Книгоед - Владимир Константинович Пузий
— Посмотри!
— Ого! — воскликнул Зеленый. — То-то в первый момент мне показалось, что этот тип собирается меня надуть!
— Кажется, я знаю, чьи это проделки, — отозвалась Алиса. — Узнаю почерк космических пиратов. Пожалуй, нам стоит поспешить. Ты уже переболел своей ностальгией?
— Да. К тому же я выспался и как следует перекусил земляникой. Пора в путь. Попрощайся с мальчиком и иди на корабль. А комбинезон я отдам в ближайшую больницу, там он нужнее и доставит людям пользу.
— Ну что, будем прощаться, Эмка? Ты мне здорово помог, — сказала Алиса.
— Да ну, не ври, — смутился тот. — Ты сама во всем разобралась. Удачи вам. А кстати, чуть не забыл. Чего это ты, когда мы только встретились, про невест спрашивала?
Алиса пожала плечами:
— Да не обращай внимания. Так — цитата из одной кинокомедии.
Она ловко взбежала по трапу на «Пегас», и тот почти мгновенно и бесшумно поднялся в воздух, сверкая огнями.
Эмка зевнул и понял, что давно уже хочет спать. Эти непрерывные приключения с книжными героями, тем более наяву, начали его здорово утомлять.
Он вернулся домой, порадовался, что бабушка не заметила отсутствия внука, и завалился в постель, наивно полагая, что его оставят в покое хоть на пару часов. Но не тут-то было!
Глава пятнадцатая,
в которой случаются ужасные вещи
Кажется, Эмка совсем не спал: еще секунду назад он закрыл глаза — и тотчас открыл их.
В комнате кто-то был.
Мальчик осторожно повернул голову, чтобы посмотреть на незнакомца, и почти не удивился, когда никого не увидел. Он уже привык к тому, что таинственный «некто» на глаза ему показываться не спешит.
Эмка сглотнул и подумал о том, что бабушка, хоть и спит в соседней комнате, сейчас от него находится так же далеко, как если бы была на другой планете. Этот ушлый клешнерукий не позволит мальчику сбежать.
«Эх, а я ведь почти исправил все рисунки!»
Он посмотрел на деревянные стены, на деревянную же старинную мебель — неужели это то, что Эмке доведется увидеть в свой последний час?!
Вдруг нечто, размером с футбольный мяч, зашевелилось у его кровати и вскочило на спинку.
— Фу-у! Ну ты и напугала меня! — облегченно прошептал Эмка. — Нельзя же так. И откуда ты здесь взялась?
Черная курица тети Фроси насмешливо кудахтнула и принялась чистить перья.
«Надо вынести ее во двор», — подумал мальчик.
Он поднялся с кровати — спать совсем не хотелось, а вот прогуляться по двору тянуло, стоило только взглянуть за окно, где луна выхватывала из ночи отдельные вещи-островки: забор, часть шланга для поливки клумб, ветви яблони, большое каретное колесо…
«Каретное колесо? — удивился Эмка. — Откуда оно здесь?»
Присмотревшись повнимательнее, мальчик заметил и другие странности: огромную деревянную бочку, старый остов телеги…
«Что же случилось? Почему двор так переменился? И комната…»
Комната тоже стала другой. В ней двумя рядами выстроились кровати, похожие — и не похожие на ту, на которой он засыпал.
«Вот так дела!»
Эмка поспешил к двери, но стоило мальчику отпереть ее, тоже непривычную, старинную, как в комнату прошмыгнула хвостатая тень. Мурлыкнув, Аполлон (а это был именно он) взобрался на ближайшую кровать и сурово поглядел сперва на курицу, а потом на Эмку:
— Куда собрался?
Мальчик так и сел, где стоял, у порога.
— Так, только без паники, — велел Аполлон. — Ишь, перепугался, аж коленки дрожат! Ну да, я разговариваю. И ничего странного в этом не вижу.
— А п-почему же ты раньше молчал? — Эмка с непривычки даже заикаться начал.
— Я не молчал. — Аполлон улыбнулся той загадочной улыбкой, которой так любят озадачивать людей все коты и кошки. — Я просто раньше тебе не снился.
— А сейчас… — сообразил мальчик.
— А сейчас — снюсь. Какой же ты недогадливый! Ох уж эти мальчишки… — И кот выразительно покосился на черную курицу. Та смутилась и отвела глаза. — Вообще не знаю, зачем я только вмешиваюсь… — промурлыкал Аполлон и принялся вылизывать переднюю лапу.
Эмка зачарованно следил за котом. «Подумать только… вот так…»
— Что дальше делать собираешься? — спросил у него Аполлон, когда привел лапу в порядок. — А, художник ты доморощенный?
— Ни-ичего, — растерянно протянул Эмка. Он немного пришел в себя, поднялся с пола и подошел к животным. — Почему это я должен что-то делать? Утром проснусь, сотру оставшиеся рисунки — и все будет нормально.
Кот хмыкнул:
— Наивный! А вспомни-ка про те картинки, которые ты испортил фломастером или ручкой. Или думаешь, их тоже резинкой исправить можно?
— Что же мне делать, Аполлон? — не на шутку испугался Эмка. — Ведь Книгоед…
Кот фыркнул и выгнул спину:
— Потиш-ше! А то еще явится. — Успокаиваясь, он потоптался на месте и улегся, свернувшись калачиком. — Теперь слушай. Так уж и быть, помогу тебе. Все-таки Марья Дмитриевна тебя очень любит — знать бы, за что… Есть способ разом исправить все книжки, которые ты разрисовал фломастерами и ручками. Но нам потребуется помощь подземных жителей. Не боишься?
— Чего мне уже бояться? — храбро сказал Эмка. — Я со Змеем сражался, чуть в огне не сгорел, меня едва Колобок…
— Глупый! — Аполлон недовольно мяукнул. — Это ж все цветочки были, а сейчас будут ягодки. Настоящий риск.
И черная курица, словно желая подтвердить сказанное, хлопнула крыльями.
— Вон Алеша знает, — с иронией произнес кот. — Кстати, по твоей милости этот молодой человек стал тем, кем стал. Это ты ведь в одной из книжек — в истории про него — дорисовал Алеше конопляное зернышко.
— Точно! — вспомнил Эмка. — Сказка так и называлась — «Черная курица». Только там курицей был министр… Ой!
— Вот именно, — со значением сказал кот. — Министр подземного народа. Скажи, Эммануил, как ты понял эту сказку, какие выводы ты сделал? О чем она?
— О том, что нехорошо предавать. И о том, что нужно держать свое слово. Ведь Алеша спас тогда черную курицу, а она оказалась министром. И его наградили зернышком, благодаря которому он знал все уроки. А потом рассказал всем про это — хотя подземные жители
