S-T-I-K-S. Пройти через туман VIII. Континент - Алексей Юрьевич Елисеев

Я прервал его, напомнив:

– У нас есть командные задания. За которые положена награда, которой эта дура, Кэт, не получит. И одно из них – найти Жнеца.

Аня вдруг махнула рукой, её гнев внезапно сменился деловитой уверенностью.

– Я знаю, где его искать…

– Жнеца? – переспросил я. – Откуда? Кстати, имя у него звучит, как будто взято из дешёвого хоррора или комиксов.

Быся усмехнулся, закуривая самокрутку, и клубы дыма со специфическим запахом поплыли по комнате:

– О, давайте пофилософствуем. Жнец – это как бог в этом аду, только без нимба. На Континенте власть – в спорах, коррупция – в том, как элита делит кластеры, манипулируя нами, как марионетками. Значит, ты знаешь, где искать его? Откуда?

– Пока ты вчера надирался с дружками, я не просто тебе пиво приносила, а кое-с кем поговорила. Они мне и сказали, что есть на севере один тип с таким погонялом. Он кошмарит там ботов.

– Ботов? Хм… Интересно. – Быся заинтересовался, его глаза сузились. – Кто тебе это сказал?

– Трейсер по имени Сопля…

Быся расхохотался громко, как конь.

– Трейсер по имени Сопля? Отличный план, надёжный, как швейцарские часы! Воспользуемся наводкой игрока с позывным Сопля!

– Не всем же везёт, как тебе, встретить крёстного, – огрызнулась Аня. – Чтобы окрестил тебя Быся.

Я прервал их перепалку, чувствуя, что мы уходим от сути.

– Вы слишком поэтичны. Жнец – просто человек. А если это человек, то рано или поздно мы его отыщем. Почему бы тогда не начать с наводки Сопли?

– Сопля сказал, что это не человек. Верней, не игрок, – возразила Аня, становясь серьёзной.

Быся захлебнулся от смеха и упал на кровать, держась за живот.

– А кто тогда? – спросил я, игнорируя приступ хохота товарища.

– Цифра…

Быся, начавший успокаиваться, снова заржал, хлопая себя по коленям.

– Цифра! Как Лаки, да? – выдавил он из себя. – Она же тоже «цифра», а не игрок, и у неё вообще нет уровней!

– Лаки? – удивилась Анютка. – Какая Лаки? Та самая? Как?

Растерянность смешивалась с болью от доступных мне обрывков старых воспоминаний. Но ситуация в любом случае требовала пояснений.

– Я не понимаю, как Лаки оказалась на Континенте. И вообще не уверен, что это наша Лаки – она меня даже не узнала. Но она выдала мне задание найти тебя и Жнеца. Про Жнеца оно в итоге стало командным, когда первое задание – твоё, – оказалось выполнено.

– Хрень какая-то, – пожала плечами Аня. – Ладно, найдём Жнеца, тогда и посмотрю, что там за не наша Лаки.

Решив выдвигаться по наводке Сопли, мы собрали свои пожитки и приготовились покинуть этот временный приют. Быся, как всегда, пошёл первым. Он распахнул дверь, сделал шаг за порог…

В следующий миг раздался резкий и влажный хлопок, и голова Быси взорвалась кровавым фонтаном. Куски черепа, мозгов и спутанных дредов разлетелись по коридору, оседая на грязных стенах. Тело растамана безвольно рухнуло на пол, как сломанная кукла, а из дверного проёма на нас посмотрела пустота. Жестокость этого момента была абсолютной, лишённой всякого смысла, и в наступившей оглушительной тишине я понял – это не конец главы. Это лишь начало новой, ещё более кровавой.

Глава 32

Всё опять пошло не по плану. Быся, только что ещё бывший живым и здоровым, теперь валялся на полу изломанной безголовой куклой. Я не мог поверить в то, что вижу. Вот только что растаман шёл к двери, его дреды покачивались в такт шагам, а по лицу блуждала загадочная полуулыбка… А теперь его кровь и мозги забрызгали стены жутким абстрактным узором.

Меня охватил ужас – не обычный страх, а леденящее осознание потери. Как будто часть меня самого убили. Где-то внутри я помнил, что на самом деле Быся сейчас просто летит на точку возрождения, но…

Голос Ани прорезал тишину маленького холла, эхом отразившись от стен, покрытых облупившейся краской, царапинами, вмятинами и разводами крови. Азиатка пролетела мимо меня подобно той самой фанере над знаменитой французской столицей. Я только и успел проводить её полёт взглядом – что-то невидимое буквально швырнуло девочку назад, и она с грохотом врезалась в старый шкаф у стены. Удар был такой силы, что дерево не выдержало и треснуло, а сама Аня сползла на пол, сжавшись от боли, как раненый зверь. Её руки инстинктивно обхватили грудь, а лицо перекосилось в гримасе агонии – пот выступил на лбу, смешиваясь с пылью, а дыхание вырывалось рваными, хриплыми спазмами.

Я должен был вывести своих друзей отсюда, но получилось так, как получилось. Сердце колотилось, как тамтамы на тропе войны, пот холодными каплями стекал по спине, пропитывая рубашку.

– Рёбра… Наверное, сломаны, – прохрипела Анютка.

Её голос был слабым, но в глазах горел неукротимый огонь, выдающий внутреннюю борьбу – она не сдавалась, несмотря на боль, которая заставляла её тело дрожать. Я бросился к ней. Осмотрел, как мог.

– Хорошо, что бронежилет выдержал… – пробормотал я, испытывая чувство вины за тот ступор, в котором оказался на пару секунд.

На бронике азиатки была хорошо видна большая вмятина – будто кто-то впечатал пятерню, деформировав кевлар. Но броня выдержала и, поглотив часть энергии удара, спасла Ане жизнь. И это было единственным, что удерживало меня от слепой ярости.

Откуда-то нарисовался хозяин гостиницы Ашот – жирный, потный тип с бегающими глазками. При виде тела Быси и нас с Анюткой он побледнел до цвета старого бинта и в панике бросился обратно к своему креслу за стойкой, практически на автомате вертя чётки в пальцах. Его руки дрожали, чётки стучали друг о друга, как зубы в ознобе, а лицо исказилось в гримасе ужаса – губы тряслись, взгляд метался в поисках укрытия.

– Вай-вай-вай! Кара небесная! Убивают! Это конец, это конец гостинице моей!.. – заскулил он, съежившись за креслом так, будто пытался стать меньше и незаметнее.

Жалкое зрелище – человек, сломленный страхом. Но оно лишь усилило мою решимость. В этом мире слабые погибают. Гарантированно. Стопроцентно. Без всяких «но». Шансы есть только у сильных.

Я сразу понял, откуда растут ноги у этого нападения. Куница – единственная из знакомых мне рейдеров, кто проявлял нечто, похожее на телекинез. Невидимые удары, способные ломать кости на расстоянии. И у неё есть повод напасть на нас. Огромный такой повод, украденный Кэт. Куни об этом, правда, неизвестно, но месть