Земля зомби. Справедливость торжествует - Мак Шторм
Сделали они это весьма своевременно, потому что чуть позже, начался настоящий сектантопад. Как сказал по этому поводу берсерк: “Это как листопад, только падают, не листья, а сектанты.” С ним тяжело было поспорить, вылетающие из окон, в свой последний полет сектанты, усеяли своими телами пространство вокруг гостиницы.
Сперва я подумал, что это озлобленные штурмовики их вышвыривают на улицу, но позже ожила рация и гестаповец злобным голосом сказал:
— Это пиз…ц какой-то! Мы уже больше половины отеля зачистили и не можем взять не одного урода живым. Как только зажимаем их в номере, они или горло себе перерезают, или в окно прыгают. Я хер знаю, что делать, нам хотя бы один нужен живым! Попробуйте что ли накидать внизу матрасы, или растянуть шторы и поймать хотя бы одного проклятого самоубийцу!
Это он конечно интересно придумал, может им ещё батут притащить, чтобы они отпружинив залетали назад в окна и пусть прыгает туда-сюда, пока силы не кончатся. А если серьезно, то шанс поймать такого камикадзе очень невелик, зато очень большая вероятность что он приземлиться на кого ни будь и сломает ему шею.
Тем не менее половина людей из оцепления отеля, побежала в ближайшие дома. Из их окон на землю полетели матрасы, одеяла, подушки, одежда, занавески и всякие другие мягкие тряпки. Те, кто был рядом с отелем с опаской смотря наверх, подтаскивали всё это барахло к стенам и скидывали в кучу, прямо поверх трупов сектантов, в надежде что очередной прыгун в окно приземлится на мягкое и уцелеет.
Пару очередных самоубийц, выпавших из окна, приземлились неудачно и испустили дух. Зато следующий, упал на мягкое и выжил. Приподнявшись на локтях, он недоуменно осмотрелся вокруг, затем опустил взгляд вниз, на гору из тряпья в которую он упал. После чего он засмеялся безумным смехом и прежде чем кто-то из нас успел среагировать, одним быстрым движением порезал себе горло ритуальным ножом. Не прекращая безумно смеяться, а затем издавать ужасные булькающие звуки, пока не сдох.
Чертовы фанатики, совсем сбрендили и не боятся смерти. Видимо в их сатанинской версии самоубийство не считается тяжким грехом, а может наоборот, чем грех тяжелее, тем лучше. Кто же знает этих еб…наторов и что них там за догмы.
Судя по звукам перестрелки, штурмующие уже подбирались к последнему этажу отеля. Надеюсь гестаповцу удалось пленить хотя бы одного ублюдка, потому что у нас снаружи были только мертвые сектанты, которых не получиться допросить.
Внезапно меня озарила мысль. Решив, что без Артёма в таком деле мне не обойтись, я поспешил вернуться в подъезд, где он сидел со своей винтовкой, наблюдая через прицел за окнами отеля.
Войдя в подъезд, я сразу прокричал что это я вернулся, чтобы напрасно не беспокоить Артёма и тех, кто остался вместе с ним. Мне снова пришлось перебираться через нагромождение мебели, которым мы перекрыли лестницу между первым и вторым этажом. На третьем этаже я обнаружил всех, кроме Артёма, сидящими на лестничной клетке. Куровод сидел, держа в руках дробовик с кислыми щами, а девчонки оживлено болтали друг с другом. Увидев меня, куровод обрадовался и сказал:
— Ну наконец-то хоть кто-то пришел. Я уже не могу слушать всякие бабские разговоры. В мире может что угодно произойти и измениться, но, когда двум девушкам нечем заняться, они обязательно начинают болтать обо всём подряд, не важно о чём, лишь бы болтать.
Пожаловался мне Роман. Мне оставалось только сочувственно развести руками, соглашаясь с ним. После чего я посмотрел на затихших девчонок и спросил у своей жены:
— Где Артём и почему вы не с ним?
— На следующем этаже сидит со своей винтовкой в обнимку. — Дала она мне ответ, на первый вопрос и задала встречный вопрос. — А у тебя что уже перестало в голове звенеть, после того как ты немного посидел с ним в одной комнате?
Я сразу вспомнил громкий выстрел, от которого у меня едва не лопнули барабанные перепонки и ответил:
— Да было дело, просто позабыл уже. У нас там некогда скучать, отель почти зачищен, гестаповец рвёт и мечет, у нас ещё нет даже одного пленного сектанта. Эти уроды устроили массовый флэшмоб по выпрыгиванию в окна.
— Да мы видели, отвратное зрелище, эти ублюдки ебану…е на всю голову.
— Ты только поняла это?
— Нет, просто в очередной раз увидела подтверждение тому, чего уже давно знаю.
— Ладно пойду переговорю с Артёмом.
— Иди, только уши береги. Может тебе дать пару тампонов?
— Нет спасибо, я собираюсь не только говорить, но и слушать, что он скажет.
Ответил я на её шутку и поднялся на следующий этаж. Войдя в квартиру где Артём устроил себе очередную огневую позицию, я с порога произнёс:
— Давай договоримся, что ты пока не будешь стрелять из своей царь пушки.
— А вдгуг пгидётся, чтобы спасти чью-то жизнь?
— Ну при таком раскладе ладно. Но только в исключительных, экстренных случаях! Не нужно просто так ху…рить любого замеченного сектанта. Они и так сейчас считай занесены в красную книгу и их пытаются спасать, так что не надо их бездумно отстреливать.
— Ладно уговогил. А ты что пгишел, скажи ещё соскучился?
Отложив винтовку в сторону и повернув ко мне голову, с подозрением спросил Артём. Я закурил и выпуская вверх струю серого ароматного дыма, ответил:
— Не успел соскучиться, а мои уши вообще протестовали, чтобы я находился с тобой в одной комнате.
— Ой тоже мне неженка-могоженка, чё тогда приперся?
— Хуёже. ка! Я пришел к тебе с серьёзным разговором, а тебя как будто Кузьмич покусал и заразил своим сортирным юмором.
— Да ладно, что ты такой негвный, ногмальный у Кузьмича юмог, да и самогон тоже, я уже скучаю по нему. — Пгимигительно подняв гуки ввегх, произнёс Артём и спросил посерьёзневшим голосом. — Так по поводу чего у тебя там газговог?
— По поводу краснокнижных
