Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) - Анатолий Н. Патман
Тут штабс-капитан презрительно скривил лицо.
— Э, мальчик, а ты кто тут будешь? Может, тебе сейчас пока просто надрать уши? А ещё лучше выпороть?
Нет, в драку я не полез. У меня возможностей и так хватит.
— Ну, во-первых, господин штабс-капитан, если не знаете, то я князь Борис Куракин. Во-вторых, личный помощник майора Николая Тутолмина и куратор этого опорного пункта, считайте, что старший начальник на нём. И пока от этой должности не отстранён. В-третьих, куратор Седьмого легиона болгарского ополчения. И, значит, Вы решили выкинуть из моего блиндажа моих воинов, ещё и раненных? Если извинитесь, то просто забудем это недоразумение. Если же нет, то порядки Вы знаете. А пока, господин штабс-капитан, приказываю Вам удалиться и идти доложиться Вашему начальнику! И, вообще, пока ничего не трогайте на опорном пункте без согласования со мной. Вот если тут сменится командование, то делайте что хотите. И то не имеете права трогать раненых. Они на особом положении.
Тут и сильно удивлённый штабс-капитан убежал, и повозки с солдатами уехали. А я приказал выставить у блиндажей легиона вооружённые парные посты. Легионеры и так были вооружены, но это уже просто для, да, понта. Сам же вернулся к унтеру.
Хорошо, что после ухода из опорного пункта турки прекратили обстрел. Конечно, они понимали, что тем самым просто убивают своих раненых. А так, мы могли бы хоть кого-то спасти.
Вообще, сбор убитых и раненных турок продолжился до полной темноты. И то наши солдаты далеко от укрепления не отходили. Нет, я вызвал легионеров, и они аккуратно проверили всё на расстоянии версты. Даже наткнулись на турецкий взвод, состоявший из всякого сброда, как бы собиравший своих убитых и раненных, но больше мародёрствовавший. После окрика Косты, что он помощник князя Куракина, турки мгновенно удрали. Да, стрелки сразу же отошли немного назад и заняли позиции, но никто к ним не явился. Хотя, турки явно выставили наблюдение.
А так, остальные легионеры вывезли и оттуда всех раненных, и подобрали тела убитых. Турки там пострадали от артиллерийского огня, поэтому насчёт нас ничего не знали. Мы ведь начали стрелять на расстояние примерно шестисот шагов, а там турки никого, даже своих командиров не успели забрать. В общем, уже почти в темноте у нас вышел приблизительный подсчёт потерь турков. Только тел убитых мы нашли под две сотни. И подобрали столько же раненных. Скорее всего, раненных было и больше, но часть наверняка и сама, и с помощью товарищей ушла. Ну, нам и так было чем отчитаться. Мы одних винтовок разных типов, и больше Пибоди и Мартини-Генри, собрали под четыре сотни. Ещё и сотню Винчестеров.
— Да, надо же, как сильно вооружены турки! — проворчал Григорий Васильевич. Особенно его удивили Винчестеры из САСШ. — Хорошо, что это они на нас в атаку шли, а не мы на них. Запросто могли нас огнём залить. А так, хоть от роты Юрия Алексеевича почти ничего не осталось, но неплохо она и твои легионеры им вломили!
На нас шёл батальон, и ему в усиление были приданы две роты из личного резерва командующего. Но по роте и из батальона, и из резерва, оказалось, не успели прибыть. Наш обстрел поднял турок в атаку раньше назначенного времени. Ну, их счастье, выжили.
Пленные из выживших раненных, как раз из роты резерва, на радостях нам выдали, что Осман-паша в ходе утреннего налёта был тяжело ранен, а вместо него командование принял Адил-паша. А так, был убит и другой важный паша, Гассан-Сабри. Турки лишились ещё несколько командиров помельче, и немало было ранено. Один удачный удар, и турецкое войско было почти обезглавлено. И нашим пушкарям ещё удалось поразить, точнее, взорвать часть обоза со снарядами, вывести из строя пару пушек и уничтожить несколько расчётов. Попало и батору, расположившегося на отдых. Уж пару взводов убитыми и ранеными он потерял. Мы аккуратно обслужили ценных пленных и сразу же отправили их на повозках в Плевну. Дядя Юрий, и так радостный, написал благожелательный рапорт, где хорошо отозвался, в том числе, и о сотнике Лисицыне.
Хоть и сильно опасно было, на ночь на малый опорный пункт выдвинулась рота поручика Долгова. Пока и некому. С оставшимся у нас батальоном пока ничего не ясно. Жаль, что так сразу укрепления, особенно дзоты, не восстановить. Мы ещё выставили к югу и западу от опорного пункта мины. Попробуют сунуться, узнаем.
Больше покушений ни на жильё легионеров, ни других не было. Нижние чины спокойно и радостно разместились в оборудованных траншеях. Их всех ещё и досыта накормили из наших запасов, часть ещё и помыли, постирали форму, кому надо, выдали новую, и охотно поделились трофеями. Так и больных отделили, разместили их, хоть и в траншеях, ближе к Гривице. Если даже нас обстреляют из пушек, то не так страшно будет. Вот офицеры помельче ушли в Гривицу, а командование, за редким исключением, в Плевну. Занятие этих высот ничего бы не дало. Главное, что сама Плевна и все остальные позиции остались у нас. Есть и связь с основным войском. Он как бы предложил подтянуть побольше артиллерии и подавить турок их огнём, и лишь потом штурмовать.
Это нам рассказали Владимир и Иван Сергеевич, вернувшиеся из Плевны. До комбрига, хотя, уже нового коменданта гарнизона, раз у него оказался приказ самого Великого князя Николая Николаевича об этом, дошли и слухи обо мне. Как бы комбат Самойлов сразу же на меня, какого-то наглого мальчишку, нажаловался.
— Иван Фёдорович, скажите, пожалуйста, а что тут делает один мальчик, хоть и весьма способный? — всё-таки спросил комбриг. — У него и возраст не подходит, он и в армии не служит, но всё равно немалые полномочия имеет? Мы понимаем, что он Ваш родственник. Только Николай Николаевич дал Нам отдельные указания насчёт него. Мы с уважением относимся к талантам юного князя Куракина, так и Великий князь, ввиду особой их ценности, приказал отправить его домой. Там он сможет принести ещё большую пользу.
И Ивану Фёдоровичу как бы и осталось лишь сказать:
— Так и есть, Михаил Фомич. Мы и сами этого хотели, но у нас не было возможности. Всё-таки не решились отправить его в путь без надёжного сопровождения. А потом и Осман-паша заявился. Но теперь непременно
