Забытые чувства - Ана Эм
Только не она. Нет. Пожалуйста.
– Далия. – хрипит она. – Она в машине. С ней все в порядке.
– Шшш. – глажу ее по щеке, прижимая к себе крепче. – Ничего не говори. Не нужно. Все будет хорошо. Слышишь? С тобой все будет хорошо. Все хорошо.
Она сглатывает, морщась, и подносит руку к моему лицу, нежным прикосновением вытирая слезы.
– Все…будет… – ее дыхание прерывается. – Хорошо.
Рука падает между нами.
Нет.
– Доминика? Малышка? Открой глаза, mia rosa. Не закрывай глаза. Пожалуйста. Нет.
Из моей груди вырывается крик.
Боль разрастается, ломая ребра.
Она будет в порядке.
Мы будем в порядке.
Я не потеряю ее. Не потеряю.
39
Доминика
– Смотри, мам, я нарисовал тебе картину. – улыбается Лукас, подлетая ко мне и плюхаясь рядом на песок. Солнце играет в его светлых волосах, переливаясь всеми оттенками золота.
Я улыбаюсь и принимаю из его рук картину. Картиной, это конечно трудно назвать. Скорее рисунок.
– Так. – обнимаю его одной рукой, чмокая в макушку. – Расскажи, что это ты тут изобразил?
Он показывает своим маленьким пальчиком на кого-то, похожего на женщину.
– Это ты. – гордо говорит он.
– Вау, у меня такие красивые волосы. А это кто? Твоя сестренка?
– Да. – тут же кивает он. – Ее зовут Федерика.
– Федерика? Как бабушку?
– Нет, мам. Ее зовут так, потому что тебе всегда нравилось это имя, помнишь? Ты так называла кукол в детстве.
– Правда? – улыбаюсь ему, смахивая со лба отросшую челку. – А я и забыла совсем.
Однажды я прочла, что это имя в переводе означает «мирный правитель» или «великодушный правитель».
– Ладно. А это кто? – указываю на мужскую фигуру. – Твой папа?
Лукас тут же качает головой.
– Нет?
Подорвавшись на ноги, мой сын обнимает меня за шею и чмокает в щеку.
– Я же говорил, что все будет хорошо. – шепчет он. – Папа всегда так говорил.
– Подожди, если это не папа, то кто? – снова опускаю взгляд на рисунок. – И почему ты не нарисовал себя, а?
Когда поднимаю голову, Лукаса уже нет. Что? Встаю на ноги и осматриваюсь по сторонам. Вдалеке, почти у самого горизонта замечаю мужчину с мальчиком на руках…
Тело кажется чужим. Голова, словно весит целую тонну. С трудом могу разлепить глаза. Яркий свет тут же заставляет зажмуриться.
– Она очнулась. – радостно восклицает женский голос.
Я морщусь, но тут же фокусирую взгляд. Далия. Сестра Адриано. Она смотрит на меня сверху. У нее знакомые глаза. Того же цвета, что и у…
– Доминика? – зовет он, и я поворачиваю голову на подушке.
Адриано сидит у моей кровати на стуле. Только сейчас понимаю, что все это время он держал меня за руку. Лицо бледное, под глазами синяки. Он кажется уставшим, словно не спал неделю.
Что? Что произошло?..
В голову тут же врезаются воспоминания. Мы спасали Далию. Сначала я была в доме. Убила пару телохранителей. Далия была в комнате. Я застала ее в свадебном платье с лампой в руках. Она была готова разбить эту лампу мне о голову. Не знаю, как, но она сразу поняла, кто я такая.
Ты Доминика? Невеста брата? Он пришел за мной?
Конечно, пришел. Ты еще сомневалась?
Затем я заперла ее в машине и отправилась на поиски Адриано. Потом мы с Дарио разбирались с людьми Карло Мартинелли, а потом…
– Ребенок. – тут же вспоминаю я, схватившись рукой за живот. – Что с ним?
– Шшш. – успокаивает Адриано, подорвавшись на ноги. – И с тобой, и с ребенком все хорошо. Вы в порядке.
Он садится рядом со мной на кровать и целует костяшки моих пальцев.
– Пуля не задела жизненно важные органы. Доктор сказал тебе просто нужен отдых, чтобы восстановиться. Швы затянутся быстро.
Слава Богу.
Слезы подкатывают к горлу, и я зажмуриваюсь.
Слава Богу.
Сердце начинает бешено колотиться в груди. С нами все в порядке. В порядке.
– Беру свои слова обратно. – вдруг говорит Дарио, и я распахиваю глаза.
Он стоит в изножье кровати вместе с Марко.
– От тебя есть толк, маленький босс. – подмигивает он. – Даже больше, когда у нас в следующий раз будет стычка, мы возьмем тебя вместо Адриано.
Адриано тут же бросает в него гневный взгляд, и из меня вырывается смешок. Боль пронзает тело насквозь, и я морщусь, резко втягивая ртом воздух.
– Кстати, поздравь меня. – продолжает Дарио как ни в чем ни бывало. – Я стану дядей.
– Поздравляю. – хрипло произношу, даже не пытаясь скрыть улыбку.
Адриано накрывает мою руку, ту, что лежит на животе, своей.
– Это его способ сказать «спасибо». – пожимает плечами Марко. – За то, что спасла его задницу.
Снова перевожу взгляд на Дарио. Он закатывает глаза, но в его взгляде я и правда замечаю нечто, похожее на благодарность.
– И от меня спасибо. – продолжает Марко, сложив руки на своей широкой груди. – Ну, за тот раз.
Не зная, что сказать, просто киваю.
– Да, ладно. – вмешивается Адриано. – Моя жена всем нам спасла задницы. Думаю, она заслужила минутку покоя. Поэтому будьте добры, свалите нахрен.
Дарио снова закатывает глаза, а Марко усмехается. Они берут сестру под руки и выходят из спальни Адриано.
– Моя жена. – повторяю я, когда мы остаемся наедине. – А ты не торопишь события?
– Во-первых, ты первая назвала себя миссис Мартинелли. – целует мое запястье. – А во-вторых, как только доктор разрешит тебе вставать, я женюсь на тебе, Доминика Эспасито. Хочешь ты того или нет.
На моих губах появляется широкая теплая улыбка.
– А предложения по поводу свадьбы принимаются?
– Разумеется. – убирает прядь волос с моего лица. – Какую ты хочешь свадьбу?
На самом деле мне никогда не задавали этот вопрос. Но ответ на него всегда был. И я, как на духу, выдаю его Адриано. Он улыбается все время. Слушает, и я точно знаю, что запоминает каждую деталь, чтобы воспроизвести потом точь в точь, как я хотела.
Это чувство появилось не сразу. Мне потребовалось пройти долгий путь, чтобы наконец обрести его. Но теперь, когда этот мужчина с синими глазами и огненным сердцем смотрит на меня с бесконечной нежностью и любовью, я понимаю, что это оно. Я ощущаю его всей своей душой, всем своим израненным сердцем.
Я дома.
Два месяца спустя. Италия.
Солнце заливает светом всю небольшую комнатку, но каменные стены все еще сохраняют прохладу. Я наношу пальцами блеск на губы перед зеркалом. На мне минимум макияжа. За этот месяц, что мы с Адриано провели