Пин-код на приворот - Наталья Вячеславовна Андреева

Но согласно здешним правилам лежачего добивать можно. И Толян не постеснялся. Он ведь знал, что жертвой его назначили. И лишь счастливый случай в моем лице помог избежать позора.

— Доволен?

Я обернулся: Рина. Положила руку мне на плечо.

— Что? — я был в азарте боя, и не сразу понял, что спросили. — Да.

— Ты рассчитался с обидчиками, дальше что?

Об этом надо именно сейчас поговорить? Когда рефери поднял руку победителя? А на его тренера жалко смотреть? Потому что Толика планировалось на носилках доставить отсюда в ближайшую больницу, как и меня. А не чествовать как победителя.

Сколько же они поставили, интересно? Я это узнаю, когда выигрыш получу. Не думаю, что сумма запредельная, на Толика ведь многие поставили. Он в ранге фаворита на бой выходил, как и я: реклама постаралась.

Главное, что бывший босс разорился на этой ставке.

Но если бы я только знал, каков будет выигрыш! И что меня сегодня ждет!

А пока я от счастья был, как пьяный. Прямо вело. Эйфория, будто пузырьки шампанского пенилась в крови. Это был момент, когда американские горки зашвырнули меня на самый верх. И я был просто-таки безумно счастлив. Прямо парил!

Мимо прошел сияющий Толян и показал мне большой палец.

Я подмигнул: про анализы не забудь, чемпион. Но все было в ажуре. Они не докопаются. Пробы у обоих чистые. Бой засчитан. Ставки тоже сработали. И я получу свой выигрыш.

Дорогу кто-то заступил. Я пригляделся. Да это же мент! Который на Домбай за каким-то мотался. И удивился:

— Как ты нас нашел?!

— По ящику увидел. Матч транслировали в прямом эфире. И я пулей сюда. На такси. Вчера только с Кавказа вернулся.

— Но как тебя впустили?!

— А все уже закончилось. Не видишь — народ расходится. Двери клуба распахнуты, охрану сняли. Поговорить бы, Савелий.

— О чем? — я попытался отодвинуть его плечом. Сзади шла Рина.

— Победитель, да? — усмехнулся сыщик. - Но ты останешься, когда услышишь мой вопрос.

— А именно? — насторожился я.

Он был такой в себе уверенный! Но меня сейчас ничто не могло остановить. Я с большими деньгами, ставка была крупная, и завтра начну новую жизнь. Поэтому я закрыл от сыщика Рину, сказав ей:

— Иди в машину. А я объясню товарищу, куда ему следует сейчас пойти.

Не хотелось при ней сквернословить.

— Где труп?

Я сразу понял, о чем это он. Но заерепенился:

— Не моя тема. Отвали.

Но моя женщина меня остановила:

— Сава, подожди. — И менту еле слышно: - Как вы догадались?

— Мы здесь поговорим, - он кивнул на возбужденную толпу, которая перла к выходу, — или…

— Где вам удобно? — опять-таки влезла Рина.

Чего она с ним церемонится?! Сама же внушала: надо все отрицать!

— Я приметил спортбар в этом же здании. Зайдем?

Рина кивнула. А я спросил:

— Чего сразу не в полицию? Раз догадался.

— Я кое-что хотел уточнить. Но об этом не в дверях. Разговор серьезный.

Он был грустным. Устал что ли с дороги?

— А, может, в сквере поговорим? Или в машине? — закинул удочку я.

Но сыщик быстро смекнул. И рассмеялся:

— Я не хочу с тобой беседовать в безлюдном месте. И в вашей машине. Иначе ты и меня убьешь.

Вот как он догадался?!

Пришлось пойти с ним в бар.

***

Здесь я завербовал сегодняшнего чемпиона. Толика. В этом же баре. И теперь вокруг надирались с горя. А кто и выигрыш праздновал. Но меня это уже мало волновало. Хотя каких-то десять минут назад я посчитал, что это лучший день в моей жизни.

Оказалось, худший.

Мы сели за столик в углу. Я ощупал сыщика взглядом:

— Разговор записывать будешь?

— Нет. Это лишнее.

— Честно? Не будешь?

— Мне мамой поклясться? — прищурился он.

— Мамой не надо.

— Здесь шумно. Запись будет с помехами. Если хочешь, я гаджет на столик выложу. А ты проверишь. Ведется запись или нет.

— Раздеть-то тебя я не могу. Вдруг жучок?

— Тогда придется на слово поверить.

А что мне оставалось? Я уже все решил. Рина не причем. Моя была идея. Я все сделал. А ее заставил. Шантажировал. Да все, что угодно. Лишь бы в стороне осталась.

Я придвинулся к менту. Решил на всякий случай тон максимально сбавить. И в самом деле, говорили вокруг очень громко. И телек орал. Посуда звенела. Я как бывший охранник оценил шумы, мешающие полноценной записи. Зачет. И вроде как равнодушно спросил:

— И что же ты узнал?

Пришел официант принять заказ. Мы дружно заказали пиво. Я совсем забыл, что за рулем. Впрочем, к пиву так никто и не притронулся.

— Амир Бадави не был в Домбае. Там был ты. Убили его здесь. Шестнадцатого августа. Вот я вас и спрашиваю: где труп?

— Чем докажешь, что убили?

— Сава, погоди, - остановила меня моя женщина. — Алексей не станет обвинять нас голословно. Почему вы решили, что Камиля убили шестнадцатого?

Она по-прежнему называла этого ублюдка Камилем. Но мент все понял.

— На Кавказе был человек, похожий на Бадави. Но не он. Я разговаривал с официантом в ресторане отеля Миррос-Субай. Бадави был сыном сирийского дипломата. Элитой. И не стал бы ломать хлеб руками. Так жадно и небрежно есть, даже если был голоден. И в горы не полез бы. Да еще по сложному маршруту. Кстати, тебя, Савелий, тоже не было на Турьем. Ты поднялся к водопаду Алибек, потом спустился вниз, на КПП. Просидел в лесу до темноты. Вернулся в альплагерь и переночевал в заброшке. Откуда ты так хорошо знаешь Домбай?

— Жена моя из Пятигорска.

— Ты что женат? — удивился сыщик.

— Все про меня знаешь, а это нет. Я там медовый месяц провел, на Северном Кавказе. И в альплагерь меня тесть возил. Я понял, что там легко можно спрятать следы.

— Вы молодцы, - похвалил мент. - Красиво придумали. Воспользовались твоим сходством, Савелий, с покойным Амиром Бадави. Все правильно. Ты выехал на Кавказ рано утром. А шестнадцатого августа ездил якобы за продуктами в маркет вечером. Из машины не выходил. Рост, походка, манеры… Вы были разными людьми. Но когда человек сидит в машине, достаточно визуального сходства. Никто не понял, что это был не он. Не Амир Алиевич Бадави. Которого уже неделю, как не было в живых. Где