Нижинский. Великий русский Гений. Книга I - Элина Фаритовна Гареева
Нижинский и Розай переходят во 2-й класс старшего отделения, а Бурман остаётся в этом же классе на второй год с предупреждением. Таким образом, в следующем году они опять будут учиться все вместе в одном классе.
* * *
Когда осенью Вацлав пришёл в школу он начал быстро восстанавливаться и с каждым днём становился всё сильнее. И стало понятно, что король танцев вернулся и снова надел свою корону, и краткое превосходство Розая закончилось. Несмотря на то, что одноклассники чуть не убили Нижинского из-за своей беспричинной ненависти, некоторые из них продолжали издеваться над ним, но Бурман теперь был его другом и защищал его. Кроме того подружились и семьи мальчиков. Мать и сестра Вацлава стали близкими друзьями семьи Анатолия и стали часто ходить к ним в гости, где их радушно принимали. (Хотя Бронислава Нижинская в своих воспоминаниях категорически отрицает эту дружбу, но, видимо, семьи действительно дружили до какого-то момента).
Интересно, что Ричард Бакл — официальный биограф Нижинского, очень вскользь упоминает об этом жутком несчастном случае, не придавая ему особого значения. Бакл просто пишет, что Вацлав прыгая, получил сильную травму и провёл в больнице несколько недель и, что в воспоминаниях Бурмана эта история сильно приукрашена. Бакл видимо не знал, что об этом несчастном случае сохранились медицинские документы, а Бронислава позже тоже подробно опишет эту трагедию.
Сам же Вацлав, спустя годы, рассказал Ромоле, что получил травму сам, ударившись о скамейку, когда отрабатывал пируэты. Он так никого и не обвинял. Ромола многие годы не знала правды, и только уже после смерти Вацлава узнала, возможно от Надежды Легат (жены Николая Легата), о том, как всё случилось на самом деле.
Также удивительно, что в личном деле воспитанника Императорского Театрального Училища Вацлава Нижинского, которое и по сей день хранится в Российском государственном историческом архиве (РГИА), нет ни слова об этом ужасном несчастном случае, который выглядит скорее, как покушение на жизнь и здоровье. Нет сведений об этом происшествии и в личном деле Георгия Розая. Видимо администрация школы постаралась скрыть этот случай, который мог нанести вред репутации Училища. Хотя, скорее всего, одноклассники не хотели убить Вацлава, когда подстрекали его на прыжок через пюпитр, но покалечить, видимо, хотели, может быть подсознательно. И никто не понёс за это никакого наказания. Никто из учителей или воспитателей не был уволен за халатное отношение к своим обязанностям, никто из учеников не был отчислен за нанесение тяжкого увечья здоровью своему однокласснику. Мальчиков просто лишили сладкого! Происшествие не вышло за стены Училища и дело просто замяли. Ни у кого из воспитанников в личном деле не появилось ни одной записи! Я специально изучала личные дела одноклассников Вацлава в архиве на этот предмет. Ничего! Интересно, почему врачи в госпитале не заинтересовались этим случаем и не было заведено уголовное дело. Ведь было доказано, что пол перед пюпитром был натёрт мылом. Всем всё сошло с рук.
Вацлаву было 13 лет, остальным по 14–16 лет. И все они понимали, что не будь Нижинского, они могли бы спокойно развиваться по мере своих способностей. Но пока Вацлав маячил у них перед глазами — они ясно ощущали бессмысленность своих стремлений. И участвовали в этом отвратительном сговоре все одноклассники, включая Бурмана. Но только один Бурман затем осознал содеянное, раскаялся, признал Гений Вацлава и стал его другом. Интересно, что все участники этого ужасного преступления, кроме Бурмана, не дожили до 30 лет.
В 1919 году Вацлав Нижинский написал в своём Дневнике так: «Я знаю, что такое смерть. Смерть есть вещь ужасная. Я почувствовал смерть не раз. Я умирал в клинике. Я был храбрый мальчишка. Я прыгал и упал. Меня повезли в госпиталь. В госпитале я видел смерть собственными глазами».
Многие современные историки балета и авторы бесчисленных статей о Нижинском, так же, как и уважаемая В. М. Красовская, доктор искусствоведения, полностью игнорируют чудовищный несчастный случай, произошедший с Вацлавом в Училище по вине одноклассников-завистников. При этом почти в каждой из этих статей можно прочитать, что «Нижинский ещё в детстве проявлял черты шизоидного характера» и «первые отголоски явного психического заболевания случились ещё во время обучения в Петербургском балетном училище. В характере Нижинского начали проявляться какие-то странности, и его даже обследовали в клинике для душевнобольных. Возможно, это были первые признаки наследственной болезни, которые через несколько лет проявились в полном объеме».
Изучив огромное количество первоисточников и архивных документов, я могу с достоверностью сказать, что нет абсолютно никаких свидетельств, что Вацлав Нижинский проходил какое-либо психиатрическое обследование во время обучения в Театральном Училище. Откуда взялась такая информация совершенно непонятно. Видимо, кому-то очень хотелось, как и Петеру Оствальду, доказать, что последующая болезнь Нижинского была наследственной, а не результатом жестокого и целенаправленного преследования и травли.
И если эти историки балета пишут, что Нижинский лежал в больнице для психиатрического обследования, используя факт его нахождения в госпитале после смертельной травмы, то это просто чудовищная подлость с их стороны. Ведь даже Петер Оствальд не подтверждает, что Вацлав подвергался такому обследованию в школе.
Современный вид здания Главного Дворцового госпиталя на Малой Конюшенной, дом 6. Вид с улицы и вид с канала Грибоедова. Фото автора
Кто такой Георгий Розай
Георгий Альфредович Розай (1887–1917)
Родился в селе Ивановское Тамбовской губернии. Отец — итальянский подданный Торквато Альфредо Розай — берейтор (обучающий правильной верховой езде и выезжающий молодых лошадей) у Великого князя Юрия Максимилиановича Романовского, герцога Лейхтенбергского, мать — крестьянка Матрена Фоминична. Старший брат — Евгений (1885–1956) — выступал с лошадьми в цирке на Фонтанке. Младшая сестра — Клавдия — мать Юрия Николаевича Григоровича (род.1927 г.). То есть Георгий Розай — родной дядя знаменитого хореографа Юрия Григоровича.
В 1898 году Георгий Розай в возрасте 11 лет поступил в Санкт-Петербургское Императорское Театральное Училище и стал одноклассником Вацлава Нижинского. Георгий Розай действительно от природы был очень талантливым танцовщиком. Он
