Пять строк из прошлого - Анна и Сергей Литвиновы
– А они знают, что случилось с Питовым кооперативом?
– Конечно.
– И их это не пугает?
– Нисколько. Иные времена, иные цели. И, как я понимаю, у них имеется крыша – на самом верху… Поэтому, дружище! Давай, готовься к командировке. Наши турецкие партнеры приглашают нас с тобой (и всяких деятелей из Минздрава) в Стамбул. Познакомиться, поговорить, наметить первые шаги. У тебя загранпаспорт имеется? Нет? Беги, делай незамедлительно!
Кирилла в то же самое время Ангелина стала посылать не только конвертики развозить, но самому собирать (и потом писать) журналистские материалы.
В первый раз отправила брать интервью у известного исполнителя, распевающего (под псевдонимом Крылатский) на концертах и в телевизоре баллады и романсы. «Пятый отдел» раскручивал его на деньги его богатой жены-гинеколога. Кир, даром что советский/российский офицер, трусил перед интервью ужасно. Отбивался: «Ты б сама к нему поехала!»
– Не могу! Эльза (жена его) категорически просила, чтоб никаких баб-корреспонденток.
– Ревнует?
– Наверное, имеет основания.
Встречу назначили в ресторане. За бело-скатертным столиком сидели красавчик шансонье и его деловая жена, лет на семь старше.
– Эльзочка, – канючил певец, – я хочу сыграть в бильярдик!
– Сейчас, дашь интервью и пойдешь.
– Ну, одну партеечку!
– Подожди полчаса, говорю тебе.
– Эй, корреспондент, ты в бильярд играешь?
Эльза сделала Кириллу страшные глаза. Тот развел руками: «Увы, нет».
Включил диктофон и сразу задал незапланированный вопрос:
– А бильярд – это ваше хобби?
Остальные вопросы придумала и записала в блокнот Кириллу Геля. Она же провела «курс молодого бойца»: о чем спрашивать, как ответы записывать (на один только диктофон полагаться нельзя, надо в блокнот дублировать), как осаживать собеседника, если он начинал растекаться мыслью по древу, как сбивать его в нужное русло… В результате разговор с Крылатским получился – а вопрос Кира о бильярде оказался самым живым и ярким.
Через неделю, когда свежеиспеченный журналист интервью визировал у жены-гинеколога Эльзы (сам певец к сему ответственному акту допущен не был), ей этот поворот в беседе больше всего понравился.
Текст Геля не очень-то правила – наоборот, читала и приговаривала: «Какой ты молодец, Кирюшка! Прям сложившийся журналист! Ясный, простой, четкий. И Димочку нашего алкоголического, и Суслика за пояс заткнул… До Валентина Петровича тебе, правда, пока далеко – он как зарядит, все обмирают… И у тебя, Кирка, удивительная способность: ты очень точно речь собеседника передаешь. Я прямо на бумаге, за строчками, так и вижу этого капризного шансонье».
Гонорар Геля ему сама немедленно по сдаче материала заплатила – из того же железного сейфа дедовских времен. И отправила на следующее задание: написать об открытии нового ночного клуба, куда приглашена была «вся Москва»: «Ты только приоденься. И дезодорант с одеколоном фирменные купи, не жмоться. А то как пахнет от тебя иной раз казармой».
Кир покраснел: «Есть улучшить благоухание!»
– Вот тебе премия за деловые успехи и на обзаведение, – и девушка выдала ему из все того же сейфа три банкноты со щекастым Франклином.
Кир и правда поизносился. Последний раз гардероб на свадьбу обновлял, не позже… Поехал в субботу на хорошо знакомую «Лужу». Многолетний опыт научил разбираться в товаре, продающемся с рук. Наметанный глаз подсказывал, что более-менее качественно, а что совсем никуда не годится, поэтому ему удалось прибарахлиться удачно: и башмаки купил вроде бы итальянские, и костюм, и рубашку с галстуком.
В клубе «Микеланджело/Антониони» (именно так, двойной как бы фамилией), который помещался в подвалах спорткомплекса «Олимпийский», Кирилл со своими обновками с рынка, конечно, гляделся не очень. Туда действительно съехалась вся Москва: все наперебой в новопоявившихся модельерах: в Версаче, Гуччи, Диоре и Прада. Кир в марках не разбирался, но видел, что все дорого, круто, стильно, богато. Но все равно не комплексовал. Фамилия Кравцова оказалась в списках, охранники и обслуга вели себя отменно вежливо, а многие гостьи женского пола, несмотря на свой звездный статус, обращали на него внимание. Например, стареющая кинозвезда, которая прославилась когда-то ролью в музыкальной комедии и своей тончайшей талией – они с Кириллом оказались напротив друг дружки за фуршетным столом, и она бросала на него ласковые косяки и хлопала в его сторону длиннющими ресницами. Или дочка народной актрисы, певичка с прибалтийской фамилией – и она нашего офицера приметила и небольшое интервью о своих впечатлениях о клубе дала. И еда оказалась отменной, и фишек бесплатных в казино выдали каждому гостю на двести долларов, и выпивка высокого уровня – жаль, что Кир по-прежнему ничего крепче кьянти или шардоне не пил.
В следующий раз Геля отправила его на съемки новогоднего «огонька» в недавно созданной телекомпании. Там тоже тусовались под коньячок и телекамеры – и известные всей стране телеведущие, и артисты, и депутаты, и бывшие министры… Нет, черт возьми, жизнь стала гораздо веселее (и богаче), чем в военном городке или на рынке в Лужниках!
Да и Геля о своем коллективе заботилась. Однажды арендовала близлежащий бассейн-сауну и пригласила всех. Пожилые Суслик и Валентин Петрович отказались, и чтобы соблюсти гендерный баланс, девушка-директор попросила Кирилла привести своего друга: «С которым вы наклейки ездили распространять – он ведь не женат, кажется?»
В банном комплексе все целомудренно ходили в купальниках/плавках, однако полуголая атмосфера, пиво и сухое французское сказались. Лысый алконавтик Димочка, у которого оказался изрядный животик, принялся напропалую ухаживать за остроносенькой бухгалтершей Марьяной (она сняла свои огромные очки и явила миру рассеянный беззащитный взгляд). Антон читал Геле стихи, а к Киру приклеилась секретарша (и подружка Ангелины) чернявая Натуся. У нее под купальником просматривались идеальные формы. Нежными длинными пальцами она легко касалась шрамов на предплечьях Кирилла и спрашивала с придыханием: «А это у тебя что?» – Кир краснел и врал, как перелезал забор с колючей проволокой.
Они ушли с тусовки вместе. Подхватили у бассейна частника и рванули к ней домой.
А когда в следующий раз Кирилл приехал в «Пятый отдел», Натуси в предбаннике не оказалось. Геля, закусив губу, строго сказала: «Кир, возьми на себя, пожалуйста, городской телефон».
– А Натуся?
– Натуся вчера уволилась.
В тот момент Кирилл посмотрел на Ангелину иными глазами.
Антон
Антон ударными темпами спроворил заграничный паспорт.
Вместе с Ульяновым они отправились в Стамбул.
Всю организацию взяла на себя принимающая
