Кровь служанки - Алеся Кузнецова

– Каких подозреваемых?

– Ну очевидно же.

– Галина, вы очень ошибаетесь. У меня правда есть муж, его зовут Арно и завтра наша годовщина свадьбы.

– Свидетельство о браке есть?

– Фотографии есть. – Эва достала мобильник и, разблокировав, открыла несколько фотографий с Арно.

Галина чуть наклонила голову и недоверчиво рассматривала фотографии со свадьбы Эвы с мужем.

– А если фото постановочные?

– У вас что, паранойя? – Эва устало вздохнула, открыла браузер и через несколько секунд молча протянула Галине телефон.На экране были публикации с фотографиями её свадьбы: наследник аристократического французского рода Арно де Ренье и специалист по антиквариату Эва Морейн.

– Так это не ты получается… – Галина растерянно села на кровать рядом с Эвой. – Но ведь все буквально совпадало. Я, честно говоря, даже порадовалась, что это не безмозглая Аркаша и тем более не эта хищница.

– Простите, Галина, мне очень жаль, но я не могу вам ничем помочь. И мне надо идти, у меня встреча с Виктором Карловичем в библиотеке. Не знаете как туда пройти?

– Сегодня всем нужен историк. Диана тоже его искала. Я встретила ее по дороге к вам. Нет, не знаю, где библиотека.

Галина встала и прошла к двери. Больше ничего не напоминало о ее минутной слабости и растерянности.

– Кстати, за своим мужем тоже присматривай, это я тебе как жена статусного мужчины со стажем подсказываю. Просто, по доброте душевной. И давай уже на ты, раз перешли.

Дверь за Галиной закрылась, и Эва еще долго сидела на кровати. Она не собиралась переходить на «ты», да и вообще хотела, как можно, скорее уехать отсюда и забыть эту странную, опасную женщину. Эва снова открыла телефон и нашла фото со своей свадьбы. Сколько всего произошло с того дня… Как она тогда боялась подвести Арно и старалась во всем ему соответствовать. И все же подвела. Его мать говорила, что Арно мечтает о детях…

Эва глубоко вздохнула и встала, поправляя волосы перед зеркалом. Мысли вернулись к замку и событиям этого дня.

Виктор Карлович хочет ей что-то показать… Но почему тогда ей кажется, что на самом деле он сам старается выяснить что-то у нее.

И зачем его искала Диана?

Глава 11. Библиотека

Эва толкнула тяжелую дверь и сразу ощутила запах старой бумаги и полированного дерева. В библиотеке было полутемно: высокие шкафы уходили вглубь, потолок терялся во мраке, а неяркий свет падал лишь из настольной лампы в углу.

Виктор Карлович уже был там. Он стоял возле массивного стола, наклонившись над раскрытой папкой. При ее появлении он выпрямился резко и как-то неестественно. Очки сорвались с нагрудного кармана и он неловко их подхватил, руки тут же исчезли за спиной.

– Вы пришли… – сказал он тихо, будто ему было что скрывать. Историк провел языком по пересохшим губам, а на лбу проступила складка. – Отлично. У нас не так много времени.

– Вы сказали, что случайно попали в этот замок, как и все мы, из-за урагана. Тогда что за папка у вас с собой? – она кивнула на стол и разложенные документы, прикрытые старыми книгами.

– А, это… Яромир Петрович разрешил немного полюбопытствовать здесь в библиотеке, сделал несколько копий.

– Я думала, вы привезли это… – смутилась Эва от своих поспешных выводов.

– Нет, что вы. Я, конечно, слышал о замке и раньше, но никогда не вдавался в его историю.

Эва в задумчивости покрутила упавший на лицо локон волос и закусила губу. Не было произнесено ни единого слова, что могло бы навести на мысль о неискренности историка, но она почему-то ему не верила. И при этом не могла объяснить это странное, иррациональное ощущение, что нарастало внутри. Виктор Карлович заметил ее взгляд и слегка улыбнулся, но улыбка вышла усталой и какой‑то натянутой.

– Я понимаю, вы мне не верите, – так же тихо сказал он, словно читая ее мысли. – И, возможно, правильно делаете. В этом доме вообще никому нельзя доверять до конца.

Эва настороженно склонила голову:

– Никому?

– В данный момент, возможно, даже мне, – признался он и чуть понизил голос, – но именно поэтому я и попросил вас прийти. Вдруг нам удастся стать союзниками?

– Союзниками?! В чем?

– В этих бумагах… кое‑что, что я нашел буквально пару часов назад. Скажем так, совпадение, слишком точное, чтобы быть случайным.Он придвинул к ней папку, но не открыл, оставив палец на крышке.

– И это касается меня? – спросила Эва, чувствуя, как сердце ускоряет бег.

– Это касается вашего кулона, – он сделал паузу, глядя прямо ей в глаза. – И… того, что может находиться в этом замке.

Тишина между ними натянулась, словно тонкая нить, готовая оборваться. Эве вдруг показалось, что он нарочно не открывает папку сразу, проверяя ее реакцию.

Историк чуть наклонился к ней, словно боялся, что стены могут подслушать:

– Видите ли… этот кулон, – его взгляд скользнул к ее груди, – очень напоминает часть… ну, скажем так, одного старого описания. Я долго думал, легенда ли это, но совпадение слишком точное.

– Описания чего? – Эва почувствовала, как ладони вспотели. – Вы сказали, что хотите что-то показать…

– Да, – мягко отозвался Виктор Карлович, все так же не открывая папку. – Иногда ценнее не сам предмет, а история, которая за ним стоит. Ваш кулон, например… очень любопытный артефакт. Не просто красивый – редкий.

Эва машинально коснулась цепочки на шее.

– Он принадлежал моей прабабушке, – твердо сказала она, словно защищаясь.

– Конечно, вы уже говорили днем, – кивнул он, но в голосе прозвучала едва уловимая нотка сомнения. – Скажите… у вас сохранились другие ее вещи? Может, письма, шкатулки? Что‑то еще, что она могла оставить? Из той поездки… в Африку?

– Вещи у мамы. Она хранит все, я даже не знаю.– Эва чуть нахмурилась, не сразу уловив, к чему он ведет.

– Прекрасно, – пробормотал Виктор Карлович и глаза его блеснули. – Простите, я просто… интересуюсь семейными реликвиями. Они часто оказываются куда ценнее, чем кажется.

Он придвинул папку ближе, но так и не раскрыл.

– В этих бумагах описывается кое‑что, что, возможно, связано с вашей историей. Но… не уверен, стоит ли показывать сейчас. Не все тайны любят спешку.

– Я бы хотела, чтобы вы выражались яснее, – осторожно заметила Эва.

Виктор Карлович встретил ее взгляд и впервые позволил себе легкую, почти заговорщицкую улыбку.

– Думаю, что ваш кулон – ключ. Но не спешите принимать мои слова всерьез.