Административный ресурс. Часть 2. Беспредел - Макс Ганин

— Ладно, ладно! Я сейчас наберу кое-кому, попрошу, чтобы выручили.

Юрий первым делом набрал Сашу Животкова. Для него тридцать тысяч долларов было небольшой суммой. У него дома в сейфе порой хранилось и на много больше. Александр выслушал Власова и, сославшись на позднее время, отказал, пояснив, что сможет приехать только утром. Как Юра его не уговаривал, как не ручался, что отдаст деньги через пару часов, Животков был не умолим. Старлей, слышавший весь разговор, решил так: «В общем делаем так. Мы сейчас твоего дружка на нашей машине подвезем к отделению милиции, но пока оформлять не станем. Даю тебе час на то, чтобы привезти всю сумму».

Дальнейшие переговоры продолжились в сквере рядом с ментовкой. Юра подключил к этому процессу Черчилля и Беспалого. Пока шел торг двое других милиционеров охраняли Гришу в москвиче.

— Надо бы его пробить по базам, — предложил первый. — Как тебя зовут то?

— Не надо меня пробивать! — ответил Тополев.

— Это почему еще?!

— Не надо, и все тут, а то все ваши переговоры закончатся ничем, — пояснил Гриша. — Денег точно не получите.

Минут через тридцать к машине подошел старлей вместе с Юрой и объявил подчиненным: «Значит так! Сейчас мы поедем за джипом этого господина», — он указал пальцем на Власова, — «довезем нашего узника до их дачного поселка, где и произведем обмен. Всем все понятно?»

— Да, да! — загалдели автоматчики.

— А вы, Юрий, не гоните! Помните, что у нас всего лишь «Москвич», а не Тойота, как у вас.

Подъехав к своему дому в Дубцах, Власов выпрыгнул из джипа, который перекрыл дорогу, и быстрым шагом направился к калитке. Автомобили Черчилля и Беспалого приперли ментовскую машину сзади. Милиционеры нервно заерзали. Вокруг было темно. Ни один фонарь в дачном поселке не работал после последней аварии, связанной с ледяным дождем. Было уже около двух часов ночи, поэтому свет во всех соседних домах не горел. Юры не было пятнадцать минут. Старлей заметно нервничал и требовал от подчиненных внимательно осматриваться и не покидать автотранспортное средство. Наконец-таки Юрий появился с пакетом в руках.

— Здесь двадцать три тысячи евро! — сказал он и протянул сверток милиционеру. — Немного меньше тридцатки, но большего у нас все равно нет.

— Ладно… — немного подумав, произнес старлей. — С паршивой овцы хоть… — он осекся, поняв, что переборщил с поговоркой. — В общем, инцидент считаю исчерпанным. Спасибо, что помогли бедным правоохранителям не умереть с голода. Снимите с него наручники! — приказал он автоматчикам. — Можете забирать своего парня!

— Надеюсь больше не увидимся, — попрощался с ментами Власов.

* * *

Май выдался теплым и солнечным. Тополев уже три месяца скрывался на своей даче. Розыск так и не был с него снят, а Виталик с Сергеем тянули резину, каждый день обещая, что вот-вот выполнят свою часть договора. Деньги они естественно возвращать не хотели, более того намекали на новые предстоящие транши. За это время в поселок три раза наведывались химкинские опера и разыскивали Гришу. Они раз за разом опрашивали охранников, но те с достойным упорством отвечали, что не видели хозяина с Нового года, хотя Григорий в это самое время находился в доме. Юра прекрасно понимал, что рано или поздно этот обман вскроется, поэтому всерьез рассуждал о месте новый дислокации своего друга.

Черчилль явно скучал от бездействия. Срок его вынужденной командировки в гришином доме явно затянулся. Бизнес по разборке машин простаивал без него, а Власов совсем не торопился с его заменой или радикальным решением по всей ситуации вокруг Тополева. Леха начал выпивать. Как он говорил Грише: «Я пью по системе ГРУ и никогда не пьянею!». В этот день они решили напиться вместе. Сперва была прикончена большая бутылка односолодового виски. Этого показалось мало и Алексей достал из багажника своего Вольво пятилитровую канистру сочинского конька. Напиток жутко вонял карамелькой, но бывший спецназовец заявил, что пока они не опустошат всю тару до дна, никто из-за стола не выйдет. К счастью Григорий успел нажарить во дворе пару кило мяса, так что с закуской у них было все в порядке. Через шесть часов, когда в канистре оставалось жидкости на один палец от днища, Черчилль упал мордой в тарелку и заснул боготырским сном. Тополев был тоже изрядно пьян, но нашел в себе силы дойти до бассейна и плюхнулся в него прямо в одежде. Немного придя в себя в живительной влаге, он вылез, снял мокрую одежду, залез в горячий душ и тут-то его развезло окончательно. Рвота началась неожиданно. Он заблевал всю ванную комнату и сортир, Но после этого стало легче. Поднявшись еле-еле по лестнице на третий этаж он плюхнулся голым в свою кровать и мгновенно уснул. Юра разбудил его, когда на улице было уже темно.

— Вы что тут нажрались без меня?! — ругался он. — Этот кабан, Черчилль, внизу на кухне спит на полу. Видимо упал пьяный — посуда рядом битая разбросана. Ты тут спишь наверху… А духман-то какой стоит?! — сказал Власов и поспешил открыть настежь окно. — Уффф. Что за дрянь вы пили?

— Сочинский коньяк, — икнув ответил Гриша. — Никогда больше ни одной карамельки в рот не возьму! — сказал он и скривился.

— Собирайся давай, алкаш! Нас в Москве ждут. Виталик какого-то вора в законе подтянул на встречу. Ручается, что у того есть решение нашего вопроса.

— Ты ему все еще веришь? — спросил Григорий продолжая валяться в постели.

— Я знаю этого вора! — авторитетно заявил Власов. — И уверен, что его слово может стать решающим.

— Ладно, я сейчас оденусь. Буду готов через десять минут…

— Я пойду пока вниз. Попробую эту жирную скотину в себя привезти.

— Это бесполезно! — крикнул убегающему по лестнице другу Гриша. — Он пьет по системе ГРУ!!!

Леху добудиться так и не вышло. Они вдвоем с Юрой попытались поднять его, чтобы положить на диван, но ста тридцати килограммовая туша еле сдвинулась с места. Подложив под него покрывало, они посчитали, что большего сделать для друга не могут и уехали с дачи.

По дороге в город Тополев немного пришел в себя., но голова по-прежнему оставалась тяжелой. В темном зале кафешки на окраине Москвы в этот поздний час было пусто. Помимо Виталика и пожилого худощавого мужика в толстовке никого не было. Юра с порога заметил их и махнул рукой. Виталий встал и пошел навстречу.

— Привет, парни! Это «Слива»!! Он вор в законе, поэтому разговаривайте с ним без матерка и надменного тона. Понятно?

— Не учи ученого! — отреагировал Юрий и отодвинув