О личной жизни забыть - Евгений Иванович Таганов

— Значит, мои родители как раз из-за этого чипа тоже пошли под нож?

— Тебе никто никогда прямо на это не ответит.

— Ну раз вы один из коста-риканской резидентуры остались в живых, то подозревать приходится… — Алекс намеренно не договорил.

— А что, вывод замечательный, — насмешливо согласился куратор. — Доставай пукалку, что я тебе дал, и решай вопрос по законам голливудской кровной мести.

Копылов напряженно думал, но вовсе не о том, что предполагал дядя Петя.

— А версия «Б»?

— Ты о чем?

— Вы сказали, что про чип — это версия «А».

— Ну да, версия «Б» тоже имеется. Давай о ней в другой раз. Исповедоваться тоже надо дозированно. Пора отрубаться.

Однако Алекс не хотел отступать просто так.

— А если бы я сейчас достал этот чип?..

— Тогда на руках у нас был бы весьма неплохой козырь. Ты допускаешь, что Вадим Вадимыч никуда его не отдал? И что он до сих пор у него в сейфе?.. Нет, на него это не похоже. Кстати, он уже год, как совсем на пенсию ушел… Говори!

— Да нет, я просто так. В порядке бреда, — пошел на попятный Алекс.

Глава 24

На следующее утро Алекс покинул дачу, оставив Зацепина целиком на попечении Зои. Уезжая, он уговорил Зою отвезти себя в Москву кружным путем, чтобы даже если его потом будут заставлять показать их конспиративное логово, он не смог бы это сделать при всем своем желании.

— Молодец, соображаешь, — похвалил его за такую предусмотрительность куратор и дал триста долларов на покупку сотового телефона, дабы быть с Алексом постоянно на связи.

— Вы же сами говорили, что по звонку с сотового можно всегда определить его местоположение, — продолжал осторожничать Копылов.

— Мы перед выходом на связь обязательно будем выезжать подальше в лес, — в своем излюбленном стиле пообещал майор. — Чтобы нас найти, врагам понадобится провести большую войсковую операцию по прочесыванию четверти Московской области. Я думаю, спецназ страны к этому вряд ли будет готов.

Уже по дороге с дачи Алекс попросил Зою везти его не в Москву, а на автовокзал Балашихи. Та только сердито глянула и поехала по заявленному направлению. В исходящем от нее раздражении ясно читалось: «ох и достали же вы меня со своими шпионскими штучками». Алекс на такое отношение не обижался, его самого эти штучки раздражали ничуть не меньше.

На автовокзале он взял билет на автобус до Павловского Посада, там еще пересел на электричку до Владимира и несколько часов спустя шагал уже по Ивантеевке, не забыв прикупить нужные гостинцы для любимой бабушки.

Баба Дуня была все той же хлопотуньей, что и прежде. Казалось, добавленные годы ничуть не отразились на ее неутомимой энергии. Приезжая сюда уже в качестве студента, Алекс все чаще примеривался, а не переехать ли ему в ближайшем будущем сюда насовсем. Ивантеевка уже миновала нижнюю точку своего запустения и потихоньку застраивалась двух-трехэтажными особняками новых русских — благо до метрополии было не слишком далеко. Разумеется, накопленных двух с половиной тысяч баксов на такое жилье было маловато, но, как говорится, главное — хотя бы думать в эту сторону, а там уж что-нибудь, смотришь, и материализуется. Особенно нравилась ему идея построить выдающийся каменный дом своими руками — али он не сын своего отца — строителя-дизайнера? Пока же каждые каникулы он разминался на малом: поправлял сарай, менял штакетник забора, выкладывал тротуарной плиткой хоздвор, сколачивал теплицу, огораживал овощные грядки нержавеющей оцинковкой.

Но сегодняшний приезд был особый. Только отчитался о своей учебе, клятвенно пообещал привезти на смотрины свою Юлю, отпил полчайника чая с малиной — и быстро на променад по деревне.

Подходя к дому Павлуши, Алекс был готов даже к тому, что старого приятеля может не оказаться на месте. Однако тот, как обычно, пребывал в своей комнате-мастерской, что-то паяя и отлаживая. На голове у него уже седина и порядочная лысина, но выглядел он по-прежнему как инфантильный подросток.

— Привет, — окликнул компьютерного гуру Алекс.

Павлуша недовольно оглянулся, но тут же его лицо расплылось в радостной улыбке.

— А, приехал.

Они пожали друг другу руки. Алекс оглядел комнату.

— У тебя ничего не меняется.

— Не скажи. Смотри, какое все уже навороченное, — не согласился мастер.

И правда, компьютеры и видики кругом стояли и лежали самые продвинутые, что, впрочем, мог оценить лишь другой такой же специалист по «железу».

Ходить вокруг да около со старым корешем не имело смысла, и Алекс с замиранием сердца просто спросил:

— Слушай, а помнишь, ты тогда мне один текст распечатывал? Он случайно у тебя не сохранился?

— Какой текст? А, тот на английском языке? Не помню. Надо смотреть.

— Ну так посмотри. Очень надо.

Павлуша покачал головой:

— И как всегда, сразу и все тебе на бочку. Ну вы, москвичи, и приставучие.

— Смотри, бабе Дуне пожалуюсь на тебя, — пригрозил Копылов. — А то она тебя за хорошего человека держит.

— Ладно. Садись и жди. Можешь чаю себе сварганить. — И Павлуша снова повернулся к «железу», сразу забывая о присутствии гостя. Отложил блок, которым занимался, включил главный монитор и начал поиск нужного файла. Алекс, ничуть не стесняясь, по-свойски прямо в чашке заварил чай, нашел на полке пакет с сушками и стал терпеливо чаевничать, глядя в окно на стройку трехэтажного коттеджа неподалеку.

Через какое-то время Павлуша вдруг шумно вздохнул за его спиной, словно сбросил с себя тяжелый груз.

— Есть твой файл. Гони в ларек за пузырем…

Часть четвертая

Глава 1

Служебный кабинет Лавочкина впечатлял своим размахом и хорошо подобранным антуражем. Вальяжные кожаные кресла за столом для совещаний, бар за темным стеклом, аквариум с изысканными рыбками, роскошные напольные вазы. А чтобы окончательно добить любого посетителя, на стене в желтой металлической рамке висело фото Ельцина плечом к плечу, правда, не с самим Лавочкиным, а с главой холдинга «Элис» Аникеевым.

За сверкающим столом восседал сам Лавочкин. Напротив, руки по швам, стоял Смыга, именно он в качестве байкера закинул гранату в машину Зацепина.

В углу, в низком кресле желтой кожи, в качестве гостя сидел всемогущий референт холдинга кадровик Николаев, именно его фото Терехин вместе с досье передал Петру на прогулочном катере.

— Ну как ты работаешь, Костя. Что ни поручу, все через пень-колоду, — распекал Лавочкин своего подручного.

— Я сделал все