Административный ресурс. Часть 2. Беспредел - Макс Ганин
— Увези его поскорее отсюда! — попросил Вадима фсбешник. — Скоро здесь все службы города будут. Вон какой шум подняли! А вы, парни, забирайте Беса и тоже валите пока я добрый! — приказал бандитам Кондратьев
На следующее утро Животков болел похмельным синдромом. Все рассказы о его вчерашних похождениях он отвергал как выдумки Гриши и даже, когда Вадик, повторил слово в слово историю со стрельбой, Саша продолжал сомневаться и твердил лишь одно: «Этого не может быть, потому что не может быть никогда!». К полудню появился Семен. Он был весел и даже немного пьян.
— Ну, что, полковник Животков?! — начал он. — Как тебя вчера вечером твой чеченский синдром накрыл?! А?! До сих пор легенды по Никольску ходят!
— И вы туда же?! — мучаясь от тошноты, спросил Саша.
— Ты серьезно про чеченский синдром? — переспросил друга Вадик.
— А что мне оставалось делать?! Приехали менты, мой заместитель (он как раз дежурил по городу), затем начальник Никольского УВД приперся лично. Как же, такое ЧП?! Жители близлежащих домов отчетливо слышали автоматные очереди у себя под окнами! Больше десяти звонков поступили на телефоны оперативных служб. Пришлось как-то выкручиваться.
— И что же ты им рассказал?! — с задором в голосе поинтересовался Вадим.
— Что рассказал, что рассказал?! Правду!
— Ну-ну… — улыбаясь произнес адвокат.
— И какую правду вы им рассказали? — подключился к беседе Гриша.
— Такую! Что ко мне в гости приехали коллеги из Москвы — офицеры ФСБ. Мы выпивали. Вдруг самому старшему из нас — Александру — стало плохо и он ушел отдыхать в автобус. Там его накрыло со страшной силой. Он, будучи контуженным во время второй чеченской компании[13], очнулся внутри закрытого пространства и ему показалось, что он в блиндаже и на него идет атака боевиков. Он взял свое боевое оружие и начал отстреливаться. Мы вовремя услышали, выбежали на улицу и успокоили нашего товарища. Никто не пострадал, урон близлежащим постройкам нанесен незначительный. В общем я все спустил на тормозах.
— Это, что, я и в правду вчера накосячил так сильно?! — удивился Животков. — Простите меня ради Бога! Я правда ничего не помню. Меня как по голове обухом оглушило. До сих пор прийти в себя не могу.
— А вы, Александр, глотните из моей фляжки! Сразу человеком себя почувствуете. — предложил Семен и протянул небольшой кожаный сосуд Животкову.
— А что это?! — с недоверием переспросил Саша.
— Пейте, пейте! Хуже точно не будет.
После трех осторожных глотков больной распробовал напиток и влил в себя еще столько же.
— Хорошая вещь! Похмелье как рукой сняло! — обрадованно констатировал Александр.
— Сам гоню! На берёзовых бруньках!!! — с гордостью заметил Кондратьев и сам пригубил из фляжки. — Будите?! — обратился он к Вадиму с Григорием.
— Нет, нет! — одновременно ответили они.
— Нам сейчас к охоте готовится надо, — сказал Вадик.
— Ночью на глухаря пойдем! — с пафосом произнес Гриша.
— Что, и «полковника» Животкова с собой возьмете?! — поинтересовался Семен.
— Нет! Пусть проспится ка следует, — безапелляционно заявил Вадим. — Он своим перегаром всех зверей распугает.
Весенняя охота на глухарей была особым приключением. В это время года природа пробуждалась, и крупная птица из семейства фазановых в своих брачных танцах становилась особенно уязвимой. Ранним утром компания из трех охотников в сопровождении трех егерей отправилась в лес. На опушке они разделились на пары и пошли в разные стороны. Еще было довольно темно. Гришин попутчик объяснил такой ранний выход на охоту тем фактом, что птицу надо бить до рассвета, так как токующий в брачный период самец утрачивает чуткость и бдительность. Тишина и свежесть наполняли воздух, и каждое движение было отчетливо слышно в утреннем безмолвии. Гриша знал, что глухари любят сидеть на деревьях, поэтому ему приходилось быть очень осторожным, чтобы не спугнуть их. Он медленно пробирался сквозь густые заросли, стараясь не шуметь. Наконец, увидел его — огромного глухаря с ярко-красными перьями и блестящими черными глазами. Он сидел на ветке дерева и казался совершенно неподвижным, как будто был частью леса. Осторожно, стараясь не привлечь внимание других птиц, Тополев начал приближаться к глухарю. Его сердце билось все быстрее, но он продолжал двигаться вперед. Когда он был уже совсем близко, глухарь, видимо, что-то почувствовал и начал расправлять свои огромные крылья. Но было уже поздно — его выстрел прозвучал, и птица с грохотом упала на землю. Стрелы первых лучей солнца начали проникают сквозь густую листву и играть на зеленых ветвях, намекая гостям леса, что охота подошла к концу.
Ближе к шести утра все пары вернулись на точку сбора к автомобилям. Оказалось, что сегодня повезло только Грише. Только ему удалось прийти с добычей. Вадим со своим сопровождающим долго плутали по лесу, так и не найдя птицу, а Костя, наоборот, видел и даже стрелял пару раз, но так и не попал. Старший егерь разложил на капоте скатерку и достал фляжку с настойкой из лесных ягод. Его подручные быстренько нарезали колбаски, сырку, хлеба и организовали завтрак. Выпив по пятьдесят грамм алкоголя, мужики расслабились, а егерей потянуло на философию.
— Охота на глухаря — это не только охота на добычу, но и встреча с дикой природой, испытание силы и ловкости, а также возможность окунуться в этот лесной мир и почувствовать гармонию с ним, — начал было умничать старший. — Это мгновение, когда охотник и добыча соединяются в едином ритме жизни, напоминая о вечном круге природы и ее величии.
— Ну, ты и загнул, Михалыч! — отреагировал один из его подчиненных.
— Нет, нет! Пусть говорит, — попросил Костя. — Люблю когда все красиво вокруг…
— Не хай! — согласился Вадик, подмигнул Грише, чокнулся с ним и опрокинул рюмку с настойкой в себя. — Кино насмотрятся про охоту и потом каждый мнит себя Кузьмичом, — добавил он и тихо хихикнул.
* * *
В офисах холдинга «Медаглия» было тихо и спокойно. Все работники занимались своим текущими делами. Как было договорено между Вахой и Антоном, стороны временно заморозили конфликт. В особняк на Новинском бульваре вернулись гришины родственники, а Шереметьево поддержавшие его сотрудники. Антон, Витя и Коля безвылазно сидели в своем кабинете на втором этаже. Они организовали между собой посуточное
