Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова
Таким образом Борис Викторович и в агентстве оказался – ему срочно требовался ну хоть кто-то для дочери взамен невезучей няньки. Хотя ее так и так можно понять было. Тараканов Кира в дом не тащила, понимая, что их потом не выведешь. А вот засунуть несчастной женщине в кровать пару живых медведок…
Милейшее, в сущности, создание. Но орала гувернантка долго, а уволилась очень быстро. И совершенно непонятно – почему?! Могла бы просто вынести насекомых в сад – и работать дальше?
Анна нашла рисунок медведки, посмотрела – и поняла бедную женщину.
Заодно она поняла, что человек – ни разу не высшая форма жизни! Медведка летает, плавает, ползает, прыгает, одинаково комфортно чувствует себя на земле и под землей…
И чего еще надо?
У человека так не получается!
Зато медведка не знает, что такое гласность и демократия! У этих безмозглых насекомых даже парламента нет! И договариваться медведки не умеют, обязательно друг друга сожрут. Каннибалы они… то ли дело – люди!
Анна подумала, что она в чем-то лучше медведки – и пошла налаживать контакт с Розой Ильиничной. А вот, кстати, и она, в кабинете. Планирует что-то… раннее утро, тишина, все еще спят – самое время поработать спокойно, пока никто не мешает и не мешается под ногами.
– Роза Ильинична, доброе утро.
– Доброе утро, – отозвалась дама без малейшей симпатии.
После торжественного явления крысы Роза Ильинична чуть успокоилась и к Анне относилась достаточно лояльно, равно как и к коту.
Гадость, конечно!
И шерсть от него, и мяв, но… лучше кот, чем крысы!
Тем более кот оказался неглупым и воспитанным. Большую часть времени проводил или на улице, или в подвале, со стола ничего не крал, но и не отказывался, если угостят, крыс и мышей ловил и приносил к крыльцу, только убирай, ничего не драл, а шерсть…
Что ж.
Это кое-как можно пережить. К примеру, приобрести робота-пылесоса.
Роза Ильинична признала за Анной определенные плюсы, но симпатия? Вы слишком торопитесь, дамы и господа! Подождем, посмотрим…
– Простите, что отвлекаю вас, но больше мне с этим вопросом обратиться не к кому.
– Слушаю?
– Могу я кое-что приготовить на кухне? Я сейчас схожу в магазин, куплю все необходимое – и займусь.
– Что вы хотите приготовить?
– Тимбаль с мясным фаршем, – решила Анна. – Императорские блинчики с начинками, компот из печеных персиков – думаю, этого будет достаточно.
– Тимбаль?
Анна пожала плечами.
– Хотите – приготовлю на всех и поделюсь рецептом. Он несложный. И блинчики тоже…
– У вас сегодня выходной? Не так ли?
То есть – с чего такая щедрость?
Анна чуточку наклонила голову.
– Все верно. У меня выходной, и я хочу съездить к сыну.
– У вас есть сын? Мне казалось, вы слишком молоды для ребенка.
– Вы мне льстите, Роза Ильинична. Да, у меня есть сын, ему почти шесть лет, и он замечательный. Сейчас он лежит в больнице, он перенес операцию, и мне хотелось бы съездить и побаловать его вкусным.
Роза Ильинична медленно кивнула. Лицо ее чуть смягчилось.
– Хорошо, Анна Петровна. Предлагаю вам сделку: вы готовите на всех, накладываете себе, сколько надо, и едете в больницу к малышу. Успеете?
– Разумеется. Но придется добавить еще и закуски, иначе завтрак неполон.
– Вы успеете все сделать? Борис Викторович просыпается рано.
– Успею.
Анна чуть улыбнулась краешками губ.
Ах, мэтр Симеон! Как же я вам благодарна за ваши старания…
Мэтр был одним из четверых слуг, которые не бросили императорскую семью. Мэтр последовал за своим императором в изгнание, готовил еду на всех, сам ходил за продуктами, умудрялся творить чудеса даже из старой гречки и учил девочек, конечно.
Анна его науку запоминала.
Роза Ильинична следила за девушкой с подозрением, но…
Анна прошла на кухню, уверенно повязала передник, закрыла волосы косынкой, принесенной с собой, а потом принялась командовать так, словно всегда готовила человек на сорок.
И вот уже отварены макароны и натерт сыр, уже вымешано тесто для блинчиков, как и положено, с соусом бешамель, с лимонной водой и сливками…
Готовое желе Анне не понравилось, пришлось разбивать ягоды с медом…
Кухарка хотела повозмущаться, но была остановлена строгим взглядом Розы Ильиничны, да ей и самой было любопытно.
Примерно через час аромат готовящихся блюд привлек на кухню всех домашних.
Последними подтянулись Кира и Борис Викторович. А Сталин так и сидел с начала готовки, ловко утягивая из-под рук девушки то кусочек фарша, то сыр…
– Розочка, чем так потрясающе пахнет? – поинтересовался Борис Викторович, заходя на кухню. – Анна?
– Доброе утро, Борис Викторович. Все готово, можно подавать на стол… разве что компоту еще остыть надо, его бы на лед вынести.
– Это я сейчас устрою, – кивнула кухарка.
Анна сняла передник, косынку и принялась мыть руки.
– Ауч! Ты готовить умеешь?
Анна весело подмигнула Кире.
– Понравится – дам рецепт.
– Попробуем, – кивнул Борис Викторович. И отправился за стол.
Анна попросила у Розы Ильиничны контейнеры, отложила вкусняшки для Гошки и поставила в холодильник. И не зря.
Слопали все.
Добавку Борис Викторович просил три раза, на блинчики смотрел обреченными глазами, выпил стакан компота и застонал.
– Анна, вы – ужасны!
Анна подняла брови.
– Как скажете, Борис Викторович. Больше готовить я не буду.
– Аня!!! – Кира взвыла и запихнула в рот блинчик.
– Но тебя научу. Хочешь?
– Хочу!!!
– К примеру, салат из артишоков, помидоров и яблок, заливные грибы, яйцо с рыбой в волованах, рыбный винегрет, уху из стерляди с шампанским, торт с калеными орехами, пирожное из хурмы…
Борис Викторович посмотрел с искренним удивлением.
– Вы все это умеете готовить?
Анна кивнула.
– Умею. Это несложно.
– Да тут одни названия – одуреешь! – высказалась Кира. И слопала еще один блинчик.
– Но – вкусно, – подначила Анна. – Кулебяки, расстегаи, пироги…
– Приготовишь? – попросила Кира с самым умоляющим видом.
– Сегодня я уже не успею. А завтра, если захочешь, могу чему-нибудь поучить. Хочешь слоеный омлет?[18]
– Хочу!
– Ну вот и вставай пораньше, и научу, и приготовим вместе! И пирожное из инжира, к примеру…
– Я сегодня закажу все необходимое, – Роза Ильинична смотрела на Анну если и не с любовью, то хотя бы с уважением. Она оценила, как готовила девушка. Без телефона, без книг, чисто из памяти, и распоряжалась помощниками она вполне естественно, и дай ей волю – и стол бы сервировала легко, домоправительница обратила внимание, как небрежно, привычно Анна поправила салфетки, подвинула цветы и поменяла местами два графина…
Все очень… обыденно.
Она это умеет, для нее все привычно, нормально, спокойно – и в то же время чувствуется,
