Величие Екатерины. Новороссия, Крым, разделы Польши - Валерий Евгеньевич Шамбаров
Зубов возглавил переговоры с Австрией и Пруссией после подавления польской революции. Впрочем, в данном случае основную роль сыграло принципиальное решение Екатерины, да и предварительные проработки уже провел Безбородко. Все три державы согласились между собой, что Понятовский и какое бы то ни было правительство не способны контролировать страну. После того, что случилось, сошлись во мнении окончательно ее ликвидировать. Главную роль в победе сыграла Россия, и Австрия хотела подольститься, предлагала Екатерине забрать Варшаву с титулом польской королевы.
Императрица наотрез отказалась. Заявила, что не возьмет ни одной пяди коренных польских земель [111]. Только то, что когда-то принадлежало русским, а значит и перейдет к нам по полному праву. Присоединила Литву, Западную Белоруссию, оставшуюся у поляков часть Полесья и Волыни. Историю Екатерина хорошо знала. Ведь и Литва в древности платила дань русским князьям, а при Алексее Михайловиче покорилась московскому царю. Остальное государыня отдала союзникам, пусть сами возятся с чванливыми и склочными поляками. Переговоры затянулись как раз из-за того, что Австрия с Пруссией делили приобретения между собой. Фридриху Вильгельму досталась северная часть с Варшавой, императору Иосифу III южная с Краковом. 24 октября 1795 г. об этом подписали договор.
Зубов в награду себе за успешные соглашения не преминул урвать огромные владения в Литве, 13.700 душ крепостных с доходом в 100 тыс. Король Станислав Понятовский к этому времени жил в Гродно, под охраной наших войск. 25 ноября он официально сложил с себя полномочия и подписал «добровольное» отречение. Специально выбрал день именин Екатерины. Что ж, он был ставленником государыни. Но ставленником-то плохоньким, толку от него было мало. Да и сам вилял туда-сюда, допустив разгул русофобии и якобинства. Тем не менее, императрица его не оставила, позволила доживать век в Петербурге.
С третьим разделом Польши к России официально отошла и Курляндия, фактически подвластная Екатерине уже 32 года. Теперь правил сын старого Бирона Петр, местные дворяне были очень им недовольны, жаловались в Петербург. Императрица вызвала его и рассудила все претензии. Петр подписал отречение от герцогства, за это получил ежегодную пенсию в 100 тыс. талеров, а его имения в Курляндии государыня выкупила за 2 млн руб. Петр и раньше предпочитал Пруссию, уехал туда. Великолепный Рундальский дворец, построенный для старшего Бирона Анной Иоанновной по проекту Растрелли, достался Платону Зубову.
Не успели разрегулировать проблемы на западе, как снова обострилась обстановка на юге. Персию раздирали смуты. Шахский престол захватил Ага Мухаммед, с ним боролся его брат Муртаза Кули. Он был правителем Гиляни на южном берегу Каспийского моря, дружил с русскими, при поражениях укрывался в наших владениях. Наконец, Ага Мухаммед разгромил его. Казнил его мать (они были единокровными братьями), самого Муртазу обещал сварить заживо. Тот бежал в Россию, а победитель в отместку разорил русское консульство, наши купеческие фактории и слободы в персидских городах и портах.
Императрица в 1795 г. ласково приняла в Петербурге Муртазу Кули. Называла человеком «добродушным и предупредительным». Но шах тем временем обратился на Грузию. Она давно была предметом раздоров между Персией и Турцией. А сейчас-то султанскую защиту утратила, приняла покровительство России. Призвав вассальных ханов Гянджи и Эривани, Ага Мухаммед и обрушился на нее. Царь Ираклий II воззвал о помощи к наместнику Северного Кавказа Гудовичу. Но у того свободных частей не было. Пока собрали, снарядили…
Шах разметал войско Ираклия, разграбил и сжег Тифлис. Всех жителей перерезали или угнали в рабство. Опустошили и все Картли-Кахетинское царство. В Петербурге забили тревогу. На Северном Кавказе подняли все, что было под рукой. В декабре 1795 г. через зимние горные перевалы в Грузию пробился 3-тысячный отряд полковника Сирохнева. На принадлежавший шаху Дербент выступил отряд генерала Савельева, около 5 тыс. солдат, казаков, калмыков с 6 орудиями.
А Платон Зубов развернул грандиозный план. Направить армию на Персию. Чтобы прошлась аж «до Тибета», открыла дороги в Индию. И потом повернуть ее на Турцию — с неожиданной, восточной стороны. Вторая армия ударит прежним путем, на Дунае. К Босфору подойдет русский флот — и Константинополь наш, Османская империя падет… Вот и вожделенный «Греческий проект»! Екатерина не могла не понимать, что это невыполнимые химеры. Даже чтобы отвоевать полосу до Днестра, выдержали противостояние с половиной Европы, еле выпутались. Но и громить идеи любимца государыня не стала. Сочла, что в нем пробуждаются смелость, размах, — а трезвые оценки придут с опытом.
Сама она руководствовалась совсем иными соображениями. По-прежнему числила себя последовательницей Петра Великого — а он как раз в сходной ситуации предпринял Персидский поход в 1722 г. Надеялся открыть торговые пути в Индию, занял Дагестан, часть Азербайджана, Гилян. А вывели оттуда наши войска по Рештскому и Гянджинскому трактатам 1732 и 1735 гг. — на условиях военного союза и свободной русской торговли на Каспийском побережье. Шах эти условия перечеркнул. Да и нападение на доверившуюся нам Грузию нельзя было спускать.
Екатерина тоже объявила Персидский поход. Командование через фаворита получил его брат, генерал-поручик Валериан Зубов — всего лишь 25-летний, но боевой, очень смелый, в сражениях с поляками потерял ногу. Однако войск ему государыня выделила куда меньше, чем следовало бы для бредовых маршей на Индию и Турцию: 12,5 тыс. штыков и сабель, 21 орудие. Корпус собрали в Кизляре, в апреле он выступил, с моря поддерживала небольшая Каспийская флотилия. С войсками отправили и Муртазу Кули — возобновить смуту в Персии, возвести его на шахский трон.
Валериан Зубов соединился с отрядом генерала Савельева, присоединились со своими ополченцами союзные горские князья, шамхал Тарковский, уцмий Кайтага, майсум Табасарана. Вместе с ними войско достигло 35 тыс., осадило Дербент. Первый штурм 3 мая защитники отбили, а 8 мая русские захватили одну из башен, стали обстреливать город, и он сдался. Правителя взяли в плен, вместо него Валериан назначил его сестру Пери-Джахан-ханум, признавшую власть императрицы. Корпус, разделившись на несколько отрядов, вступил в Азербайджан. Один за другим присылали делегации и покорялись ханы Баку, Кубы, Шемахи, Шеки.
А с запада наступал Ираклий II с грузинами и отрядом Сирохнева. Хан Карабаха счел за лучшее перейти на его сторону. Участвовавшие в нападении ханы Гянджи и Эривани струсили. Признали себя вассалами Ираклия, согласились платить дань и освободили пленных. Территорию нынешних Азербайджана и Армении заняли без серьезных боев. Только в Дагестане казикумухский хан Сурхай поднял враждебных горцев, попытался ударить с тыла. Его разгромил отряд генерала Булгакова, 2 тыс. нападавших положили, потеряв 244 офицера и солдата. На южном берегу Каспия высадились десантом
