С другой стороны - Екатерина Лаптёнок

Везение было на нашей стороне. Перед вожатыми стояло несколько задач. Прежде всего, не дать мальчикам сбежать на футбольное поле. Практически невыполнимо. А потом все три часа пресекать девчачьи разборки из-за оставшихся четырёх кавалеров.

К отбою я уже еле держалась на ногах.

– Ну что, завтра берёшь на отдых вечерние часы? – сочувственно спросила вполне себе отдохнувшая, а поэтому щедрая Дарья Павловна.

– Нет, – слегка пошатнувшись, твёрдо сказала я, – у меня утром репетиция танца с малышами.

Евгений Викторович чуть приподнял брови, но ничего не сказал. Только проводил до комнаты, где уже мирно спала Ой-Маша.

Глава 13

Тася

На экоплощадку мы пошли вшестером: Лего, Дэн, Елисей, я, Лиза и Сома.

– Слушай, а ты не знаешь, члены комиссии когда приезжают? – спросила я у Лего.

– Вроде за десять дней до конкурса.

– А я слышала, что председатель исследователей послезавтра утром уже будет на месте. Старшие девчонки обсуждали, можно ли будет его очаровать. А потом вспомнили, что он жениться приезжает. На Ольге Николаевне, которая замдиректора, весь лагерь уже об этом… – Сома посмотрела на мои сжатые челюсти, опущенную голову Лего, побледневшую Лизу и осеклась. – Эй, вы чего?

– Ты ей не сказала?

Она помотала головой. Кажется, я недооценила эту девчонку.

– Что не сказала? – уставилась на нас Сома.

Я прикусила губу. Лего обнял меня за плечи и вопросительно посмотрел в глаза. Я кивнула.

– В общем, председатель комиссии доктор наук С. В. Мельников – это Таськин отец.

Сома с Дэном уставились на мой бейджик. «Тася Мельникова, „Второй Ультрамарин“».

– А он у тебя доктор каких наук? – спокойно уточнил Елисей.

– Биологических.

– Ты поэтому биологию выбрала? Из-за него? Или тебе правда интересно?

– Да подожди ты, – Сома толкнула нашего математика в плечо, – это ошибка. Как он может жениться на ком-то, если уже женат?

– Он уже НЕ женат, – огрызнулась я и пошла к вольеру с камерунскими козами.

Никто не спешил меня догонять. И правильно. Я слышала напряжённый голос Лего и вкрапления Лизиного «ручейка», но слов было не разобрать. Пальцы сами собой перебирали прутья решётки. Молодая коза подошла и вытянула морду. Я машинально нагнулась, сорвала цветок клевера и протянула ей.

– Спасибо, что клевер, а не хлеб, – раздалось за моей спиной, – хотя, вообще-то, на входе есть табличка, что животных кормить нельзя.

– Извините, – я убрала руку от клетки.

– Ты что, плакала? – спросила высокая женщина в сером рабочем комбинезоне и васильковой косынке, из-под которой выбивалась ярко-рыжая крашеная прядь.

Я мотнула головой.

– Это из-за них? Обидели? – она строго посмотрела в сторону стоявших кружочком моих соседей по столу.

– Нет. Просто день неудачный. А они хотят помочь, но не знают как.

– Понимаю. Иногда самая главная помощь – это оставить в покое. Говорят, общение с природой успокаивает. Вот я здесь как поработаю, домой прихожу спокойная-спокойная. Меня Надежда зовут. Можно тётя Надя. Ты погуляй тут. Территория небольшая, но посмотреть есть что. Только не корми больше никого, ладно? У них всё сбалансированное.

– Ладно. Тётя Надя…

– Что?

Мне не хотелось, чтобы она уходила. Эта женщина отличалась от всех, кого я встречала в лагере. Они были умными, творческими, оригинальными, но сложными. А тётя Надя – какой-то простой. И настоящей. Я пыталась придумать вопрос, который задержал бы её, но не нашла ничего лучше, чем спросить, как на экоплощадку попадают животные.

– Так от людей. Овечки и козы у хозяев не прижились. Кто из-за бодливого характера, а кто просто по старости или немолочности. Кроликов мы забрали, когда в городе в торговом центре контактный зоопарк закрывали. И правильно сделали, я считаю. Кому приятно, когда тебя постоянно трогают, а тебе ни сбежать, ни спрятаться. А у нас для них территория вон какая. Правда, они и ею не ограничиваются. Глянь вон там, внизу. Подкопали, хулиганьё ушастое, и шастают в лес, когда захотят. Но всегда возвращаются, а значит, хорошо им у нас.

– А лисы?

– Их ещё лисятами лесник принёс. Взрослые погибли. От браконьеров, тьфу. У нас тут заказник кругом. Охота запрещена. А всё равно находятся нелюди, да ещё в сезон детёнышей. Но ничего, ребята из старших отрядов программу ре-инт-ро-дукции разрабатывают для этих бедолаг. Знаешь, что это такое?

– Нет, – я слышала что-то похожее раньше, но вспомнить значение слова не смогла.

– Возвращение в дикую природу – по-простому. Так что, если всё пойдёт хорошо, в следующем году их здесь не будет.

– Понятно. А этот красавец как сюда попал? – я показала на серую ворону, с деловым видом расхаживавшую по большому вольеру с аккуратным маленьким домиком в центре. Понятия не имею, почему решила, что это самец.

– А этот сам заселился, ни у кого разрешения не спрашивал. Откуда появился – никто не знает. Вольер изначально для кур был построен. Нам каждый год местный фермер даёт на лето парочку. Они яйца несут, потом цыплят высиживают. Детишкам, которые помладше, очень интересно. Некоторые до девяти лет дожили, а цыплёнка живого только у нас увидели. А красавец этот, – она показала на ворону, – как давай хохлаток гонять, так они и нестись перестали. Пробовали выгнать нахала, так он возвращается. Ну, Степан Петрович, заведующий площадкой, и приказал кур поближе к кроликам перевести, а эту квартирку со всеми удобствами оставить серому захватчику. Думали, улетит. Тут же решётки только вокруг, а сверху вольное небо. А нет, не хочет. Его уже и ветеринар наш смотрел. Говорит, здоровый. А если здоровый, то, спрашивается, почему сидит? Потому что хорошо ему тут, я считаю. Он, может, и вылетает когда, только мы не видим.

– А как его зовут? – Ворон всерьёз привлёк моё внимание.

– Грэй.

– Назвать самца серой вороны Грэй – очень оригинально, – ляпнула я и тут же прикусила язык. Но тётя Надя, кажется, была не из обидчивых.

– Думаешь, из-за цвета? Нет, милая. Это в честь капитана Грэя. Ты книжку «Алые паруса» читала?

– Читала. Романтично, – на всякий случай я не стала высказываться более развёрнуто.

– А теперь смотри.

Она отперла клетку и пригласила меня войти. Потом достала из кармана четыре лоскутка ткани: чёрный, жёлтый, синий и красный – и разложила на земле. Грэй подошёл, уверенно схватил красный лоскут и помахал им, как флагом. Или парусом?

– А если поменять местами? – включилась я.

– Пробуй, – она достала из того же кармана ещё с десяток разноцветных тряпочек.

Я разложила их на земле. Грэй снова выбрал красную. Ничего себе! А что, если…

– Тётя Надя, а можно я с ним поработаю? Ну, мне для исследовательского проекта.

– А