Ложь войны. Исповедь военкора: документальная военная проза - Дмитрий Зименкин
За исключением последнего, абсолютно все ныне живущие в республике поколения южноосетин видели войну собственными глазами, росли с ней, считая непреложной данностью бытия. Кто-то из них мучился бессонницей в своей колыбели от звуков стрельбы национальной гвардии Грузии в 1991-м, а кто-то потерял брата или сестру в февральском холоде родильного дома после отключения электричества грузинскими властями. Они помнят минометный обстрел их школ в 2004 году: снаряды летели все с той же, соседской стороны. Последний кошмар случился в 2008-м, который даже назвали безжалостным геноцидом южноосетин со стороны проамериканских лидеров Тбилиси.
Ночью 8 августа грузинская артиллерия обстреляла спящий Цхинвал из «Градов», реактивных систем залпового огня, которые достались Грузии в наследство от почившего Советского Союза. После артподготовки начался штурм города. Силы сторон были неравны. Не встретив особого сопротивления, атакующие просто вели огонь по мирным жителям и их домам; с восторженными воплями, словно катаются на аттракционе, взорвали гражданский автомобиль, где находились женщины и дети. Закидывали гранатами подвалы, в которых прятались матери, прижимавшие к груди напуганных малышей. Один из захватчиков отрубил голову старику. Это, конечно, не было войной в ее истинном понимании, это являлось кровавой расправой, хладнокровным истреблением осетинского населения. Противник хотел испугать осетин раз и навсегда, чтобы больше даже не помышляли отстаивать свою независимость.
– В том, что по женщинам и детям будут стрелять, конечно, знали все, – рассказывал нашей съемочной группе Валерий Джиоев, участник боевых действий. – В Ередви тогда они взяли и похоронили заживо 12 молодых человек…
18 марта 1991 года. Трагедия у села Ередви. Грузинские бандиты (кто именно, неизвестно до сих пор, это дело так и не было раскрыто) остановили грузовик с мирным населением, выбрали из пассажиров 12 мужчин (женщин и детей отпустили) и начали издеваться. По словам очевидцев, молодых людей избивали, пытали электрическим током, ломали им кости, выкалывали глаза, кому-то отрывали руки и ноги. Затем истерзанных осетин бросили в овраг у карьера, облили бензином, подожгли и через некоторое время засыпали землей, еще живыми. Грунт над чудовищной братской могилой, рассказывали местные, шевелился еще несколько часов. Затем останки, по всей видимости, были перезахоронены, так как родственники не могли найти их до 1993 года.
– Их считали пропавшими без вести, – продолжил рассказ Валерий Джиоев. – А родственники погибших, когда приходили в село искать, спрашивали: «Где?..» Им отвечали: «В шахте работают». Так жестоко отвечали… В Ередви 75 % жителей были грузины.
Обиду южных осетин на грузин понять можно, но я не сторонник обвинять людей только по признаку их национальности. Жители Ередви молчали не потому, что не любили осетин, а потому что боялись головорезов, которые совершили ту жестокую расправу.
Валерий Джиоев, который рассказывает эту историю, наш водитель в Цхинвале. Но друзья называют его Картоф, а иногда даже так ласково – Картошка. Сначала я думал, что Картоф – это осетинское имя, и так и обращался к Валерию. Меня поправили те, кто знал его ближе: «Ты, что, так нельзя его называть, Картоф – это же только прозвище для друзей!» Валерий же тактично молчал. Но я гость, он мне это простил.
– На Зарской дороге 20 мая 1992 года беженцев, женщин, стариков и детей расстреляли в упор грузинские военные. Больше тридцати человек убили. Мальчик убегал, его догнали и в спину из автомата… – Джиоев повернул наш автомобиль в сторону района «Шанхай». Где-то в этом месте в августе 2008-го грузинский вояка, сидя на броне танка и ведя видеосъемку, весело комментировал уничтожение гражданской легковушки с мирными людьми. – Это звери, не люди.
От жителей Цхинвала я услышал множество историй о зверствах грузинских военных (речь именно о грузинских военных и боевиках, а не грузинах как нации в принципе!). Эти рассказы поистине страшны и так и просятся на писательское перо, рвутся кроваво-алыми мазками на полотно этой главы. Но я предам их забвению. И закончу на этом. Это все-таки не мои переживания, это их личное, грузино-осетинское.
8 августа 2008 года я встретил в Петербурге. В этот день вышел один из первых моих материалов на местных «Вестях». «Счастливые восьмерки» он назывался. Про влюбленную пару молодоженов, которые зарегистрировали свой брак в этот знаменательный с точки зрения нумерологии день – 08.08.08. Восьмерки в дате по некоему толкованию сулили супружеской чете долгую и счастливую жизнь. Для Цхинвала же эти 08.08.08 навеки стали скорбной датой. Счастливые для кого-то восьмерки сплелись в истории осетинского народа траурным венком.
В те дни я понял: у беды есть одно лишь полезное свойство – она действительно умеет объединять людей. И неважно, что эта беда не их собственная, и даже объективно чужая, физически и географически далекая, но все же такая по-человечески близкая. Граждане всех возрастов, национальностей, социальных групп несли на сборные пункты Петербурга теплые вещи, обувь, предметы гигиены. Немало было тех, кто волок на себе огромные тюки с одеждой и игрушками из разных уголков Ленинградской области. А в новгородский военкомат, слышал я, стягивались добровольцы. Чаще всего люди в возрасте, с боевым опытом, в их числе военные медики. Как это все знакомо, теперь во времена СВО, правда?..
Кавказские же врачи принимали от петербургских коллег гемоконтейнеры с плазмой. Тогда Питер отправил 17 таких контейнеров. Это гораздо больше, чем было необходимо раненым. Просто желающих сдать кровь для Цхинвала оказалось слишком много. Донорами стали полторы тысячи петербуржцев. А еще в те дни россияне собрали в виде пожертвований для Южной Осетии около миллиарда рублей. Да что там деньги и вещи! За мир в Южной Осетии российские военные заплатили высокой ценой. Сотни из них вернулись домой ранеными, несколько десятков – в цинковых гробах. Вот почему на въезде в республику в 2012 году мы видели эти надписи на стенах, неофициальные послания, созданные в порыве чувств: «Спасибо, Россия!»
Россия быстро навела порядок в Закавказье. Пехотой, десантом, артиллерией, танками, авиацией и флотом. После авиаударов по грузинским военным объектам, боевого патрулирования российских кораблей в территориальных водах Грузии, ввода наших войск в Гори у официального Тбилиси пропала всякая охота убивать мирное население Южной Осетии. Так Россия принудила к миру (международно-правовая формулировка) проамериканского президента Михаила Саакашвили.
У скорого поражения вооруженных сил Грузии была весомая причина: их армия, мягко говоря, не являлась выдающейся. Несмотря на реформу, тридцатикратное увеличение бюджета и поставку вооружения Соединенными Штатами Америки, странами ЕС, а также Украиной. И несмотря на совместные
