Старая гвардия 2 - Валерий Александрович Гуров

Дальше приложение открылось и попросило зарегистрироваться, указать номер телефона и подтвердить его каким-то кодом. Код пришёл мне сюда же, в виде сообщения. Затем меня попросили ввести имя, разрешить доступ к геолокации и ещё к куче каких-то функций, смысл которых я не сразу понял.

Я действовал осторожно, читая каждую строчку и постепенно разбираясь, что от меня хотят.

Всё это выглядело как длинная цепочка формальностей, но шаг за шагом я всё-таки прошёл этот путь. Наконец на экране появилась карта города и надпись, что можно заказывать поездку.

Следом приложение предложило привязать банковскую карту. Тут я усмехнулся, потому что никакой карты у меня, естественно, не было. Но, к счастью, чуть ниже нашёлся и пункт «оплата наличными».

Я вбил в строку адрес торгового центра «Омега», и карта тут же сама собой перестроилась, показывая маршрут. Внизу экрана появились варианты поездки: «эконом», «комфорт», «бизнес» и ещё несколько названий, смысл которых был понятен даже без пояснений.

— Ну, эконом — так эконом, — решил я и выбрал на пробу самый простой вариант.

И вот на экране появилась надпись, что машина будет через пять минут. Я некоторое время просто смотрел на эти цифры, не до конца веря, что всё действительно так просто и что где-то там, по нажатию моей кнопки, уже кто-то поехал за мной.

А потом вскочил. Пять минут — это было слишком быстро, чтобы сидеть и раздумывать. Я сунул телефон в карман, взял конверт с деньгами и вышел из комнаты.

Быстро спустился по лестнице вниз. Опаздывать в первый же опыт взаимодействия с новым для меня миром было бы глупо.

Когда я вышел на улицу, у входа уже стояла машина с шашечками на крыше. Это само по себе выглядело знакомо, почти по-старому, так что сомнений не оставалось. Я подошёл, открыл заднюю дверь, сел на сиденье и сказал водителю:

— Ехать будем до торгового центра «Омега».

Водитель даже не обернулся, только коротко кивнул. Я тут же заметил, что на панели перед ним установлен экран, на котором уже был проложен маршрут. Машина тронулась, следуя указаниям этого электронного проводника.

— Во блин, — прошептал я, разглядывая навигатор, — прикольно, конечно, они всё это придумали.

Водитель оказался мужчиной взрослым, лишь чуть младше меня, лет шестидесяти. У него было усталое, но живое лицо и явно выработанная привычка поглядывать в зеркало заднего вида, оценивая пассажира. Водитель некоторое время молчал, а потом, словно решив, что тишина слишком давит, заговорил первым:

— В «Омегу», значит…

— Туда, — подтвердил я.

Он усмехнулся краешком рта, глядя на дорогу, и покачал головой.

— Да уж, весь город под ними, — сказал он как бы между прочим. — Куда ни плюнь, везде Козыревы. Торговые центры, заправки, склады, охрана, логистика… всё у них. И всё мало, понимаешь. Всё хапают и хапают, никак не нахапаются.

Я не стал перебивать, просто слушал. Надо признать, что такие разговоры зачастую давали куда больше информации, чем любые официальные источники.

— А сейчас, — продолжил водитель, чуть понизив голос, будто делился чем-то полузапретным, — они ещё и в политику полезли. Вот увидишь, сначала в городскую думу сядут, а потом и выше полезут. Город у них уже как в паутине, всё связями опутано, шагу без них сделать нельзя.

Водитель снова посмотрел на меня в зеркало, видимо, проверяя, как я отреагирую. Я лишь кивнул, давая понять, что слушаю и слышу.

По тому, как говорил мужик, по его интонации и тому, с каким знанием деталей он это рассказывал, было понятно, что этот человек видел здесь ещё те времена, когда Козыревы только начинали подниматься. И его слова звучали, по сути, как вывод человека, наблюдавшего за этим десятилетиями.

Я некоторое время молчал, глядя в окно на проплывающие мимо улицы. Но потом всё же задал вопрос, который давно уже вертелся у меня на языке. Хотелось получше понять отношение обычных людей к этой семье.

— А вообще, — спросил я, — в городе-то их уважают?

Таксист усмехнулся так, что ответ стал понятен ещё до того, как он заговорил.

— Уважают? — переспросил мужик, качнув головой. — Да ты что… боятся, да, приспосабливаются. Уважения нет и близко. Люди всё видят, люди всё понимают, их не обманешь всякой там рекламой или красивыми словами.

Он резко махнул рукой в окно. Мы как раз проезжали мимо большого рекламного щита, на котором красовалось лицо кандидата Козырева с очередным лозунгом про заботу о городе и будущем для людей. От этого зрелища меня даже немного передёрнуло, слишком уж фальшиво это выглядело на фоне того, что я уже успел услышать, да и знал сам.

— Народ чувствует, кто есть кто, — продолжил водитель, словно прочитав мои мысли. — Сколько ни вешай плакаты и ни говори правильных слов, а если внутри пусто, то и люди это видят.

Я поймал себя на том, что испытываю странное, но вполне честное удовлетворение от его слов. Как ни крути, а такая семейка, как Козыревы, другого отношения и не заслуживала.

От автора:

Я отдал жизнь, чтобы спасти этот мир, но переродился спустя тысячи лет в безымянном теле. Древние знания со мной. Я поднимусь из грязи и исправлю ошибки прошлого https://author.today/reader/542890

Глава 14

Машина тем временем плавно притормозила у входа в торговый центр, и водитель, глянув на экран, сказал:

— Всё, приехали. У вас стоит оплата наличными.

— Да, сейчас рассчитаемся, — ответил я и протянул ему купюру.

Он принял деньги, коротко кивнул, а я вышел из машины и захлопнув дверь, направившись ко входу в торговый центр и уже переключаясь мысленно на следующие задачи.

Внутри торгового центра было тепло и чисто. А еще как-то уж слишком всё правильно. Мягкая, почти убаюкивающая музыка лилась из динамиков, свет был яркий, но не резкий. Все вокруг блестело стеклом, плиткой и металлом, будто специально создавая ощущение благополучия и порядка.

Я медленно прошёлся вдоль витрин и поймал себя на том, что людей здесь удивительно мало. Особенно если сравнивать с тем, что я помнил по девяностым. Тогда на барахолках у торговых рядов невозможно было протолкнуться, а человеческий поток напоминал живой океан, шумный, плотный и непрерывный. Потому, собственно, рынок