Забытые чувства - Ана Эм

Отец явно борется с собой. Возможно, ему никого так не хотелось убить, как свою собственную дочь. Ей всего двадцать. Но она уже получила степень в сфере бизнеса, как и хотел отец. Однако усмирить ее никто не мог, и уж тем более приручить. У нее были слишком большие крылья и дурной характер.

– Между вами что-то есть? Он уже трахнул тебя? – рычит отец, меча молнии в сестру, но броня Бьянки сделана из стали. Они с Еленой всегда внешне напоминали демона и ангела. Одна держала вентилятор, а вторая отправляла на него дерьмо. Нетрудно догадаться, что именно Бьянка никогда не брезговала запачкаться, а Елена выходила чистой из любой ситуации. Но по отношению к обоим отец всегда проявлял намного больше эмоций. Одну ставил в пример, вторую наказывал. Мы же с Эддой, как старшие, старались свести последствия к минимуму.

Вот и сейчас Бьянка явно намеревается съязвить, но Эдда хватает ее за руку под столом, и та сдерживается.

– Между ними ничего нет. – вмешиваюсь я, и отец направляет весь свой гнев на меня. Как обычно. – И у нас есть более важные темы для обсуждения, чем Бьянка. Разве нет?

Я делаю глоток виски, выдержав его взгляд. На его лице проскальзывает нечто похожее на одобрение, смешанное с гневом. Что ж, он сам усадил меня на это место, так что теперь ему придется смириться с отсутствием слепого повиновения.

Его челюсти сжимаются сильнее, и он кивает.

– В мой кабинет. – приказывает он, поднимаясь со своего места, и направляется в другую часть дома.

Я делаю еще глоток, не обращая внимание на пристальные взгляды остальных. Потом ставлю пустой стакан на стол и встаю, удивляясь тому, что почти не опьянела. Киваю Луи, и он сразу же подходит ко мне.

– Можешь, сделать мне ванну со льдом, пожалуйста.

Он коротко кивает, не задавая вопросов, и я направляюсь к отцу.

***

Камин тихо трещит, когда я вхожу. Отец сидит в кресле и жестом просит меня сесть на диван рядом. Это я и делаю. Впервые в жизни он вдруг кажется мне по-настоящему уставшим.

– Что мне делать с твоей сестрой? – спрашивает он, уставившись на огонь.

Неужели это так сильно его беспокоит?

– Ничего. – тихо отвечаю я, сложив руки на коленях.

Его брови слегка приподнимаются вверх. Не такого ответа он от меня ждал.

– Она больше не твоя ответственность. – поясняю я, и он слегка улыбается, что было редкостью. Последнюю улыбку я получила от него лет в четырнадцать, прежде чем он отвел меня смотреть на то, как пытают предателей.

– Ты права, через два месяца она станет твоей проблемой.

– Она не проблема.

– Как скажешь. – отмахивается он. – Что ты хотела обсудить?

– Ты действительно думаешь, что это хорошая идея сделать меня боссом Короны?

– Ответить честно?

Я киваю, уже зная ответ на этот вопрос.

– Идея дерьмовая. – хмурится он, поворачиваясь ко мне. – Но ты идеальный кандидат.

Многие не согласятся. Даже не так. Все не согласятся. Идея быть боссом никогда не приходила мне в голову. В особенности потому что я никогда не считала это возможным.

– Ты сильная, сдержанная, и готова на все, ради этой семьи, ради своих сестер. – говорит так, будто сам себя пытается в этом убедить. Хотя мы оба знаем, что он принял это решение не на пустом месте. Нет. Карлос Эспасито спланировал все еще много лет назад. Теперь я в этом уверена.

– Этого недостаточно, ты ведь знаешь. – возражаю я.

Меня никогда по-настоящему не примут, потому что я женщина. И чтобы возглавить армию демонов, мне самой придется стать самой худшей из них.

Он откидывается на спинку кресла, размышляя над моими словами.

– Два года назад ты потеряла мужа и сына. – его взгляд становится стальным, жестоким.

Я вздрагиваю, перед глазами снова возникают кровавые картинки той ночи, внутренности скручивает в тугой узел, но я не показываю этого.

– Причем самым ужасным способом. – на мгновение он прикрывает глаза, а когда снова открывает, в них кипит ярость. Его кулаки сжимаются на подлокотниках кресла. – Я потерял внука. Свою плоть и кровь. И у меня не остается времени, чтобы отомстить за него, отомстить за тебя. Но ты можешь это сделать, Доминика. Триада должна страдать так же, как страдала ты. – он подается вперед, уперевшись локтями в колени. – Я дам тебе власть. Людей. Возможность. Ты моя дочь. Ты Эспасито. И у тебя есть все, чтобы принять корону.

Что-то внутри меня надламывается. Гнев, подавляемый годами вспыхивает в крови, разжигая ее. Я вновь возвращаюсь в тот день, в ту ночь. В ушах стоит крик моего ребенка. И чудовище внутри меня впервые за два года открывает свои глаза. Оно жаждет крови, жаждет мести. Оно просит меня поддаться. Оно знает, что отец намеренно напоминает мне о боли и ему плевать. Как впрочем и мне.

На протяжении двух лет я ежедневно напоминала себе о том, почему все еще дышу. Опускаю взгляд к своим рукам, даже под перчатками я чувствую липкую теплую кровь. Месть. Я знала, что не имею права умирать, пока живы те, кто отнял у меня мою семью. Два года я оттягивала этот момент, пыталась сбежать, пыталась спастись в своем личном Аду, хотя в глубине души всегда знала, что не смогу сохранить осколки своей души.

Мой муж Лео.

Мой сын Лукас.

Они были всем хорошим во мне. И их оторвали от меня силой. Вырезали и сожгли. А меня заставили смотреть. В тот момент чудовище впервые обрело свои четкие очертания. И я поняла, что если позволю ему жить, если позволю ему взять вверх, то поддамся этой жажде крови, упаду в бездну, из которой не будет выхода.

Я ведь никогда не хотела становится чудовищем, не хотела быть частью этого мерзкого мира. И вот я здесь. Чудовище победило. Истина, от которой мне не удалось сбежать.

Я знаю, что сделаю, когда твари, забравшие мое тепло, умрут. Знаю, что сделаю с чудовищем, когда мои сестры будут в безопасности. Я убью его и заберу с собой в Ад. Но до этого момента, я буду бороться. В последний раз. Ради семьи, что я потеряла, и ради семьи, что у меня осталась.

Да поможет мне дьявол, ибо я собираюсь стать его лучшим творением.

– Хорошо. – соглашаюсь я, расправляя плечи. Чудовище внутри вытягивает свои уродливые когти. – Я стану боссом Короны, чего бы мне это не стоило.

3

Адриано

В голове поднимается шум,