Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

— Обещал… — смиренно ответил Магомед.

— Я всегда стараюсь выполнять свои обещания! Вот и когда ребят в Ставрополь по твою душу отправлял, тоже обещал, что вытащу, если их повяжут вместе с тобой.

— Так это твоих рук дело? — выкатив от злости глаза, спросил кавказец.

— Конечно! А ты что, думал, все случайно так получилось? Ни фига!

— А я-то все гадаю, почему меня до сих пор мои друзья не вытащили… — задумавшись, произнес Абдулаев.

— Потому что мой административный ресурс круче твоего оказался! — злобно ответил Григорий. — Никто за тебя не вступится! Теперь только я смогу решить твою судьбу. Верни деньги «Конверсу», и я закрою твое дело.

— Нет у меня денег… Выпусти меня, Григорий Викторович! Я найду лохов, кину их и тебе все верну, еще и с процентами. Но для этого мне надо на свободе оказаться!

— Все, Мага! Ты уже сбитый летчик. Деревня маленькая, а нищих много. Никто с тобой больше дел иметь не станет.

— Я в Сибирь поеду, там есть людишки богатые, и меня там не знают. Найду, кого кинуть! Отпусти, а?

— Три дня тебе, Мага! Три дня! Если захочешь деньги вернуть, сообщи начальнику оперчасти. Он знает, как меня найти. Через четыре дня мое предложение отменяется: пойдешь по этапу и надолго.

Ни через четыре дня, ни через четыре месяца Абдулаев на связь не вышел. Во время следствия обнаружились еще с десяток граждан и организаций, которых Магомед швырнул на приличные суммы. Спустя год его осудили, дали одиннадцать лет общего режима. Во время слушаний потерпевшие умоляли судью выпустить Магомеда на свободу, аргументируя свою просьбу тем, что, будучи на воле, тот сможет найти других лохов, обмануть их и таким образом возместить причиненный потерпевшим ущерб. Абдулаев на каждом судебном заседании искал глазами Гришу, желая снова переговорить с ним и убедить не сажать надолго. И только после того, как был зачитан приговор, сдался, потерял интерес к процессу и перестал вглядываться в посетителей зала заседаний. Когда Тополев узнал о строгом приговоре, он никак не отреагировал на это известие. Ему уже было не до этого. У него были свои большие проблемы, огромные неприятности и летящий в тартарары бизнес. Бумеранг сотворенного зла только начинал обратный путь…

Глава 11. Договор мены

Компания росла, как на дрожжах. К маю 2006 года в состав холдинга входили уже двенадцать юридических лиц, совокупное количество работников доходило до семьсот двадцати пяти человек, а стоимость активов составляла более двухсот пятидесяти миллионов долларов США. Штаб-квартира «Медаглии» находилась в центре Москвы — в небольшом особняке на Новинском бульваре. На территории аэропорта Шереметьево было еще четыре офиса, с десяток складских и производственных помещений. А начиналось все довольно скромно и обыденно, можно даже сказать — случайно.

После того как Андрюша Рябов практически втянул Гришу в рейдерский захват «Полянки», а Дима Грудачев — в бизнес с поставкой авиационного керосина в аэропорт Шереметьево, Тополеву ничего не оставалось, как расширять сферы своего влияния под прессом неуемных партнеров. Так, благодаря административному ресурсу его покровителей, появился договор мены с Росрезервом[93] — очень интересной и таинственной структурой исполнительной власти, осуществляющей функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере управления государственным материальным резервом. Одним словом, запасник, где хранится все на случай войны или чрезвычайных происшествий: от иголки до танка, от зернышка до мясной туши, от бутылки с водой до тысяч тонн нефтепродуктов. Благодаря самому высокому уровню секретности объектов, работать с Росрезервом могли только избранные. При этом Федеральное агентство не имело права заключать договоры купли-продажи, видимо, из соображений по борьбе с коррупцией, а только договоры мены. Но и тут наши расторопные чиновники нашли лазейки и научились выкруживать для себя откаты с бизнесменов. Закон не ограничивал размеры меняемых друг на друга материальных ценностей. Именно на этом и зарабатывали все в цепочке поставок стратегических товаров в Росрезерв. Все, кроме государства, конечно же.

Вот и Григорий заключил наивыгоднейший для «Медаглии» договор мены дизельного топлива на авиационный керосин. Согласно контракту, Гришина структура должна была поставить на склад Росрезерва в Якутии десять тысяч тонн дизеля, а взамен получала тринадцать тысяч тонн более дорогого авиационного керосина. Сделка сулила многомилионную прибыль даже с учетом нехилых откатов руководству Федерального агентства. Куда девать керосин, было ясно: продать Аэрофлоту. А вот где взять дизельку в таком количестве, Тополев пока не представлял.

— Я позвонил своим друзьям в Иркутск, — сообщил на совещании по вопросу исполнения договора мены генеральный директор «Медаглия-ТЭК» Дима Грудачев. — Они сказали, что никаких проблем с продажей нам такого объема у них нет. Предложили прилететь и на месте подписать все бумаги. Там под боком Ангарский нефтеперерабатывающий завод. Так вот: они сотрудничают с людьми, которые его держат, поэтому и цены для них низкие, и качество наивысшее. Полетели, а, Григорий Викторович? Заодно и проветримся. Не все же тебе по Ставрополью за зерном гоняться, как Щорсу[94] за Петлюрой[95].

— Надежда! — обратился Тополев к секретарю. — Закажите, пожалуйста, на завтра билеты в Иркутск первым классом на троих. Вместе со мной полетят Грудачев и Пятых. Ну, а с тебя, Дим, — повернувшись к директору топливно-энергетической компании холдинга, сказал Григорий, — проживание и культурная программа. Смогешь?

— Естественно! — гордо ответил Дмитрий и сделал загадочное выражение лица. — Все будет по высшему разряду!

Гриша решил взять с собой Васю Пятых, особо отличившегося в Ставропольском крае. Более преданного, смелого и лояльного менеджера было еще поискать, да и надо же будет хоть кому-то заниматься оформлением бумаг! Василий с радостью воспринял новость о дальней командировке. Он хоть был человеком женатым и воспитывал двоих детей, но от долгих поездок никогда не отказывался. Его посоветовал взять на работу Гришин бывший коллега по Конверсбанку. Пятых трудился в отделении одного крупного банка на Сахалине и с превеликим удовольствием принял приглашение переехать в Москву. С тех пор Тополев ни разу не пожалел о своем решении.

В начале октября в Иркутске было настоящее бабье лето — пятнадцать градусов тепла, солнечно и безветренно. В аэропорту столичных гостей встречала группа на трех черных внедорожниках. Прием был воистину царский: принимающая сторона явно не поскупилась на расходы. Автомобили стояли рядом с трапом самолета, а в зале приема официальных делегаций международного терминала был накрыт шикарный стол с закусками из местных деликатесов и дорогим алкоголем. После долгого перелета и нескольких стаканов водки Гриша прилично охмелел и попросил сделать паузу в застолье. Дорогих