Утес над озером - Михаил Григорьевич Теверовский
Воцарилось молчание. Филипп, подтянув колени и вжавшись в них щекой, затаив дыхание ждал ответа от брата, который, закусив нижнюю губу, перебирал в руках камешки и, казалось, был целиком и полностью сосредоточен только лишь на них.
– Сколько ты ее знаешь? – наконец спросил Никита.
– Где-то с неделю… – признался Филипп.
– Понятно. Ты знаешь ее всего неделю, и уже готов последовать за ней куда она скажет? И бросить меня… хоть и обещал, что никогда не поступишь так.
– Никита, я еще не…
– Не надо. Действительно, с ней тебе будет веселее и лучше, чем со мной. Вот и отлично, – Никита вскочил на ноги и, утирая градом покатившиеся по щекам слезы, побежал к лесу.
Филипп сразу же последовал за ним, умоляя брата остановиться, но Никита исчез между деревьями, оставив его одного – с сердцем, наполненным виной и болью. Филипп хотел остаться здесь, на утёсе, и звать брата, пока тот не вернётся, чтобы попросить у него прощения… Но из леса донеслись чьи-то голоса – кто-то шел к утесу – хоть в Менделеевском многие побаивались, старались держаться от него подальше и запрещали подходить к нему детям, особенно после произошедшей трагедии. Филиппу ничего не оставалось, как нырнуть в лес и, сделав крюк, чтобы обойти людей, вернуться на тропу и направиться по ней обратно в город. С чувством раскаяния Филиппу предстояло провести все те дни, пока он вновь не наберется смелости прийти на треклятый утес.
Глава 3
Вторник, 16 июля 2024 года
В девять часов утра Милане наконец начали сыпаться сообщения от Филиппа. В них он отвечал на посланное девушкой вечером понедельника, а также желал доброго утра. И, как в прошлый раз, извинялся за то, что так долго не писал. Но Милана, уже порядком накрутившая себя еще из-за слов Жени, лишь отложила телефон. И, крепко прижав подушку, продолжила просмотр фильма «Сеймейка Аддамс» 1991 года. После полученных сообщений она вдвойне начала завидовать тем пусть и лишь изображаемым на экране, но столь страстным и искренним чувствам друг к другу героев Мортиши и Гомеса Аддамс.
Раз за разом, с разными периодами, вибрировал телефон, уведомлявший о новых и новых сообщениях. Наконец, уже под самый конец фильма, когда пришло порядка двадцати уведомлений, Милана взяла в руки телефон и прочитала очередную порцию покаяний Филиппа и вопросов о том, как у нее дела и обижается ли она. Последним было сообщение, по всей видимости, использованное Филиппом в роли крайней возможности привлечь внимание Миланы. Это была фотография мини йоркширского терьера Инди, сидевшего на своей лежанке и, словно удерживая лапками мягкую игрушку, с вызовом смотревшего своими черными глазами-бусинками с экрана телефона. А также подпись к этой фотографии о том, что вечером Филипп собирается вывести Инди на прогулку, и они приглашают Милану пойти с ними. Это был нечестный ход, но вполне способный помочь Филиппу достичь цели. О домашнем питомце Филипп не раз ей рассказывал – Милана высказывала желание познакомиться со столь милым и очаровательным песиком и сетовала на то, что у самой никогда не было дома какой-нибудь милой животины. Теперь она, как любительница и кошек, и собак, и любых других домашних питомцев, включая енотов, шиншилл, хомяков, хорьков и всех-всех-всех, ну никак не могла устоять от того, чтобы ответить одним коротким сообщением:
– Ладно. Во сколько?
– В семь часов вечера. Можем попозже, как тебе будет удобно, – сразу пришел ответ от Филиппа.
– Нет, в семь будет как раз. Я приду, но только ради Инди.
– Ок, – и в конце следовала мерзопакостная скобочка, означавшая улыбочку, от которой Милана разозлилась еще больше, и с силой ткнув пальцем на «пробел» ноутбука, запустила следующую запись на просмотр: теперь это был сериал «Уэнздей» 2022 года, в центре сюжета которого была дочь Моришы и Гомеса – девочка-подросток по имени Уэнсдэй Аддамс.
Вечером Милана все же вышла из дома, несмотря на то, что внутри нее шла самая настоящая борьба, с одной стороны которой были лишь симпатия и зачинавшиеся чувства к Филиппу, с другой – обида за себя и самая настоящая злость. Победить более слабой стороне этой борьбы помогла по незнанию и неаккуратным словом Алина Владимировна. Они с Миланой хлопотали на кухне, попивая кофе и готовя ужин для Игоря Степановича, когда на очередное сообщение, пришедшее на телефон дочери, Алина Владимировна, сверкнув глазами, спросила, не поклонник ли это какой пишет? И, конечно, из лучших побуждений и тревоги за дочь, произнесла целую тираду о том, какой именно Милане нужен парень, как ей надо опасаться всяких идиотов и подонков, которых вокруг пруд пруди. Все это возымело совершенно обратный эффект тому, который в глубине души таила Алина Владимировна, материнским сердцем чувствуя и подмечая переживания дочери.
У подъезда Милану уже ждал Филипп, держа на шлейке крошечного Инди, в этот момент что-то старательно вынюхивающего в трещинке бордюра.
– Какой хорошенький! – тут же потеряв грозный и мрачный вид, воскликнула Милана. – Можно… можно я его поглажу?
– Да, конечно, – ответил Филипп, искренне улыбаясь. – Только он может поначалу побаиваться. Тяжело признает незнакомых ему людей.
Милана сделала пару шагов по направлению к Инди, вытянув вперед руки, – пёсель заметил это и молнией кинулся к ногам Филиппа и теперь выглядывал бочком из-за кроссовки, приподняв в недоумении переднюю лапку.
– Инди, это Милана. Она хорошая. И теперь твой друг тоже, – сказал Филипп и, аккуратно приподняв Инди, поднес его к Милане.
Тем самым у девушки появилась возможность погладить шелковистую шерстку со стальным окрасом, а Инди – понюхать незнакомую ему руку. И пёсель даже пару раз лизнул пальчики Миланы, когда понял, что от нее не исходит никакой опасности. Только любовь и ласка.
– Он такой крошечный… – буквально на выдохе произнесла Милана, аккуратно беря двумя пальцами лапку Инди.
– Ага, – гордо ответил Филипп. – Видела когда-нибудь таких маленьких собакенов? Ну кроме чихуахуа там. Но они обычно трясутся и пронзительно тявкают. К тому же вроде как довольно агрессивная порода. А Инди – полноценный пес, только
