"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин
Зато Фэй Го, Канг Лао, тренер Ло и мой падаван, который неплохо сдружился с Ли и выцыганил у него право пользоваться нашей отвечающей за Интернет студией. Китайский аналог ИПшки зарегистрирован как положено, на «зицпредседателя», и у нас уже достаточно мощностей, чтобы закрывать не только мои, моих сестренок и Яна медийные потребности, но и брать заказы. Клиентов выбираем (я в этом не участвую конечно, но сопричастность чувствую) придирчиво, берем жутко дорого, но мое имя в портфолио студии неизменно привлекает желающих как лампочка мотыльков, с той лишь разницей, что наши клиенты не помирают с сожженными крыльями, а получают качественные услуги. Ничего выдающегося на самом деле — такой уровень интернет-сопровождения можно найти за гораздо более приемлемые деньги, но это уже не наша проблема.
Согласно традиции, жениху надлежит идти до дома невесты пешком или — если далеко и вообще современный вариант — ехать на машине. Выбран был первый вариант, потому что семейство невесты живет в этом же поселке, буквально через три дома напротив.
— Охренеть сколько народа, — нервно поправил воротник пальцем Ли, глядя в окно.
— Изрядно, да, — согласился я, посмотрев туда же.
Сотни три гостей собралось, и наличие среди смуглых и узкоглазых лиц вполне белых заставило меня задуматься о размере бизнес-империи Личжи: уважаемые люди прилетели на свадьбу его сына издалека, отложив все дела, а это значит, что их интересы крепко переплетены.
— Но тебе-то чего переживать? — подбордил я друга хлопком по плечу. — Расслабься — ритуал простенький, немного стыда, и вот ты уже женатый человек.
— Офигенно подбодрил! — фыркнул Ли.
Костюмчик, кстати, сидит отлично — все эти месяцы он не переставал работать над собой, и теперь на нем не найти ни единого лишнего килограмма. Горжусь — и им, и собой: без моего вмешательства, причем пассивного, Ли бы так мощно не похудел. Я насчет его веса не говорил ни слова, просто ему было стремно от контраста между нами. Ладно бы просто по универу и общаге вместе ходили, но мы же регулярно засвечиваемся на не подлежащих обработке фотках и видео — в этом «пассивность» и заключается, я просто метафорически встал рядом, а гордость друга, расправившая плечи после освобождения от гиперопекающей бабушки, сделала все остальное. Анна Гранитовна (то еще отчество, намекающее!), кстати, оказалась совсем не страшной, и конечно же приехала на свадьбу без дураков любимого внука. Приехала сильно заранее, чтобы лично контролировать подготовку, и мы с ней не только познакомились, но и неплохо наладили отношения — старушка оказалась юморная, циничная и интеллигентная, сильно напоминая мне бабушку Кинглинг.
Бабушка на свадьбу тоже прибыла, сейчас наряжается, потому что ей надлежит быть в центре внимания, на правах гражданской супруги господина Личжи. В этом качестве богачи Пекина ее уже знают, а теперь ее представят и другим. Рад за Кинглинг — встретить любовь на старости лет великое счастье, потому что многие эту способность с годами утрачивают навсегда. Свадьбы ее с Личжи можно не знать — романтику события напрочь убьют юридические формальности, и брачный договор займет неплохой такой объем. Это не оговаривалось, но моя умная бабушка все прекрасно понимает, и тоже не хочет портить такой интересный роман пошлым обсуждением того, кому что достанется после развода или смерти старшего Хуэя. Ей от него совсем ничего не нужно, кроме самого Личжи, а ему, в свою очередь, от Кинглинг нужна только Кинглинг.
Телефон пискнул уведомлением, и я полез посмотреть. Сообщение от Дзинь было коротким и снабжалось фотографией сидящей за столом над книгами и тетрадками мамы Айминь. «Весь день так сидит». И пусть сидит — после засветки в интервью, которое хорошо приняли даже в России, а в Китае так и вовсе многие смотрели по нескольку раз, маму стали сильно уважать, и чья-то светлая голова из Партии с полного одобрения прадеда решила поставить маму на политические рельсы. Вот и сидит горемычная целыми днями, готовится сдавать экзамен в Партию. Больших высот ей не светит: при всей моей бесконечной любви к подарившей мне жизнь Айминь, способностей построить большую карьеру ей не хватит. Просто вольется в какой-нибудь клан провинциального уровня и будет ездить по деревням и городкам, толкая правильные речи и немножко улучшая жизнь граждан — например, донесет до куда надо сведения об ущемлениях со стороны чинуш поменьше или неработающей инфраструктуры, как было с канализацией в нашей деревне.
— «Она большая молодец. Не мешайте ей», — отписал я в ответ и выключил нафиг телефон, потому что настало время выходить из дома.
На веранду к нам с Ли вышли друзья и родные: старший Хуэй, бабушка Ли, его горе-старший брат (Личжи смог обуздать свой отцовский гнев и лично пригласил падшего сына на свадьбу), бабушка Кинглинг в очень красивом этническом тайском платье с высокой прической и шикарным колье на шее и особо приближенные друзья Личжи тайского происхождения в лице трех смуглых мужиков в таких же праздничных как и у нас всех костюмах.
— Прекрасный день! — озарил нас улыбкой старший Хуэй. — Ступай твердо и решительно, сын! Смотри под ноги, но не опускай гордо поднятой головы! Веди себя столь же достойно, как вел при уважаемых людях до этого. Помни: ты — наследник семьи Хуэй!
Старший сын — довольно молодой на самом деле, но уже успевший выработать на роже первичные признаки алкоголизма — скривился так, словно унюхал у своего носа то самое, а Ли серьезно поклонился родителю:
— Спасибо, отец. Я не опозорю чести нашей семьи.
Старший братец скривился еще сильнее, но на это всем было плевать. Может Личжи и не в качестве жеста доброй воли старшего сына пригласил, а наоборот, потыкать носом в то, что тот потерял? Стоп, не моя проблема, думаем в другую сторону, а лучше — не думаем совсем, а просто натягиваем на рожу улыбку и встраиваемся в идущую на улицу колонну с Ли во главе. Следом — Личжи с Кинглинг, а мы с Яном (в основном — я, но «паладина» по местническому принципу никому притеснять не позволю!) удостоились очень почетной третьей линии, как и положено друзьям жениха.
