Бессовестно влюбленная 2 - Натали Палей

Бель Харрис перешла на магическое зрение, но все равно ничего не увидела…

Лорд Рид появился в тот вечер внезапно, как демон из Бездны. Зашел в дом вместе с миссис Треверс, которая вернулась от подруги и выглядела растерянной, испуганной и виноватой.

Как позже выяснилось, когда леди Мэри подъехала в экипаже к дому, то обратила внимание, что из другого, черного и подозрительного, остановившегося на противоположной стороне улицы, выходит сам лорд Рид.

К удивлению и беспокойству миссис Треверс, мужчина направился в её сторону, а после положенных приветствий вдруг поинтересовался, не желает ли милая леди Треверс пригласить его на чай.

Зная о том, что Джослин в её доме, Мэри Треверс не желала приглашать лорда и попыталась избавиться от назойливого мужчины, но, конечно, у леди ничего не получилось. Она обладала совсем не той весовой категорией, чтобы бороться с Главой Теней короля.

Майкл Рид, поняв, что приглашать его не собираются, сухо заявил, что как Глава Теней он обязан зайти в её дом, в котором, по его сведениям, находятся иноземные подданные, попавшие в Рейдалию без разрешения.

Бель помнила, как потом тетя Мэри с возмущением в дрожащем голосе рассказывала о нахальном поведении «этого демона лорда Рида!». И что если бы не нюхательная соль, которая всегда при ней, то она точно упала бы в обморок, когда зашла в дом и увидела ещё одного незваного гостя. Короля Ромера Варгоа она, конечно, узнала, так как была образованной и довольно начитанной женщиной.

А сэр Майкл, конечно, не ожидал встретить тех, кого застал в доме леди Треверс в тот вечер.

По его реакции Бель догадалась, что сэр Рид знал о том, что её бабушка — королева соседнего государства. Однако, ей он не сообщил об этом. Осознание последнего оказалось слишком неприятным обстоятельством и снова отдалило целительницу от Главы Службы Теней.

Мисс Харрис четко поняла, что для лорда Майкла Рида интересы Рейдалии всегда на первом месте. Люди же просто разменные монеты, их чувства ничего для него не значат. Видимо, не в интересах королевства было сообщать семейству Харрис о бабушке.

Ромер Варгоа, король Адалии, не стал скрываться, встретил Главу Теней с невозмутимым выражением лица. Ее величество Джослин Варгоа вела себя не менее сдержанно и достойно.

Впрочем, и лорд Рид, справившись с первым изумлением, быстро овладел собой и общался с их величествами спокойно и вежливо. Однако настоял на немедленном посещении филиала Дипломатической службы Рейдалии, фиксации их нахождения на территории Сент-Эдмундса и размещении королевской пары достойно их высочайшего статуса.

Чете Варгоа ничего не оставалось, как проследовать за Главой Теней. Ромер и Джослин, не скрываясь от лорда Рида, даже, похоже, с его молчаливого одобрения, активировали одинаковые кольца-артефакты, отвлекающее внимание от их персон, и только после этого вышли из дома леди Треверс, пообещав связаться с мисс Харрис.

* * *

С задумчивым выражением лица мисс Харрис зашла в дом. Горничная приняла у нее перчатки, шляпку, накидку, спросила, не хочет ли мисс чай и свежеиспеченные булочки с корицей. Белла ответила, что не отказалась бы и попросила принести чай и лакомство в свою комнату.

Воспоминания о короле Ромере, бабушке и недавних событиях, действительно, отвлекли девушку от тяжелых мыслей, связанных с Кеннетом.

«Интересно, тени короля, и кандидаты в тени знают, что их глава — потомок демонов?» — озадачилась Белла.

А ведь она, действительно, даже не догадывалась, кем на самом деле является сэр Майкл Рид. Хотя если бы проанализировала некоторые его действия, поступки и способности, наверное, могла догадаться. Даже с первого дня знакомства, когда он за считанные секунды определил, что она сирена.

Просто в жизни столько всего происходило, что меньше всего её интересовала личность Главы Теней, да и все особенности его сильной натуры, как мага, она списывала на тайные знания теней. А выходило, что дело было не только в этом.

Мисс Харрис переоделась в удобное домашнее платье и мягкие туфли, прохладной водой смыла пыль с лица, и вдруг взгляд целительницы зацепился за изящный флакон духов, когда-то подаренный Джоном Ролденом. Она так и не использовала его ни разу.

Флакон стоял на тумбочке, а под ним лежал белый лист бумаги, сложенный вчетверо. Утром его точно не было в её туалетной комнате.

Мисс Харрис с удивлением взяла сложенный лист бумаги в руки, медленно развернула и обнаружила, что он исписан знакомым мужским почерком. Начиналось письмо так, словно они расстались с мистером Джоном Ролденом хорошими друзьями.

'Дорогая моя мисс Харрис,

милая Белла,

скорее всего, мое письмо покажется вам неуместным, но я осмелился его написать. И очень надеюсь, что вы прочитаете его до конца.

У меня есть для вас деловое предложение, которое выгодно для нас обоих. В вашем интересе я так же уверен, как и в своем.

Конечно, в данном письме я не могу раскрыть суть предложения, но, если вы заинтересовались, то буду ждать вас завтра в вашей любимой кондитерской. После ваших занятий в академии магии.

Разговор между нами состоится там же, я не собираюсь увозить вас в экипаже, поэтому прошу не бояться и никого не приводить с собой. Наша встреча совершенно для вас безопасна.

С искренним уважением,

ваш преданный друг

мистер Джон Ролден'.

* * *

Ее Величество Кассия Ветинг упрямо настаивала на ещё одном разговоре, о чем известил уже девятый магический вестник. Особенный. Королевский. Такой, который пройдет через любые магические завесы и препятствия. Даже через особо усиленную магическую защиту тренировочного полигона для боевиков академии старшего курса.

Однако лорд Рой не имел ни малейшего желания не видеть, не слышать королеву. Он больше не хотел испытывать эмоции, подобные недавним — недоверия, возмущения, злости, — к той, что навсегда останется для него одной из самых важных женщин в его жизни.

Поэтому, не сомневаясь ни секунды, огненной магией Себастьян сжег магический вестник, который нашел его так не вовремя — с минуту на минуту он ждал появления Колина Мэрита для магического поединка. Если, конечно, тот будет в состоянии сражаться после схватки с Кеном Дарлином.

В последнюю встречу с королевой он настаивал на том, чтобы Ее Величество и её люди оставили в покое Беллу Харрис. Ясно дал понять, что не даст девушку в обиду.

Никому. И ей в первую очередь.

На что ему гневно заявили, чтобы не вмешивался не в свое дело.

Тогда он не добился