпу на пол и танцевал джигу прямо в кабинете. Но стоило потерять деньги, как он заболевал! Однажды он отправил по Великим озерам груз зерна стоимостью в сорок тысяч долларов. Груз был не застрахован, потому что страховка стоила слишком дорого – целых сто пятьдесят долларов. Той ночью на озере Эри разразился жуткий шторм. Рокфеллер так переживал за судьбу груза, что, когда его партнер Джордж Гарднер пришел утром в контору, он застал Джона Дэвисона, который метался по кабинету, как зверь в клетке.

«Быстрее, – дрожащими губами произнес он, – нужно купить страховку, если еще не поздно!»

Гарднер помчался в город и купил страховку, но, вернувшись в контору, обнаружил Джона в еще более взвинченном состоянии. Пришла телеграмма, в которой говорилось, что груз успешно достиг берега. Теперь Рокфеллер досадовал, что они «выбросили на ветер» сто пятьдесят долларов! Ему было настолько плохо, что он даже отправился домой и слег в постель. Только подумайте! В то время его фирма зарабатывала примерно пятьсот тысяч долларов в год, но он так расстраивался из-за каких-то ста пятидесяти долларов, что должен был отлежаться дома!

В его жизни не было времени для игр, отдыха. Все свое время он посвящал получению прибыли и преподаванию в воскресной школе. Когда его деловой партнер Джордж Гарднер приобрел вскладчину с тремя другими людьми подержанную яхту за две тысячи долларов, Джон Дэвисон пришел в ужас и отказался ступать на ее борт. Как-то Гарднер застал Рокфеллера в конторе в субботу и стал уговаривать: «Джон, соглашайся, давай прокатимся. Морской воздух пойдет тебе на пользу, тебе понравится. Хоть на время забудь о делах. Повеселись немного». Рокфеллер же зыркнул на него: «Джордж Гарднер, не встречал человека расточительней тебя. Ты вредишь не только своему, но и моему кредиту в банках. Того и глядишь, ты и наше дело изничтожишь. Нет, не поеду я на твоей яхте. Даже видеть ее не хочу!» И Рокфеллер всю субботу просидел над своими бумагами в кабинете.

Отсутствие чувства юмора и узость взглядов характеризовали Джона Дэвисона Рокфеллера на протяжении всей его деловой жизни. Позднее он сказал: «Каждый вечер, прежде чем положить голову на подушку, напоминаю себе, что мой успех может оказаться временным».

В его распоряжении были миллионы, но он ложился спать, беспокоясь, что однажды потеряет все состояние. Не удивительно, что волнение разрушило его здоровье. У него не было времени для игр и отдыха, он никогда не ходил в театр, не играл в карты, не посещал вечеринки. По словам Марка Ханна, он был помешан на деньгах: «Совершенно здравомыслящий человек превращался