Путешествие на Запад с автоматом - Андрей Олегович Белянин

После короткого обсуждения маршрута мы пустились в путь. Впереди шел Сунь Укун, высоко подпрыгивающий и высматривающий врага, следом — демон-свинья, держащий за гриву Юлуна, на котором восседал я, а замыкал группу синекожий Ша Сэн с боевой лопатой на левом плече и корзиной с остатками продуктов — на правом.

Дорога вела нас в горы. Мудрец, равный Небу, постоянно принюхивался и уверял, что ветра доносят ароматы карри и запахи индийских благовоний. Не знаю, как это получилось, но мы сумели значительно сократить маршрут.

Если припомнить — а я этого практически не помню — оригинальную версию «Путешествия на Запад», то там герои честно глотали пыль и месили дорожную грязь никак не меньше полугода! Мы же едва прошли десять дней. Что с нами не так? Подумаем и прикинем…

Лично у меня в голове смогла сформироваться только одна более-менее логичная версия. Помните, как Укун говорил, что дерется с демонами уже восемь лет? Да и наш толстяк Чжу Бацзе потерял вес тоже не в один день.

Так вот, о чем нам это говорит? О многом…

Значит ли это, что время в Диюе течет произвольно? Запросто. Могли мы все, убегая по лабиринту от стражей, за час пройти месячный путь? Кто знает, почему бы и нет? Мог ли тоннель из китайского ада выходить на границу суверенной Индийской Республики? Да фиг их разберет, я уже всему готов поверить!

Тем более что пограничных или таможенных постов нигде видно не было, природа на границе двух государств абсолютно одинаковая, а на нейтральной полосе, как говорил бессмертный Владимир Семенович, всегда растут самые красивые цветы.

— По ходу, мы идем в правильном направлении?

— Хр-хрю, даже не сомневайся, Учитель, — поддержал меня Чжу Бацзе. — Если бы брат-обезьяна решил, что на пути что-то не так, мы бы уже час как дрались!

Юлун согласно закивал. Ладно, поверю, но…

— А что это за здание? Вон там, слева, у черной скалы?

Все кинулись смотреть, и оба демона умиленно всплакнули:

— Это тот самый храм Громовых Раскатов. Здесь правит Будда Татагата, он и передаст нам священные свитки буддистского учения…

— Не понял. Его зовут Татагата? У вас что, несколько Будд?

Вернувшийся Мудрец, равный Небу, прочел мне короткую лекцию на тему того, что в Китае тех же Будд не меньше пятнадцати тысяч, в зависимости от района и провинции. А именно к Татагате мы пришли за тем, чтобы учение буддизма стало доступно любому крестьянину.

Каждый человек в Поднебесной империи должен получить возможность самосовершенствования и первого шага к тому, чтобы после очередного перерождения постараться и стать Буддой! Цель благородная, согласитесь?

Ну разве что есть один моментик: все это благолепие касается лишь мужчин! Женщина, какие бы беспорочные жизни она ни вела, какой бы степени святости ни достигла, никогда не станет Буддой! Таковы правила и законы. Не я их писал.

После таких слов все феминистки мира могут сжечь мою книгу, но от этого ничего не изменится, простите…

— Так мы на месте?

— Да! — Прекрасный царь обезьян сделал двойной кувырок через голову. — Хи- хи-хи! Я узнаю этот храм! Его колонны и своды, его золотые крыши ни с чем нельзя перепутать!

— Тогда пошли?

— Погодите, нас, кажется, встречают? — Чжу Бацзе указал граблями на невысокого, полного мужчину лет пятидесяти, с усиками, но без бороды, в смешной шляпе и дорогих парчовых одеждах, расшитых танцующими птицами.

— Вы знаете, кто это? — спросил я. Мой вопрос канул в глубокой тишине…

Все три моих демона — и даже принц драконов — изобразили самый глубокий поклон. Интересное дело. Получается, они его знали, но я-то нет. На всякий случай я тоже слегка наклонил голову. Чисто из вежливости, мало ли?

— Остановись, о Сюань-цзань по прозвищу Трипитака, ибо ваш путь закончен!

— И вам не хворать, — осторожно ответил я, поскольку все наши почтительно молчали. — Я ни разу не он, но тем не менее, как говорится, чем могу и кого конкретно?..

— Мое имя Цзунь Ю. — Мужчина немножечко удивился. — Я первый из равных Советников по особым делам у трона Нефритового императора. Но кто же ты, если не Трипитака?

— Антон Лисицын.

— Утон Ли?..

— Господи, как же все это меня достало, — едва не простонал я, падая лицом в гриву белого коня. — Здесь мое имя Ли-сицинь, прозвище — Учитель, вместе с тремя учениками и принцем драконов я иду в Индию, дабы доставить обратно в Китай священные сутры буддизма! Так норм?

— Вполне, — согласился Советник. — Но чего же ты ждешь? Храм Громовых Раскатов перед тобой. Иди и возьми, что хотел!

Он уступил нам дорогу, и, уже оказавшись во внутреннем дворе, где нас встретили восторженные толпы монахов, паломников и служек, Сунь Укун вдруг хлопнул себя по лбу:

— А почему над входом было написано «Малый храм»?

— Хороший вопрос, а главное, вовремя, — устало согласился я. — Это же ваши иероглифы, не латиница, не кириллица, мог бы заранее прочитать, нет?

— Хр-хрю, зато нас встречают здесь как самых дорогих гостей!

— Да-да, — поддержал приятеля Ша Сэн. — Мало кого удостаивает чести сам Советник трона Нефритового императора!

Я пожал плечами. В конце концов, это Китай, здесь ничего не является тем, чем кажется на первый взгляд. Но ведь самое главное, что мы добрались! А когда свитки передадут мне с рук на руки, я, наверное, смогу вернуться домой? Немного жаль бросать такую красивую сказку, но и долго валяться в отключке на книжной ярмарке в Москве тоже не стоит. Так могут и в морг отвезти…

— Ли-сицинь, ты можешь сойти с коня и проследовать за мной в храм Будды.

— Татагаты?

— Э-э, ну да…

Вот именно это рассеянное «э-э…» и стало для меня первым тревожным звоночком. А туда ли мы попали и здесь ли нас ждут? А если даже и ждут, то с какой целью?

Глава тридцать первая

«Правда — не всегда правда, но ложь — всегда ложь!»

(китайская поговорка)

Не бойся смерти, говорят христиане, ибо ты попадешь в рай. Не бойся смерти, говорят буддисты, ибо ты возродишься вновь и врежешь этим гадам так, что мало не покажется! Разница есть, правда же?

…В иное время я точно кинулся бы обсуждать эту тему со всей бандой, но общество Сунь Укуна значительно испортило мой характер и изменило привычки. Вместо того чтобы заручиться поддержкой своих демонов, я лишь поправил ремень автомата Калашникова на плече и спокойно позволил сопроводить себя внутрь религиозного помещения.