Ангельское терпение - Мехди Газали

Всякий раз, когда Али читал Коран и доходил до айатов об испытании, он говорил: «Зайнаб, дочка! Знай, что эти айаты обращены к тебе!» Эти айаты и к нему тоже были обращены. И мученическая смерть его была для Зайнаб первым из всех её жизненных испытаний.

Когда Фатима прощалась с этим миром и уходила к отцу своему, чтобы присоединиться к нему в Раю, она наставляла Зайнаб, старшую дочь свою: «Не оставляй одних братьев своих. Заботься о них. После меня ты будешь им как мать». И пока братья её были живы, Зайнаб никогда наставления этого не забывала.

Младшая дочь Али, потеряв мать, вела себя как взрослая согласно сделанным ей наставлениям, хоть её малолетство и требовало слёз и рыданий. Отец её, Али, говорил ей: «Веди себя спокойно, чтобы соседи не догадались. Не догадаются – и не придут к покойнице Захре. Не придут они – и наставление её исполнено будет».

Волею судьбы ещё в малолетстве Зайнаб приучилась к терпению.

С того момента, как глаза открыла и узнала своих близких, обладать стала самыми прекрасными сокровищами в мире: среди них Пророк был последним и самым великим из всех пророков.

Отец её, Али, преемником его был, хотя и не более великим, чем сам Пророк. Мать её, Фатима, была отрадой всех женщин мира, а братья, Хасан и Хусейн, были названы Пророком предводителями всех юношей Рая. Испытания Господа начались для неё в детстве, когда Пророк покинул этот мир, а через некоторое время и мать её ушла следом за ним. С тех пор для Зайнаб наступило время испы таний.

Яхья Мазани в Медине долгое время был соседом Имама Али; жил он рядом с домом Зайнаб. Он говорил так: «Клянусь Господом, что я не видел ни фигуры её, ни голоса её не слышал. Всякий раз, как она собиралась отправиться навестить могилу Посланника Аллаха, то выходила ночью. Рядом с ней были её отец, Али, и братья, Хасан и Хусейн. Когда они добирались до могилы, то отец её гасил там фонарь. Он говорил: «Возможно, тут кто-то есть, кто может увидеть лицо и фигуру Зайнаб».

Хорошо, что её отца и братьев не было уже на этом свете и не видели они, как поступили с их дочерью и сестрой жители Куфы и Сирии.

Кто видел её, говорил: «Своей степенностью она вся пошла в бабушку Хадиджу, целомудрием – в мать Фатиму, красноречием и изяществом беседы – в Али, отца, терпеливостью – в своего брата Хасана, а отвагой и выносливостью – в другого своего брата, Хусейна».

Зайнаб словно разом вобрала в себя черты всех членов семьи.

Абдулла, сын Джафара Тайара, двоюродный брат Зайнаб, сватался к ней, но стеснялся об этом говорить. Одного почтенного старца он сделал своим посредником. И тот обратился за помощью к словам Посланника Божьего: «Али, ты наверняка слышал, что Пророк неоднократно говорил: “Наши сыновья – для наших дочерей, а дочери наши – для наших сыновей”. Абдулла, сын твоего брата Джафара, хочет жениться на твоей дочери, Зайнаб. Если согласишься, то назначим ей брачный дар такой же, как у Фатимы».

Али ответил: «Нужно спросить саму Зайнаб».

Она склонила голову и слушала слова отца: «Что мне ответить ему? Абдулла – хороший юноша».

Зайнаб волновалась. Ответила: «Условие моё таково – чтобы этот брат не отделил меня от Хусейна. Всюду, где бы ни жил Хусейн, и я буду жить, и всюду, куда бы он ни поехал, я тоже поеду».

Али передал это Абдулле, и тот согласился. После Али рассказал об этом Зайнаб, и она также выразила согласие.

Зайнаб стала супругой Абдуллы и родила ему ребёнка. Но когда её отец, Повелитель правоверных, отправился в Ирак для усмирения смуты Джамаль, а вместе с ним уехали и Хасан с Хусейном, Зайнаб не смогла оставаться в Медине. Она поехала следом за родными вместе с Абдуллой и некоторое время оставалась в Куфе.

Она дала слово матери, что будет заботиться о своих братьях, и поставила условие Абдулле: куда бы ни отправился Хусейн, она поедет за ним.

Последний отрезок жизни её отца, Али, прошёл в Куфе. Когда Зайнаб поняла, что вот-вот потеряет отца, она пошла к нему и сказала: «Милый отец мой, Умм Иман поведала мне один хадис от моего деда, Пророка, и я хотела бы услышать его от тебя».

Али ответил: «То, что рассказала тебе Умм Иман, дочка, правда. Я словно вижу тебя пленённой вместе с остальными женщинами моего семейства в этом городе. Терпите же и не утрачивайте выдержки. Клянусь Богом, что семя раскрывает и создаёт всё сущее, в тот момент никто не будет близок Господу, кроме тебя, друзей твоих и сторонников».

Те женщины, что хотели изучать толкование Корана и религиозные знания, приходили к ней. И уроки, что она давала им, были очень оживлёнными. Ибн Аббас же, когда хотел поведать историю, рассказывающую о Зайнаб, всегда начинал её так: «Наша мудрейшая Зайнаб, дочь Али, говорила так-то…»

Её также называли «Мудрейшая из рода Хашим», и многие при этом даже не называли её по имени, Зайнаб, а говорили: «Мудрейшая».

Это и не удивительно, что та, чьими учителями были Али и Фатима, стала мудрейшей женщиной своего народа.

Однажды, когда Зайнаб вела урок по толкованию Корана, зашёл Али и услышал её голос. Он сказал: «Я слышал, что ты толкуешь женщинам айаты “Каф. Ха. Йа. Айн. Сад”?»

Зайнаб ответила: «Да, отец». Он сказал: «Толкование этих букв заключено в тех несчастьях, что постигнут тебя».

Зайнаб спросила: «Каких несчастьях?»

Тогда Али поведал ей о том, что грядёт в её будущем, и она заплакала. Горькими были её слёзы.

На своих занятиях Зайнаб учила не одним лишь словом, но и поведением своим, и характером. Да и не только на занятиях, но и в мечети, по дороге, в гостях…Всё в ней было прекрасно: и поведение, и нрав. Одевалась просто, и из всех украшений у неё были скромность и величие.

Вскоре те женщины, что приходили к ней на занятия, изменились сами: убрали свои дорогие украшения, стали одеваться скромнее, и гордостью их стало служение другим и благие дела, а не богатство и наряды.

Они становились похожи на свою учительницу, Зайнаб.

Несмотря на то, что ещё во