Опасные и очень опасные соседи - Андрей Николаевич Алексеев

Когда мы уже заканчивали написание этой книги, вышла книга Ал. А. Смородинцева (2012), отец которого участвовал в первых экспедициях по изучению смертельно-опасного для людей заболевания. Вот отрывок из его книги, написанный под влиянием рассказов отца или по его дневникам: «В начале лета 1934 г. партия топографов и геологов из двадцати человек высадилась из поезда в районе Хабаровска. Они выгрузили лошадей, поклажу и отправились на разведку в тайгу. Через две недели из тайги вернулись две оседланные лошади, на одной из них находился человек без сознания. Его поместили в больницу, где врачи и сестры пытались спасти больного, однако он умер уже на другой день. Да и что могли сделать медики, если ни один врач на Земле не знал, как можно вылечить заболевшего этой никому неведомой болезнью. На поиски геологической партии отправилось несколько отрядов красноармейцев с проводниками из местных охотников. Они нашли лагерь геологов: на опушке леса у ручья стояли палатки, мирно паслись лошади. Геологов обнаружили в палатках, однако большая часть уже умерла, а остальные были без сознания. Живых привезли в больницу и долго лечили. У большинства развились тяжёлые параличи. Таких случаев за год оказалось много по всей Сибири…»

В 1937 г. по указанию наркома обороны К. Е. Ворошилова была организована специальная экспедиция Наркомздрава СССР для исследования заболевания. В её работе приняли участие ведущие специалисты страны Е. Н. Павловский (начальник экспедиции), А. А. Смородинцев, Л. А. Зильбер, М. П. Чумаков и др.

Особую роль в изучении заболевания сыграли широкомасштабные работы дальневосточных экспедиций 1937–1940 гг. Организаторами их были видные учёные страны из Института экспериментальной медицины имени М. Горького (Москва), Военно-медицинской академии имени C. М. Кирова (Ленинград) и некоторых других научно-исследовательских учреждений Москвы и Ленинграда.

Благодаря этим исследования за короткий срок (3–4 года) было установлено, что возбудитель этого заболевания имеет вирусную природу. Был определён вирус – вирус клещевого энцефалита. Это было открытие, позволившее, в конце концов, решить такую серьёзнейшую проблему. То, что заболевание вызывается вирусом, ограничило круг животных – носителей инфекции. Сначала подозревали как переносчиков всех кровососов, которыми так богата тайга. Наблюдение за определённой группой клещей – как раз тех, «энцефалитных» – резко сузило круг возможных хозяев-носителей, на которых они питаются. Тогда же была сделана первая попытка производства вакцины против данного вируса. Были предложены и меры защиты от нападения этих кровососов.

А. Н. Шаповал (1961), участник большинства дальневосточных экспедиций пишет: «Большое значение имел комплексный характер исследований при изучении заболевания. Успех был обеспечен также и самоотверженной работой и энтузиазмом участников экспедиций, которые, не считаясь со временем, затратой сил и опасностью, подстерегавшей их на каждом шагу, трудились самозабвенно. По ходу исследований иногда допускалось и пренебрежение угрозой инфицирования, и никто не думал тогда, что совершает какой-то подвиг. То, что делал каждый из членов экспедиции, воспринималось всеми как обязательное, само собой разумеющееся, обыденное и повседневное. Была здесь не просто научная любознательность, а нечто большее. Каждый думал и о тех несчастных больных, с которыми ежедневно сотрудникам экспедиции приходилось общаться и которым реально в то время они помочь не могли. Поэтому нельзя считать случайностью заболевания клещевым энцефалитом лиц, которые увлеченно занимались исследованиями».

Во время работ в тайге многие испытали нападение клещей, а часть из них переболела и осталась тяжёлыми инвалидами. Не обошлось и без трагедий; так заболел и погиб талантливый энтомолог сотрудник Зоологического института Б. И. Померанцев. Переболел, выжил и продолжал работать ныне покойный заведующий Лабораторией паразитологии Зоологического института А. С. Мончадский. Заразился при вскрытии тела одного из погибших и заболел сам вирусолог М. П. Чумаков. Однако, даже будучи полупарализованным, он сохранял научную активность в течение всей жизни. Впоследствии М. П. Чумаков стал директором Института полиомиэлитов и вирусных энцефалитов (Москва, ныне Институт им. М. П. Чумакова). Институту он завещал свой мозг для исследования и наблюдения за сохранением активности вируса. Из этого хранящегося при пониженной температуре «материала» до сих пор выделяют дальневосточный штамм вируса клещевого энцефалита. Как пишет Шаповал (1961), «за время проведения исследований по клещевому энцефалиту в разных странах погибло 11 человек, ещё большее число переболели им и стали инвалидами».

Потрясающе интересна история жизни Л. А. Зильбера, иммунолога и вирусолога, открывшего вирус клещевого энцефалита, создателя советской школы медицинской вирусологии. Его история – история нашей страны со всеми её противоречиями. Независимо от всего, что ему пришлось перенести, он оставался учёным-исследователем в любых, даже самых тяжёлых, условиях концентрационных лагерей. Отбывая срок на Печоре по доносу о попытке заразить Москву энцефалитом по городскому водопроводу, им был получен из ягеля (лишайника тундры) дрожжевой препарат против цинги, который спас жизнь сотням заключенных, гибнувших от полного авитаминоза. Следующий арест был связан с его отказом работать над бактериологическим оружием. Будучи направленным в химическую «шарашку» (закрытые научные лаборатории-лагеря при Сталине), он начал исследования рака. В 1944 г. был освобождён благодаря письму о его невиновности, попавшему лично в руки Сталина. Позднее в качестве извинения ему была вручена Сталинская премия – высшая награда для учёных в то время.

Девизом всей жизни Л. А. Зильбера было: «Счастье – это жизнь, а жизнь – работа».

Благодаря работам над вирусом клещевого энцефалита, было сделано много научных открытий. Академик Е. Н. Павловский – создал теорию природно-очаговых инфекций. Академик М. П. Чумаков уже тогда, в 40-е годы, выделил несколько штаммов клещевого энцефалита на территории СССР, особенно в европейской её части, – то, что теперь с таким апломбом преподносят как новейшее открытие, только сделанное на современном молекулярно-генетическом уровне.

Исследования клещевого энцефалита были высоко оценены, и многие участники (Е. Н. Павловский, Л. А. Зильбер, М. П. Чумаков, В. Д. Соловьев, Е. Н. Левкович, А. К. Шубладзе и П. А. Петрищева) были удостоены звания лауреатов Государственной премии. Открытие вируса клещевого энцефалита имело мировое значение, но о нобелевской премии речи тогда быть не могло, хотя этот комитет и премия имени Альфреда Нобеля в области физиологии и медицины существовали с 1901 года. В Советском Союзе о ней хорошо знали, но в 1917 г. на премию мира был выдвинут В. Ленин, а в 1945 и 1947 г. – И. Сталин. Оба были отклонены нобелевским комитетом.

Активное изучение заболевания велось до начала Великой Отечественной войны. После войны оно было расширено, и уже включало в