Пин-код на приворот - Наталья Вячеславовна Андреева

Он встал. Сказал:

— Желаю вам счастья. Вы красивая пара.

Какая на фиг пара?!

— Погодите, Алексей! — взмолилась моя женщина. — А номер карты?!

— По телефону. Я вам наберу.

И он ушел. А мы так и сидели над полными пивными кружками.

Я как в бездну рухнул. С трудом соображал. Арест, допросы, судебный процесс.. Жизнь разделится на до и после.

Разделилась бы.

Вот почему мы все скрыли. Я бы мог через это пройти, я мужик. И практически одиночка. Бывшая не в счет. Мигом на развод подаст.

Я бы и на зоне выжил, потому что убийство. И вряд ли условный срок. Отсидел бы и вышел как всегда — в никуда. В деревню бы уехал на крайняк. Там домишко остался, развалюха. И родня. Печка есть, подправить только.

Вернулся бы откуда начал — к истокам.

Но Рина…

А вдруг они бы поняли? Кто пырнул эту мразь ножом?

Удар-то был снизу вверх. А я повыше ростом буду. Чем этот Камиль.

Рина: озеро Турье

Он просто ушел. Этот странный сыщик. Которого наняла такая же как и я несчастная женщина. Отыскать хотя бы следы любимого.

Который на самом деле был мошенником и брачным аферистом.

А я сидела, мало что соображая. А ведь почти уже отпустило!

Никогда не забуду тот день. Шестнадцатое августа. Как я сварила зачем-то кофе в чужом доме. И даже разлила его по чашкам.

А потом меня как прорвало:

— Ты должен все вернуть, слышишь?

— Выходит, мои услуги ничего не стоят? — усмехнулся Камиль.

— Какие еще услуги?!

— Думаешь, ты кому-то нужна? Посмотри на себя в зеркало. Я радовался ночам, когда мы просто лежали рядом. Не трахались. Нарочно по Москве тебя таскал, чтобы побольше уставала. Ты меня как женщина не привлекаешь. И не возбуждаешь. И я справедливо брал то, что ты мне давала. Деньги, подарки. Просто уходи. И закроем тему.

— Но… - я была потрясена. — Я ведь человек! Неужели ты даже жалости ко мне чувствуешь?!

— Ты богатая тетка почти уже в климаксе, которая будет вспоминать время, проведенное со мной как лучшее в своей жизни. Дальше тебя ждет одиночество и вибратор. Если захочешь вспомнить, как это бывает…

И я не выдержала. Он говорил это с наглой улыбкой, уверенный, что я отползу как побитая собака. А нет — так он вышвырнет меня за дверь. Или охрану позовет.

Я была бессильная что-нибудь сделать. Пойти в полицию? Камиль скажет: она сама мне их дала, драгоценности эти. Я ведь дарила ему дорогие вещи. Оплачивала счета в ресторанах.

Фактически его содержала.

Судебный процесс? Огласка? Чтобы все надо мной посмеялись?

А я ведь Львица. И в жалости не нуждаюсь. Тем более не позволю, чтобы меня сделали посмешищем.

Взгляд упал на нож, которым Камиль вскрыл килограммовый пакет с кофейными зернами. Он был похож на скальпель, этот нож. Я не помнила себя, когда схватила его.

— Ты что творишь?! — он подошел вплотную. — А ну, положи его и убирайся! Ты же хорошая девочка. Правильная. И ты никогда…

Я ведь хирург. Прекрасно знаю анатомию. Мне захотелось проверить, а есть ли у него сердце? Человек ли это вообще?

И попала я точно. Он упал на меня, так и не договорив. Еле на ногах устояла. И даже не поняла, что сделала. И тут раздался знакомый голос:

— Замри! Я тебе помогу.

Откуда здесь взялся Сава?! Но это он помог мне не упасть под тяжестью мертвого тела. Или почти уже мертвого. Камиль еще хрипел, когда свалился на пол, но быстро затих.

— Полиция… - прошептала я. — Надо вызвать полицию.

— Забудь. В тюрьму хочешь сесть? За этого гада? За то, что прикончила его? Я все слышал. Если бы ты не пырнула его ножом, я бы сам его избил. И возможно убил. Ты это… успокойся.

— Успокойся?! Я только что убила человека!

— Не человека. Он кто угодно, только не человек. Надо спрятать тело.

— Куда?!

— Забор тут не везде. Я территорию сегодня обошел. Тут стройка рядом. Я видел участок, где фундамент готовятся заливать. Вот туда.

— Но его же будут искать!

— Будут. Надо чтобы не нашли.

— Это возможно только, если его будут искать не здесь, - горько сказала я.

— А если… на Домбае? В горах?

— Но как он туда попадет?!

— Я же на него похож.

— Что ж… - я задумалась. — Если он проживет еще хотя бы неделю, и его будут хоть изредка видеть… А потом он, то есть ты уедет. На своей машине.

— Умница, - похвалил меня Сава. — Детали обдумаем, время есть. А пока ты уезжай и жди меня… допустим на стоянке у супермаркета.

— Но видеокамеры…

— Одна. Ее я беру на себя. Я ведь охранник, не забывай. Профи. Подчищу запись и выведу ее из строя, камеру, за это не волнуйся.

— Почему ты мне помогаешь?

— Но ты же мне помогла. Сделала из куска сырого мяса, в которое превратилось мое лицо, красавчика. И потом: я мужчина, ты женщина. Я бы по любому за тебя заступился. Поезжай к маркету и жди меня. Он, сука такая, тяжелый. Вдвоем сподручнее.

Я сделала, как он сказал. Пока ждала его, чего только не передумала! И даже хотела позвонить в полицию.

Но потом представила мамино лицо… Она этого не переживет, с ее больным сердцем. Как единственная дочь, круглая отличница и хорошая девочка, из уважаемого человека, врача, превращается в уголовницу. Без права заниматься врачебной практикой.

Ну, кто меня возьмет на работу после того, как отсижу за убийство?

А дальше все было так, как сказал Алексей. Эсэмэски женщине, которая была «в работе» у Камиля сочиняла я. Сава не силен в красивой словесности. Наша с ним переписка в месенджере давно удалена. Это недоказуемо.

В последний день моего пребывания в альплагере мы обменивались лишь короткими сообщениями, почти шифровками.

А на Турье я все-таки поднялась. Не могла я просто сидеть и ждать. А вдруг Саву разоблачат? Хотя, его двойника здесь раньше никто не видел. Тут даже хорошим актером не обязательно быть.

Я сидела на старом, как сам Домбай валуне, глядя на иссиня-изумрудную озерную воду, и радовалась тому, что еще обратная дорога предстоит. На базу. А на рассвете Сава сядет в мою машину, и я его отсюда вывезу. Мы помчимся по Тебердинскому ущелью, на рысях минуем Пятигорск. И свернув у Павловской на