В чужих туфлях - Джоджо Мойес
Обуздывать ревущий клубок ярости и тревоги, свивший гнездо в груди, становилось все сложнее. Она сняла с вешалки шелковую блузку и натянула ее через голову, чувствуя, как ткань липнет к влажной коже. Да где же Магда, в самом-то деле?
Ниша села, глядя в телефон, рассеянно потянулась в сумку за джинсами и обувью. Но нащупала и вытащила поношенный, уродливый башмак с квадратным каблуком. Она непонимающе посмотрела на него – и с возгласом ужаса уронила на пол. Вытерев руку о полотенце, Ниша, прикрыв пальцы его краешком, расстегнула молнию и заглянула внутрь. Наконец ей открылась страшная истина. Это чужая сумка. Искусственная кожа облупилась на швах, а эмблема Marc Jacobs напоминала не благородную медь, а тусклое серебро.
Ниша посмотрела под скамью, затем обернулась.
Почти все женщины, которые так ее раздражали, уже вышли, и других сумок поблизости не было, только распахнутые створки шкафчиков. Больше ничего. Надо сказать, подделка очень походила на оригинал – тот же размер, цвет, ручки, вот только принадлежала явно не ей.
– Кто взял мою сумку? – произнесла Ниша вслух, ни к кому конкретно не обращаясь. – Кто, черт возьми, взял мою сумку?!
Оставшиеся в раздевалке женщины непонимающе смотрели на нее.
– Нет, – выдохнула Ниша. – Нет-нет-нет. Только не сегодня. Не сейчас.
Девушка за стойкой администрации и глазом не моргнула.
– Где камеры видеонаблюдения?
– Мадам, в женской раздевалке их нет, это противозаконно.
– И как я теперь узнаю, кто украл мою сумку?
– Не думаю, что речь идет о краже, мадам. Судя по вашим словам, сумки случайно перепутали. Если они так похожи…
– Вы всерьез считаете, что кто-то «случайно» прихватил мой пиджак от Chanel и сделанные на заказ «лабутены», которые изготовил лично Кристиан? Человек, который обычно носит… – она брезгливо заглянула в сумку, – вещи из Primark?
На лице девушки не дрогнул ни один мускул.
– Мы можем просмотреть записи с камер у входа, но сначала нужно получить разрешение главного офиса.
– У меня нет на это времени. Кто вышел отсюда последним?
– У нас этих записей нет, мадам. Все делает автоматика. Если подождете, я вызову менеджера, и он подойдет, как только сможет.
– Наконец-то! Где он?
– На курсах для персонала в Пиннере.
– Да боже ж ты мой! Дайте мне кроссовки для бега. У вас же есть такие? Мне только до машины дойти.
Ниша выглянула в окно.
– Стоп, где моя машина? Где машина?
Она отвернулась от ресепшена и набрала номер на телефоне. Ответа не было. Администратор достала из-под стойки пластиковый пакет с таким утомленным видом, словно ей пришлось прослушать двухчасовую лекцию на конференции о высыхании краски, и плюхнула его на столеш-ницу.
– У нас есть сланцы.
Ниша посмотрела на девушку, потом на шлепанцы, потом опять на девушку. У той совершенно
непроницаемое лицо. В конце концов Ниша сгребла пакет со стойки и с раздраженным рыком натянула сланцы на ноги. А на выходе услышала приглушенное:
– Ох уж эти американцы!
3
– Не переживай, солнце. У нас еще три попытки, – добродушно произнес Тед.
На следующую встречу они ехали в полной тишине. Сэм провела эти двадцать минут в приступе самоуничижения и чувства вины, которое просочилось в каждую клетку ее существа, сокрушив жалкие остатки уверенности в себе. Что о ней подумали? Она до сих пор ощущала на себе удив-ленные взгляды мужчин, видела едва сдерживаемые ухмылки, с которыми ее провожали, когда она ковыляла обратно к фургону. Джоэл хлопнул ее по плечу и сказал, что Фрэмптон – тот еще жлоб и вечно тянет с оплатой, так что, может, это к лучшему. Однако Сэм заранее представляла, как подожмет губы Саймон, услышав, что она упустила прибыльный контракт.
Вдох на шесть, задержка на три, выдох на семь.
Джоэл завернул на парковку и выключил двигатель.
Еще мгновение они сидели неподвижно, слушая, как стихает рокот, и смотрели на роскошный фасад здания впереди. Настрой ниже плинтуса – точнее, ниже днища фургона.
– А в шлепках точно нельзя на встречу? – наконец спросила Сэм.
– Нет, – одновременно выдали Тед и Джоэл.
– Hо…
– Слушай, – Джоэл повернулся к ней, – если надеваешь такие туфли, надо соответствовать.
– В каком смысле?
– В таком, что… Там ты выглядела смущенной.
И сейчас такой кажешься. А надо делать вид, что ты хозяйка этим туфлям.
– Я им не хозяйка.
– Нужно выглядеть уверенно. Будто небрежно их нацепила, думая, сколько контрактов на круг-ленькую сумму сегодня подписала.
Тед поджал губы и кивнул, а затем подтолкнул ее толстой ручищей.
– Он прав. Взбодрись, радость моя. Подбородок выше, грудь вперед, улыбка во все лицо. Ты сможешь..
Сэм потянулась за сумкой.
– Саймону ты бы такое не сказал.
Тед пожал плечами:
– Сказал бы, если бы он нацепил такие туфли.
– Мы можем снизить стоимость максимум до сорока двух тысяч. Но если смените номера страниц, а титульную закажете в монохроме, можно скинуть еще восемьсот.
Рассказывая о стратегии печати, Сэм вдруг поняла, что управляющий директор ее не слушает. На мгновение вернулось былое смущение, и она запнулась на последних словах:
– Итак… вас устраивают эти цифры?
Он не ответил, только потер лоб и выдал малоинформативное «м-м-м», как делала сама Сэм, когда Кэт еще была маленькой и приходилось вполуха слушать ее бесконечные излияния.
«О боже, я его теряю», – проскользнула мысль. Сэм оторвала взгляд от записей и заметила, что директор пялился на ее ногу. Сгорая от стыда, она едва не утратила нить рассуждений. Но вновь поглядев на него и отметив слегка остекленевшие глаза, вдруг осознала: он просто отвлекся.
– И, разумеется, мы укладываемся в оговоренный срок – восемь дней, – заключила Сэм.
– Прекрасно! – воскликнул он, словно очнувшись от грез. – Да. Хорошо.
И при этом не сводил взгляда с ее ноги. Проследив за ним, Сэм чуть подвинула стопу влево, вытягивая лодыжку. Он смотрел на нее как завороженный.
Поверх стола женщина отметила, как Тед и Джоэл обменялись выразительными взглядами.
– Эти условия для вас приемлемы?
Директор, сцепив пальцы, ненадолго встретился с ней взглядом. Сэм ободряюще улыбнулась.
– Э… да. Неплохо. – Он себя не контролировал.
Взгляд опять непроизвольно спускался с ее лица вниз, к «лабутенам».
Сэм извлекла договор из папки, чуть повела ножкой, и задний ремешок мягко заскользил к пятке.
– Значит, утверждаем эти условия?
– Разумеется, – ответил он, а затем взял ручку
