Административный ресурс. Часть 2. Беспредел - Макс Ганин

«Слива» протянул ему руку и поздоровался.

— Много о тебе слышал хорошего! — сказал вор. — Говорят ты парень правильный и серьезный. Побольше бы таких в нашем движении.

— Я тоже наслышан о вас и горд нашему знакомству! — ответил любезностью на любезностью Власов.

— А это наш Гриша! — представил Тополева Виталик. — Бизнесмен от бога и очень порядочный человек. Всегда держит свое слово!!

— В отличие от некоторых, да, Виталик?! — сдерзил Тополев.

— Гриша, можно я буду вас так называть? — спросил Слива и протянул руку.

— Конечно можно, вы мне в отцы годитесь! — ответил Григорий и пожал руку вору.

— А как вы думаете сколько мне лет?

— Лет шестьдесят наверное, — явно преуменьшив возраст, ответил Тополев.

— Нет, мне всего лишь сорок шесть! Сразу видно, что вы еще не отошли от праздника, который вы явно неплохо с кем-то отметили, — съязвил вор. — Но не суть! Я пригласил вас на встречу, чтобы рассказать о чем мне удалось договориться с подольскими.

— А с кем именно вы там разговаривали? — поинтересовался Гриша

— Я общался с Филом, который лично курирует твои компании в данный момент и с Лучком, слово которого для Фила закон.

— Ага… — мотнув головой, произнес Григорий. Он до сих пор еще не отошел от коньяка и мечтал о быстром окончании встречи. — И что же вам удалось с ними обговорить?

— Пойду в самый конец, чтобы не загружать ваш и без того больной рассудок подробностями, — ответил Слива. — Фил готов вернуть вам ваш бизнес весь и сразу при выполнении следующих условий. Первое! Вы выплачиваете своим бывшим партнерам оставшиеся триста тысяч долларов по понятийке, которую вы все подписали год назад. Это возможно? — спросил Тополева вор и пристально на него посмотрел.

— Без проблем! Если вы прогарантируете, что эти уроды выполнят после этого свои обязательства, то конечно.

— Мое слово — закон! Вам Юрий потом все объяснит про меня.

— Конечно, конечно! — поспешил подтвердить слова Сливы Власов.

— Если с этим условием вопросов не возникает, перейдем ко второму. Фил хочет для себя лично оставить возможность перевозки наркоты в аэропорту Шереметьево с помощью автотранспорта вашей фирмы.

— На это я никогда не соглашусь! — ответил Григорий. — Я с Химкинскими и Долгопруднинскими воевал, чтобы наркоты никогда в Шарике не было, а вы меня просите об этом забыть, преступить через свои принципы и лечь под Фила. Нет и еще раз нет!

— Я тебе говорил, что он пацан правильный! — прокомментировал вору ответ Тополева Виталий.

— Я и сам против этой барыжной движухи, Гриша, но это его условие, и я обязан его с тобой обсудить.

— Я конечно мог бы на него согласиться ради возврата бизнеса, но после возврата бизнеса тут же слил бы Фила фсбшникам. Вас же такой расклад вряд ли устроит?

Конечно не устроит! — ответил вор. — Я в случае сделки буду выступать гарантом для обеих сторон, а это прямое нарушение договоренностей.

— Я это понимаю, поэтому сразу предупреждаю, как я поступлю.

— Ладно, с этим пунктом пока отложим. Есть и третье условие! При подписании бумаг о передаче тебе твоих компаний, ты должен будешь выплатить по сто тысяч евро мне и Лучку, как гарантам сделки.

— А что будет, если ваши гарантии не сработают? — хмыкнув спросил Гриша.

— Как это не сработают?! — удивился Слива.

— Ну, кинут меня и вас Фил с Гоблинами, как они это уже не раз делали. Вы мне с Лучком мои бабки вернете или нет?

— Юра, объясни своему корешу, что меня обманывать себе дороже! — строго произнес Слива. — Если они посмеют, как ты говоришь, нас кинуть, то это будет последним днем в их жизни.

— Ладно… — выдохнув, сказал Тополев. — Вы поймите меня правильно. Виталик нам тоже обещал, что снимет с меня розыск, и даже сказал, что снял, но обманул! И меня каким-то чудом не повязали в ГАИ, когда я приехал туда за правами. Поэтому я уже боюсь кому-либо верить.

— Я в курсе этого вопроса, — тихо произнес вор. — Он непростой, но решаемый. Виталий не обманывал вас. Ого партнер Сергей уверил нас всех, что решил поставленную на него задачу, но это оказалось не совсем так. Сережа наказан и довольно серьезно. Вы его больше не увидите в своем окружении. Теперь это моя обязанность убрать с вашей дороги ментов и обелить вас полностью. Я это делаю бесплатно.

— Звучит красиво. — продолжая дерзить, сказал Григорий. — Надеюсь у вас это получится лучше, чем у Сережи.

— Ну, если по вопросам денег у вас возражения нет, то назовите дату, когда вы будете готовы материально, и я забью подольским стрелу.

— Я так понял, что к этой встрече у нас на кармане должно быть поллимона зелени? — переспросил Власов.

— Не совсем! — поправил друга Тополев. — Триста тысяч в долларах Гоблинам и двести тысяч в евро гарантам сделки. Правильно?

— Абсолютно! — согласился Слива.

— У меня как раз сейчас сделка по продаже дачи подходит к концу, — задумчиво произнес Гриша. — Недели две осталось, не больше. Точную дату смогу сказать вам через пару дней. Ориентировочно середина июня.

— Хорошо. Так и скажу Лучку. А как будете знать точно, звоните. Мой контакт возьмете у Виталика.

* * *

Гриша принял решение продаже своей дачи еще в марте. Ему крайне не нравился этот дом, поэтому он абсолютно без каких-либо сентиментов избавлялся от этой недвижимости. По условиям брачного договора с Оксаной квартира в Тушино принадлежала ей, а дом и участок в Новодарьино ему, поэтому получать разрешение супруги ему не требовалось. Он был более чем уверен, что она не позволила бы ему это сделать, а тут юридически его самостоятельность была полной. Правда существовало одно нехилое но! В начале весны случайно выяснилось, что гришина дача находится под обременением. Его мама проходила мимо Хамовнического районного суда, который находится рядом с ее домом, и заметила там Антона Чупрова. Ей показалось это любопытным и она спустя несколько дней зашла в канцелярию суда и выяснила, что Антон подал иск к Грише. Он ссылался на то, что якобы одолжил Григорию двадцать миллионов рублей на года под залог дома на Рублевке. Ответчик деньги не вернул, поэтому Чупров потребовал в суде наложить арест на эту недвижимость. В связи с этим все сделки по этому дому были заблокированы.

— А как так получилось то с этой распиской? — негодовал Юра, когда они с Гришей вышли из офиса регистрационной палаты в Одинцово.

— У Антоши были пустые листы с моей подписью, вот он и вписал туда текст расписки и представил в суде