Опасный район - Татьяна Котова
А во-вторых, такие же ошейники он видел в Горках, у сгоревшего дома олигарха Киселева. Ему до сих пор не давал покоя тот случай, когда его тут же отстранили и дело засекретили, вызывал любопытство. Могла ли новая банда устроить пожар в доме олигарха? Никифоров не мог найти ответ на этот вопрос. После пожара шайка себя никак не выдавала, он проверял сводки и не видел новых крупных возгораний или нападений.
Пропажи казались Никифорову подготовкой. А от мыслей — подготовкой к чему — у бывалого следователя начинал ныть живот. Он не верил, что Федоров-старший еще жив. Никифоров склонялся к мысли, что бандиты похищали самых незащищенных, слабых людей, которых не хватятся. И потом убивали их. Может быть, ему удастся напасть на след банды и найти видеодоказательства. Он грустно усмехнулся. В последние лет десять преступники сами помогают собирать доказательную базу, фиксируя свои правонарушения камерой телефона. Они пересылают видео друзьям, выкладывают в закрытые чаты или просто хранят как трофей в памяти гаджетов. Остается только найти преступника и изъять телефон.
Следователь поежился. Он уже третьи сутки днем обходил район, потом спал в машине, а ночью сидел в засаде с биноклем. Если сегодня ничего не обнаружит, нужно будет наведаться к участковому, рассказать, что интересного узнал о жильцах, да и признать ошибку, возвращаться к карте, осматривать соседние районы.
Зря он все же не взял в засаду плед. Может, сходить к машине?
Следователь повернул голову, ища глазами место у пруда, где припарковался, как вдруг на поверхности воды появились зеленые блики. Никифоров лежал на крыше старого гаража, прижав бинокль к глазам, и медленно и внимательно осматривал территорию.
На темной глади пруда переливались зеленые отсветы. Он подкрутил колесико фокусировки и, нахмурившись, смотрел на воду. Что там может быть?
Следователь не понимал, что происходит. Отнял одну руку от окуляра и с силой ущипнул себя за мочку уха. Больно. Значит, он не спит. Не спит и видит кошмар.
К тому, что было видно с помощью оптики, его не подготовили долгие годы работы. Его противниками всегда были люди. Воры, хулиганы, насильники и убийцы, психически больные и здоровые, и все же это всегда были люди. Он повел биноклем — человека рядом не было.
Бинокль был хорош. Через него следователь видел, как стая зверей с яркими, как небольшие фонари, глазами, бездвижно стояла на мелководье. Никифоров не знал, видит ли он это на самом деле, или ему просто мерещится, как по жилам зверей толчками пульсирует вода. Ему чудились легкие щелчки, когда в их гривах открывались цветки орхидей. Что это? Знак утоленной жажды?
— Отставить, отставить... сейчас все станет понятно... — он уговаривал себя.
Никифоров опустил бинокль, закрыл глаза рукой и с силой потер веки. Все его тело трясло мелкой дрожью, рот судорожно ловил воздух. Пытаясь унять дрожь, следователь впился ногтями в предплечье. Боль слегка отрезвляла. Еще минута, и он смог справиться с паникой.
— Майор, это просто дикие собаки. Тебе показалась вся эта хрень. Их просто говнюки местные фосфором намазали, в баскервилей играют. Успокойся. Просто собаки, — мозг отказывался признавать то, что видел.
Но головой он уже понимал, что противник — не собачья стая.
«Это какие-то собаки или неведомая хрень. И, вероятно, именно они охотятся на людей. И их нужно остановить. Только — как?»
Следователь не видел, как звери с остервенением вычесывали гриву и на воду падали нежные белые цветы с каплями крови на цветоножке. Блики лунного цвета попали на сплетенные из веток тела. Запутались в гриве вожака, будто стали ее продолжением. И тут же луна скрылась за облаком и свет пропал. Ночное светило ужаснулось увиденному.
47. Помощь близко
Никифоров вновь взялся за бинокль и понял, что чуть не упустил стаю из виду. Зеленые огоньки вышли из воды и по одному поднимались на холм, на вершине которого возвышалось дерево. «Как новогодняя гирлянда, мать их!» Твари тем временем, судя по огонькам, расположились у дерева.
— Перестрелять их всех? — тихо думал он вслух. — Патронов может не хватить. В любом случае, нужно подойти ближе, осмотреться и вызвать подкрепление.
Никифоров проверил пистолет. Встал на гараже в полный рост. Проверил направление ветра, кивнул сам себе и присел, свесив ноги, затем легко спрыгнул с гаража. Ему нужно будет сделать крюк, чтобы подойти ближе и не дать себя учуять.
Он залез на нижнюю ветку дерева метрах в двухстах от дуба, уселся поудобнее и опять достал бинокль. Перенастроил его и вновь увидел стаю. Лишь раз позволил дрожи пройти по телу. Выдохнул, собрался и продолжил осмотр. Увидел тела и живых заложников.
И понял, что не имеет права ждать подкрепления.
Стая не почувствовала его, но Никифоров не мог открыть огонь с дерева. Глушитель не только делает тише звук выстрела, но и затрудняет стрельбу по движущимся мишеням и ограничивает дальность. Можно его не использовать, но тогда выстрелы посеют панику, люди выйдут из домов и могут стать жертвами этих тварей. Значит, придется пробираться ближе к стае с заложниками и стрелять с глушителем.
Что с ним будет, если они его заметят? Притащат к дубу или сожрут?
Никифоров успел подобраться на пятьдесят метров, когда стая наконец его почуяла. Он не видел, что сзади за ним наблюдают два зверя.
Следователь смотрел на поляну. В кого стрелять в первую очередь? В вожака на дереве? Но он дальше всех, да к тому же хорошо скрыт листвой. Нужно спешить и убить как можно больше этих собак-мутантов, а остальные, он надеялся, разбегутся и будут отловлены потом поодиночке. Поднял руку, тщательно прицелился. Твари сидели рядом с людьми, стрелять все еще опасно. Или выстрелить в воздух, они разбегутся, а людей, может быть, еще можно спасти? Что-то ему подсказывало, что эти твари не разбегутся...
Пока он думал, обстановка на поляне изменилась. Стая смотрела в его сторону, а чутье подсказывало, — враг уже за спиной.
Следователь не заметил, как вожак оказался в нескольких метрах позади него. Рука дрогнула, мужчина не успел навести пистолет. Вожак шел на него ощерившись и полностью вызверев. «Вот и все».
Удар вожака сбил с ног. Падая, Никифоров ударился виском о толстый корень и потерял сознание. Последнее, что он видел, были листья деревьев, чуть колышущиеся и поблескивающие в лунном свете.
Человек лежал между деревьев, пистолет с глушителем валялся далеко позади. На его груди стоял вожак.
48. Бой
В первые секунды Сергей ничего не понял. Стая вскочила на ноги и уставилась в одну точку. Вожак низко рыкнул, с легким стуком соскочил с дуба и бросился в лес. Через пару секунд за ним последовали шесть орхов.
Сергей застыл в неудобной позе, пытаясь разглядеть, что происходит. Может быть, пришла помощь? Секунды тянулись, ничего не происходило.
Слеза отчаяния после мелькнувшей надежды покатилась по его щеке.
— Вот еще, нечего себя жалеть, — он собрался с силами и продолжил резать ветки, замер, набрал побольше воздуха и на выходе разорвал опутавшие его корни.
«Я вернусь. С помощью!» — Сергей бросил взгляд на лежащих детей и прошептал, будто они могли слышать. Стая все так же смотрела в сторону леса, оттуда появился вожак, тянувший за ногу еще одно тело. «Он занят, беги!» — прокричал внутренний голос Сергея, и он, отвернувшись, побежал в сторону домов.
Орхи среагировали мгновенно. Казалось, что прошло всего несколько секунд, когда его обогнали первые твари. Он повернулся на
