Защитники неба - Леонид Михайлович Млечин

Это был серьезный вызов Соединенным Штатам.

Что слышно под водой

Поэтому американские многоцелевые подлодки дежурили на путях выхода наших лодок в океан. Чтобы обнаружить лодку противника, ее нужно услышать. Шум, издаваемый лодкой, чреват двойной опасностью: его может услышать враг и он мешает слышать шум вражеской подлодки. В соперничестве между двумя подлодками победу одерживает бесшумная и находящаяся глубоко под водой.

4 августа 1984 года атомная подводная лодка К-278 (заводское название «Плавник», боевое имя «Комсомолец») опустилась на глубину тысяча метров — впервые в истории подводного флота. На борту — председатель Государственной приемной комиссии, Герой Советского Союза вице-адмирал Евгений Дмитриевич Чернов. В лодке находились и конструкторы, которые ее построили, писал офицер-подводник Николай Андревич Черкашин.

Спуск продолжался долго. Опустились на сто метров и проверили состояние всех отсеков. Понимали: случись что — всплыть не удастся. Опустились на тысячу метров. Адмирал, посоветовавшись с конструкторами, приказал опуститься еще на 20 метров. Лодка идеально слушалась руля, хотя давление на титановый корпус было огромным. Но лодка могла вести огонь с такой глубины.

Вице-адмирал Михаил Михайлович Будаев, начальник Центрального научно-исследовательского института военного кораблестроения, рассказывал: «Моряки — народ “зубастый”, склонный к шутке и иронии. От этого качества часто доставалось различным, в том числе и высокопоставленным, начальникам. Но никогда, нигде и никто не позволял пустить какую-то шутку в отношении Анатолия Петровича Александрова. Напротив, цитирование его высказываний, его метких слов, его советов сопровождалось только восхищением».

Появление гидролокаторов сделало подводный флот уязвимым. Но работа с гидролокатором тоже требует большого умения, поскольку океан весьма шумное место, и он становится еще более шумным по мере увеличения судоходства.

К тому же, распространение звука в океане — понятие непостоянное и непредсказуемое. На распространение звука под водой влияют содержание солей, температура воды, скорость и направление течения.

Поэтому на военно-морской флот работали специальные океанографические суда, разведывательные самолеты морской авиации. Сообщения о «подводной погоде» позволяли подводной лодке прятаться в тех районах океана, где гидролокатор мало эффективен. Спутники, способные измерить высоту волн и вообще состояние водной поверхности, указывали подлодкам районы, где мощные волны помогали маскировать шум двигателей и след от винтов.

Источники шума на подводной лодке — это механизмы, без которых обойтись нельзя: холодильные машины, компрессоры, насосы, вентиляторы. Тем не менее новейшие подводные лодки оснащались почти бесшумными двигателями.

Но гидролокаторы улавливали уже не только шум моторов, а шум скольжения корпуса лодки в воде — звук, который невозможно ни скрыть, ни замаскировать.

Президент Академии наук

В мае 1975 года знаменитый математик Мстислав Всеволодович Келдыш оставил должность президента Академии наук СССР. Возник вопрос: кто его заменит? Обратились к Анатолию Петровичу. Александров искренне отказывался от должности президента:

«Я считал, что это мне совершенно, ни по характеру, ни по стилю моей работы, никак не подходит… Что это ни в коем случае нельзя делать. Но потом вдруг ко мне специально приехал Харитон. И начал уговаривать, чтобы я взял на себя это дело. А я его убеждал: “Юлий Борисович, я совершенно не тот человек, я терпеть не могу этого всего…” А он приводил довод очень простой: никого более подходящего нет.

В конце концов именно его, пожалуй, нажим на меня повлиял, на то, что я перестал брыкаться… Понял, что положение непростое и что сколько-то времени мне придется в этом пробултыхаться».

25 ноября 1975 года на общем собрании Академии наук СССР Александрова избрали президентом. Голосование было единодушным.

Но эта должность не сильно порадовала Анатолия Петровича. Его сын вспоминал: «Поначалу он очень огорчался низким кпд своей деятельности в Академии. Говорил он об этом так: “У нас в Средмаше, когда прикладываешь какие-то усилия, то шестеренки зацепляются друг за друга, и начинается некоторое движение. В Академии же я как будто целый день дерусь с огромным тюком ваты — я весь в мыле, а на другом конце ничто даже не шевелится”».

Он больше десяти лет возглавлял Академию. Что он считал главным?

«Мы все гордимся работами по исследованию и освоению космического пространства и использованию в народно-хозяйственных целях космических исследований… И эта фундаментальнейшая по своему научному характеру работа приобрела также чрезвычайно важное прикладное, народно-хозяйственное значение.

Вторая работа, тоже крупного масштаба, на которую я хотел бы обратить внимание, — термоядерные исследования… Цель этих исследований — получить неисчерпаемую энергию и поставить ее на службу человечества. Здесь мы находимся накануне практического успеха. Здесь обнаруживается попутно немало явлений прикладного значения, представляющих интерес с точки зрения их использования, например, для космических аппаратов».

Внедрение научных результатов в практику — вот что его волновало. Он говорил:

— Академия наук и другие научные учреждения все еще медленно передают результаты своих работ в промышленность, затягивается период внедрения.

Академик Жорес Алферов рассказывал:

«Анатолий Петрович в свои президентские годы часто говорил, что он выполняет функцию “свахи”, сводя ученых с новыми результатами с той или иной промышленной организацией, где эти результаты наиболее эффективно могут быть применены.

Рекомендации Анатолия Петровича очень часто были безошибочны, и можно было только удивляться его памяти, терпению и редкой интуиции».

Но все планы Александрова рухнули, когда 26 апреля 1986 года произошла Чернобыльская трагедия — взрыв на атомной электростанции. Анатолий Петрович вспоминал: «Чернобыль — трагедия и моей жизни тоже. Я ощущаю это каждую секунду. Когда катастрофа произошла и я узнал, что там понакрутили, — чуть на тот свет не отправился. У меня было очень плохое состояние. Потому решил немедленно уходить с поста президента Академии наук. Меня коллеги останавливали, но я считал, что так надо».

В июле 1986 года он сказал на заседании Политбюро ЦК: «Прошу освободить меня от обязанностей президента Академии наук и дать мне возможность исправить свою ошибку, связанную с недостатком этого реактора».

Он остался почетным директором Института атомной энергии, за ним сохранили его кабинет. Он приходил в институт — не мог оторваться от дела всей его жизни.

Анатолий Петрович Александров ушел из жизни 3 февраля 1994 года.

Сергей Королев

Главный конструктор

В ночь с 4 на 5 октября 1957 года, в 22 часа 28 минут 24 секунды по московскому времени стартовала ракета-носитель Р-7 с первым в мире искусственным спутником Земли. Не только астрономы-любители, но и просто многие люди во всем мире, взволнованные и