Почта открывается в полночь - Дарья Романовна Герасимова

Ленинский проспект светился огнями. Над площадью, в оранжево-синем небе, раскинул руки памятник Юрию Гагарину. Сделав круг над двором, Гуси-Лебеди приземлились не на детской площадке, а возле лестницы. Кит её в прошлый раз не заметил. Она шла как раз с той стороны дома, где был нужный им подъезд, спускалась во двор с небольшого холма, на котором стояла школа. Яника приземлилась рядом.

— А почему не на детской площадке?

— Наверное, здесь ходит меньше людей. — Киту такое решение показалось правильным. Вечер, предпраздничные дни, во дворе точно есть какой-то народ.

Понятно, что за один раз они всех мышей не перенесли, пришлось ходить несколько раз.

— Лучше не торопись, аккуратнее их носи, аккуратнее! — волновался Василь Ефимович. — Я пока буду их вынимать, а ты, Яника, похозяйничай на кухне.

В квартире висел всё тот же туман. Пахло опавшими листьями и свежемолотым кофе. На столе в кухне стояла старинная ручная кофемолка. Яника сварила кофе, разлила его по миниатюрным чашечкам из тончайшего фарфора. Потом достала из холодильника молоко. Перелила его из пакета в маленький молочник.

— Профессор так любит, мы один раз с дедом вместе ездили отдыхать, так это кошмар какой-то был, то, по его мнению, к рыбе в ресторане подали не те вилки, то нет щипчиков для сахара, то не те рюмки принесли к обеду… не знаю, и зачем нужно всё это запоминать? — Яника рукой достала из сахарницы кусок сахара и бросила его в кофе.

Кит последовал её примеру. Но профессор, который уже стоял в дверях кухни, не обратил на это безобразие никакого внимания.

— Дед видел, что там аж три вида летучек зимовало? С мышами вместе? И два из них никогда раньше не встречались в этом ареале? — Профессор радостно потирал руки. — Какую статью можно будет написать для «Зоомагического Вестника»! Просто ах! Где, говоришь, они зимовали?

— На какой-то заброшенной даче! Дед туда не собирался залезать сначала. Но потом увидел, как из окна вылетела стая Призрачных Сов, и решил проверить это странное место!

Кит подумал, что он точно никогда бы не сунулся в заброшку, из окна которой вылетают огромные полупрозрачные совы. Ни раньше, ни тем более сейчас, после нескольких дней работы на почте.

— Призрачные совы?

— Ну да, кто-то баловался, наверное. Потом что-то бабахнуло вдалеке, вся стая куда-то кинулась! — Яника пожала плечами.

Когда уходили, Василь Ефимович сунул в руку Киту странный флакончик. Половина флакончика была из светлого стекла, половина из тёмного. Пластмассовые завинчивающиеся крышечки были у него с двух сторон. Больше всего флакончик напоминал стеклянную конфету. Только вместо хвостиков фантика с двух сторон были крышечки.

— Бери, бери, нужная штука!

Кит замялся. Неудобно было говорить, что дед Яники предупреждал, чтобы тот ничего не брал у профессора.

— О, как удачно сделано! — восхитилась Яника. — А то вечно одна половинка то потеряется, то разобьётся! Бери, это можно! Давай я пока к себе положу! — Она схватила флакончик и бросила его в сумочку. — Всё, мы полетели, нам ещё на сортировочный пункт надо!

— Лёгких крыльев!

Пока бежали вниз по ступенькам, Кит подумал, что даже не спросил у профессора, что это такое. Нужно обязательно разузнать у Яники!

На сортировочном пункте царила суматоха. Внизу разгружали сразу трёх небольших фиолетовых драконов. Над ними кружилась пара золотистых, которые ждали, когда можно будет сесть. Гусь Яники еле увернулся от длинного драконьего хвоста. Серый спланировал увереннее. Вместе приземлились у синего ангара.

— Синий — почтовый, — с видом бывалого курьера пояснил Кит.

Кофточка барышни на ресепшене в этот раз была усыпана розовыми стразами, её длинные белые ногти были украшены сверкающими рыбками.

Пока Кит брал талончик, Яника отошла в сторону и с восхищением рассматривала барышню.

— Какая классная морская дева! Я и не знала, что у нас такие есть! Наверное, из Калининграда приехала!

— Почему морская дева? — удивился Кит. Потом посмотрел на стойку ресепшена с того места, где стояла Яника. Сбоку стойка оказалась прозрачной, и был виден большой серебристый рыбий хвост. Барышня плавала в аквариуме, а не сидела на стуле и не крутилась на нём, как в прошлый раз показалось Киту. Она просто кружилась в воде.

Почту сдали быстро.

Яника пошла оформлять письма и бандероли. Кит — посылки.

Небольшая очередь возникла у двадцать второго окна, где надо было получать корреспонденцию для их отделения. Сначала толстый парень никак не мог погрузить на тележку коробки. Потом у высокого старика в руках расползлась посылка, из которой высыпалась гора маленьких заводных курочек. Естественно, все кинулись их собирать. Потом кто-то долго пересчитывал письма, и число никак не сходилось с тем, которое было указано в документах.

Когда подошли Кит и Яника, молодой человек с усиками на какое-то время прикрыл глаза, как бы не замечая ничего вокруг.

— Сто тринадцатое отделение, — сказал Кит.

Посылок, писем и бандеролей опять было много, удачно получилось, что в этот раз они прилетели вдвоём!

Они уже грузили всё на Гусей, когда к ним подошёл высокий человек в синей форме, но в зелёной фуражке.

— Серафим Павлович Волк-Лесовский, — представился он. — Заместитель начальника Сортировочного отдела. У нас там нашлась ваша посылка. Из старых. Мелкая, видимо, выпала из какого-то большого отправления. Вам надо пройти со мной!

— А почему мы её не получили со всеми? — удивился Кит.

— Понимаете… тут такое дело. — Начальник немного замялся. — Мы понимаем, что часть посылки не пришла вовремя по нашей вине. Она была утеряна в отделе сортировки. А тут пришла бумага… мы поискали… не знаю, каким образом она попала в дупло. Белки хулиганят. Простите. Пойдёмте, вам надо расписаться у нас, что она найдена и что вы её получили. Не отсылать же её обратно, если её кто-то ждёт!

Кит с Яникой ничего не поняли ни про белок, ни про дупло, но им стало очень любопытно.

Отдел сортировки находился под землёй на одном из нижних этажей.

Кит и не догадывался, что под землёй находится многоэтажное здание! Просто думал, ну стоят себе ангары у железной дороги.

Все вместе спустились на лифте на минус третий этаж и оказались в огромном зале, где под потолком горело множество ламп с нежным, зеленоватым светом.

Через зал проходило несколько лент конвейеров, по которым ехали всевозможные коробки, свёртки, ящики. Возле конвейеров стояли и сидели огромные многорукие существа, которые сортировали всё это, то перекладывая с одной ленты на другую, то складывая в