Поквитайся - Гретхен МакНил

Джон считает, что это круто, когда твой отец известный политик и кандидат в губернаторы, вот только для Бри реальность была другой. Все шестнадцать лет ее жизни, ей твердили, что она паршивая овца в семье, которая не следует правилам, не ценит преимуществ своего положения, не понимает, как важно поддерживать так тщательно культивируемый ее отцом образ идеального семьянина.

Бри иногда задавалась вопросом, почему он не может просто оставить ее в покое. У него уже был один идеальный ребенок – старший брат Бри, Генри-младший, студент-отличник в Колумбийском университете. Зачем ему два?

– Итак, что мы будем сегодня слушать? – крикнула она, поднимаясь по лестнице. Бри тащила за собой свою армейскую сумку, с извращенным удовольствием чувствуя, как она бьется о каждую деревянную ступеньку. – «Killers» или… – Она распахнула дверь в спальню, ожидая увидеть Джона, как обычно, развалившегося в кресле-мешке, но комната была пуста. – Джон?

Из гардеробной донесся грохот.

– Черт, – выругался Джон, прислоняясь к двери. – У тебя тут горы какого-то хлама.

– Эй, это мой личный хлам, – возмутилась Бри. – Какого черта ты там забыл?

Джон упал в кресло-мешок.

– Ты позволила мне водить машину своего отца. Я знаю код безопасности от твоего дома и шкафчика в школе. Почему ты бесишься из-за того, что я зашел в твою гардеробную? Боишься, как бы сенатор Деринджер не поймал меня капающимся в твоем нижнем белье?

При упоминании об отце Бри напряглась.

– Он в Сакраменто.

– А твоя мама с ним?

– Конечно, – соврала Бри.

– Вот как.

– С каких это пор тебя вообще волнует, где мои родители?

Джон вытянул свои длинные ноги.

– Подумал, может они отстанут от тебя, если познакомятся со мной.

– Рок-музыкантом и первым подозреваемым в списке возможных членов НПО отца Уберти? – скептически отозвалась Бри и надменно отчеканила: – Ты не годишься в друзья дочери сенатора Генри Деринджера.

Джон выбрался из кресла-мешка и направился в ванную.

– Я бы многое отдал, чтобы узнать, кто на самом деле стоит за НПО. Они потрясные. Серьезно.

Бри улыбнулась, когда за ним захлопнулась дверь. От знания того, что ее лучший друг одобряет действия НПО, у нее потеплело внутри и ...

Телефон Бри издал звук уведомления. СМС? Странно. Единственным, кто когда-либо писал ей, был Джон.

Оливия чувствовала себя в конец уставшей, когда наконец доехала до дома на машине Пинат. Всю дорогу ей с трудом удавалось сосредоточиться на взволнованной болтовне подруги, а поднимаясь по лестнице к однокомнатной квартире, в которой жила с мамой, она с трудом переставляла ноги.

Единственное чего ей сейчас хотелось – это хотя бы пару часиков посмотреть какую-нибудь ерунду по телеку.

Не тут-то было.

– Так-так! Кто тебя подвез на этом великолепном кабриолете? Новый парень? – Мама Оливии стояла, прислонившись к кухонной стойке. Она была уже одета для работы в баре. Густые темные волосы собраны в хвост, на лице яркий макияж: глаза в стиле «кошачий глаз», мерцающий хайлайтер и темно-красные губы. Обтягивающие джинсы, заправленные в высокие сапоги до колен, дополняли образ, а черная футболка с круглым вырезом демонстрировала настолько большое декольте, что Оливии пришлось отвести глаза.

– Ты не опаздываешь на работу? – спросила Оливия, стараясь не выдать голосом своего раздражения.

Ее мама надулась, как капризный ребенок.

– Ведешь себя как мамочка, Ливи.

Оливия достала из холодильника банку диетической газировки и села за стол. Кто-то же должен.

– Что там с осенней постановкой? – Ее мама подалась вперед. – Мистер Каннингем уже объявил?

– Я же говорила тебе, – медленно произнесла Оливия. – Мистер Каннингем на этой неделе отсутствует, он будет в понедельник. – Она вообще когда-нибудь ее слушает?

– Хм. Тогда нам стоит начать готовиться к прослушиванию на выходных.

Нам?

– Мам…

– Я уже выбрала несколько монологов. По одному каждого жанра, чтобы ты была готова ко всему. Кажется, мы давненько не касались классики, поэтому начнем с нее.

Оливия вскинула бровь. Ее мама становилась столь гиперактивной в основном, когда случалось что-то связанное с театром, и это очень нервировало Оливию. Каждый раз перед прослушиванием в местный театр маму охватывало волнение, но, когда ей отказывали в роли, на нее накатывала депрессия, после чего она могла не вылезать из постели несколько дней к ряду.

– У тебя сегодня было прослушивание? – осторожно поинтересовалась Оливия.

– Да! – Мама расхаживала по крошечной кухне. – Угадай на какую роль. – Она не стала ждать, пока дочь ответит. – Оливии из «Двенадцатой ночи»! Моя любимая роль. Я рассказывала тебе о том, как играла Оливию в Публичном театре?

Все-то пару сотен раз.

– Рассказывала.

– Отзывы были потрясающие. «Джут Хейз блистала в образе Оливии», – процитировала она по памяти. – «Изумительное, вдохновляющее новое лицо на подмостках театра».

Взгляд мамы упал на фотографию в рамке на стене, на которой она была запечатлена в богато украшенном елизаветинском костюме. На фото она сияла, а глаза светились от волнения и радости. Эта постановка «Двенадцатой ночи» стала одной из последних ее сценических ролей. Вскоре после этого она забеременела, и лишь единожды на одном из выступлений с участием Оливии в глазах ее мамы вновь появился тот самый блеск.

Оливия почувствовала, как мама погружается в пучины несбывшихся мечтаний и нереализованного потенциала. Не самое приятное место.

– Мам, ты не опоздаешь?

Ее мама взглянула на часы на микроволновке.

– Проклятье. – Она схватила сумочку с ключами и чмокнула Оливию в лоб. – Почитай сегодня вечером монологи, а на выходных мы выберем один из них.

Оливия даже не заметила, что задержала дыхание, пока не стихло эхо шагов ее мамы. Она выдохнула, медленно поднялась и двинулась в комнату. Кровать не была убрана, а значит мама проспала до позднего вечера. Оливия не стала ее заправлять, она сделает это позже. Подойдя к окну, она увидела, как синяя Хонда Цивик мамы выруливает на улицу.

Убедившись, что она одна, Оливия присела у своей кровати и нащупала рукой большой пластиковый контейнер, спрятанный за несколькими старыми обувными коробками.

Стоило ей поднять резиновую крышку, как из него хлынул одуряющий запах. Сахар. Она сделала глубокий вдох, наслаждаясь пряно-сладким ароматом. Порывшись в шоколадных батончиках и конфетах, Оливия вытащила упаковку глазированных кексов. Чтобы сбросить лишние калории, придется потом сильно попотеть, но ей было плевать.