Почта открывается в полночь - Дарья Романовна Герасимова

— Должен же я тоже увидеть, как всё там работает!

София Генриховна не возражала.

На площадке у большого ангара стоял огромный зелёный дракон. Кит такого ещё не видел. У дракона был узорчатый хвост и три головы. На его боку вязью шла надпись «Горыныч».

— Ого, туристический приземлился! — присвистнул Марат.

Яника махнула рукой в сторону.

Из большого серого ангара к «Горынычу» вереницей шли реликтовые лесовики.

— Наверное, куда-то в тёплые края полетят на каникулы или в Питер на экскурсию!

Пока Яника бегала за талончиками, Кит с Маратом перетаскали посылки. Другой серый Гусь опять стоял у ангара, и пока ждали в очереди, Кит снова напряжённо рассматривал посетителей Магической почты. Потом спросил у Марата:

— Чем серый Гусь-Лебедь отличается от белого?

— Серый — более старая модель! — Марат помолчал. — Сначала делали серых. Это был заказ именно для почты, Гусей-Лебедей редко кто держит как домашний транспорт. И всё шло хорошо несколько веков. Но потом, начиная с какой-то партии, оказалось, что серые иногда… даже не знаю, как сказать… В общем, иногда они действовали не по инструкции.

— Это как?

— Ну, в любом механическом существе компании «Волшебный транспорт» заложены некоторые правила поведения, сам понимаешь, без этого никак. В серых они тоже были заложены. Но по непонятным причинам с какого-то момента во всех выпущенных моделях оказался сбой…

Кит неприятно похолодел. Значит, действительно Гусь мог куда-то свалиться в первый раз, когда он на нём летел?

Как бы прочитав его мысли, Марат продолжил.

— Это не значит, что Гусь может упасть или перестать слушаться в полёте. «Волшебный транспорт» — старинная тульская компания. Уважаемая. Известная во всём мире! В ней вся механика лучше швейцарских часов работает! Какой-то сбой произошёл с живой частью птицы. В некоторых ситуациях серый Гусь перестал обращаться к инструкции, а поступал так, как сам считал нужным. Понятно, что это приводило… гм… к некоторым инцидентам… — Марат задумался. — Не помню уже, когда-то давно листал у деда в библиотеке книжку про этих Гусей-Лебедей… Тогда в компании решили, что надо выпустить новую модель, а чтобы Гуси не путались, сделали нового Гуся другого цвета. Белый Гусь покупателям понравился больше: он был крупнее, мог поднять больше грузов, да и внешне, понятно дело, выигрывал.

— А почему тогда серых не отозвали из почтовых отделений?

— А зачем? Многие, особенно не в столице, привыкли именно к этой модели. И компания решила не морочить себе этим голову, тем более, что со временем оказалось, что всё меньше детей могут разбудить серого Гуся. Не знаю, почему так. Хотя… — Марат снова задумался, — мне тоже спокойнее было бы летать на белом!

Посылок для их отделения опять было много. Кому-то пришли какие-то длинные узкие коробки, которые еле-еле уместились в Гуся-Лебедя, ещё была куча разноцветных цилиндрических коробок и странный ящик, на котором значилось: «Категорически не переворачивать».

На площадке перед ангарами снова сидели маленькие избушки.

— Удобная модель! — улыбнулся Марат. — В любом месте нашей страны могут приземлиться, сядут хоть в центре города на детской площадке — никто и не заметит, что что-то не так!

— А вдруг они унесут ребёнка? — забеспокоилась Яника.

— Нет, они так устроены, что не могут взлететь, если внутри находится кто-то живой! — Кит с восхищением смотрел на избушки. — Вот с моделью «Ракета» были несколько раз неприятные случаи…

Обратно летели медленно. Гуси-Лебеди неторопливо взмахивали крыльями, плывя ровно над светящейся линией железной дороги.

Потом все помогали раскладывать посылки по полкам, всё равно больше заняться было нечем и ничего интересного не происходило. Пили чай. Кит заметил, что у растения было уже шесть симметричных веточек, по три с каждой стороны, и седьмая — самая верхняя. На одну из веточек кто-то повесил маленький красный шарик.

Через полчаса на почту ворвался Омутов. В руках у него была огромная охапка тюльпанов.

— Новый год — душа поёт! Понимаю, ёлка была бы более к месту! Но мне вдруг так захотелось тюльпанов! — Омутов сел на пол и обнял тигра: — Что, Киса, сегодня переезжаешь ко мне?

Потом достал из кармана куртки поводок с ошейником.

Пришёл Семихвостов, бросил взгляд в сторону Омутова, спросил, почему тот до сих пор не увёл тигра. Омутов ничего не ответил.

Семихвостов пожал плечами, потом поинтересовался у Эльвиры Игоревны, не пришло ли что-то ещё для Грозы. Марат толкнул Кита в бок. Семихвостов был один, без обещанного домашнего животного.

Эльвира Игоревна пошла искать найденную на сортировочном пункте часть посылки.

— О, это как раз то, чего не хватало! — обрадовался Семихвостов, увидев вытянутую коробочку.

И тут в зал вошёл Златогоров с несколькими мальчишками.

— Я тут решил, что стоит попробовать на тигре своё новое заклинание, для которого мне понадобятся помощники. — Он посмотрел на своих учеников.

— Уже не надо! — подошла к нему София Генриховна. — Омутов его как раз забирает.

Омутов выступил вперёд.

— Мне Мила вчера рассказала, что вы его пытались обратно превратить! Не надо! Я его забираю! Он тут больше не будет никому мешать.

— Непорядок, неживое должно быть неживым, живым не мешая! — Златогоров медленно поднял руку.

Тигр отошёл подальше и спрятался за Милу.

— Слушайте, — Омутов перестал улыбаться, — «неживое должно быть неживым, живым не мешая», да, знаю я всю эту лабуду, но только зачем вы тогда Призрачных Сов на всех напускаете? Неживое натравливаете на живое?

Наступила тишина.

Златогоров прищурился:

— И на чём же основывается ваше подозрение? Насколько я помню, Эдуард, в Быковской усадьбе сов выпустили именно вы. Вас видело несколько человек, и кто-то даже не поленился обратиться в Магический суд. Именно, вам, вам, Эдуард, не мне, выписали штраф за нарушение общественного порядка…

— Да, но это был единственный раз, когда я придумал сов. Я же не думал, что кто-то будет меня косплеить!

Златогоров поморщился.

— Вечно я не успеваю за этим вашим новомодным сленгом! Но судя по рассказам, которые я слышал даже здесь, на почте, это был отнюдь не единственный раз!

Омутов взмахнул руками:

— Вы думаете, я стану повторять снова и снова один и тот же розыгрыш?

Златогоров невозмутимо продолжил:

— Я думаю, что в последние дни только вы с Миленой Евгеньевной заказывали столько порошка для иллюзий. То у вас, Омутов, рыбы пляшут, то швабры летают, мне вообще непонятно, как можно так неразумно обращаться с магией!

— Но нам для представления…

— Простите, я буду вынужден применить к вам заклинание неподвижности, вы мне мешаете.

Златогоров поднял руку, что-то белое вырвалось из его пальцев. И вдруг