Сердце василиска (антология) - Франциска Вудворт
Но Альгарт продолжал неистово палить огнем, его чешуя раскалилась до того, что ледяные оковы испарились, едва коснувшись тела. Взревев, змей бросился на колдуна, в полете разворачиваясь боком. Через миг мощный удар хвоста прилетел в грудь колдуна. Того сорвало с остатков горшка и унесло куда-то очень далеко через гигантские сосны Вековечного леса. Колдун закричал полете, но его крик быстро затих, исчезнув в бескрайнем заснеженном лесу.
Тяжело дыша, Альгарт спустился к проему в скале и хромой поступью вошел в то, что осталось от пещеры. Рана от силового копья колдуна болит, но это заживет. Ему важно другое. Он покрутил головой. Олеся сидит на круглом ложе, обняв колени и испуганно таращится на него. Зато Полечка закричала, кинувшись к нему, хотя и пробежала не далеко из-за пут на ноге.
– Дух леса! Я знала! Знала, что ты нас спасешь!
С непониманием Олеся перевела взгляд с дочки на змея и обратно. Альгарт виновато вздохнул. Покрутив головой, он нашел в темном углу какой-то светло-серый балахон и кувыркнулся через голову. В следующий миг он уже стоял с поникшей головой в этом балахоне перед Олесей, которая таращит на него огромные голубые глаза.
– Ты… – только и смогла выдохнуть она.
– Василиск, – закончил он за неё. – Я собирался об этом сказать, но не знал, как ты на это отреагируешь.
Пока Олеся хлопала ресницами, он в один прием разорвал зачарованные путы на её ноге, отшвырнув в сторону. После чего подошел к Поле и тоже самое сделал с её верёвкой. Девочка кинулась ему на шею.
– Ты самый лучший! Я знала, что ты придешь за нами. Мама не верила говорила, что это все мои вымыслы. Что ты никакой не Дух леса.
– Ну, – отозвался Альгарт. – По правде я действительно не дух леса. Я скорее его безопасность. А Дух, это Лешак. Он вам орехи все время посылает.
Личико девочки стало задумчивым, пару секунд она рассматривала свод пещеры, потом проговорила:
– Значит, ты Дух-защитник.
– Пусть будет так, – улыбнулся он и поднес ребёнка к Олесе.
Та поднялась и приняла девочку, все ещё ошарашенно глядя на Альгарта.
– Значит… Ты и правда змей? – прошептала она.
Он развел руками.
– Так и есть. Если ты после этого захочешь меня видеть, я пойму, ведь…
– Ерунда какая! – прервала его Олеся. – Обо мне никогда еще так не заботились. Мне даже неловко. Я всегда считала, что женщине на судьбе написано таскать коромысла, тяжко работать и обслуживать мужа. А ты мне и дом починил, и дрова рубишь, и вообще помощи столько, что сколько я за всю жизнь не видела. Да какую ж девушку это не покорит? Так ты еще и статный, как божество… Ох, что же это я такое говорю, совсем разболталась… Это все переживаний и смещения… Может я впервые влю… Ну в смысле… Ой…
Осекшись, Олеся покраснела, как зрелая свекла, и уронила взгляд, сама испугавшись своей разговорчивости и откровенности. Но для василиска её слова засияли утренней звездой на востоке и освежили глотком чистой воды в летний зной. Он подхватил их обеих на руки и закружил.
– Вот это подарок для василиска под Новый год! – не веря собственному счастью, выдохнул он. – Вы же мне стали родными. Полечка как дочь, а ты…
Он поставил их на пол и, нервно сглотнув, спросил:
– Ой… А за меня ты пойдешь? За василиска? За Лесного змея?
Повисло недолгое молчание в котором змей впервые услышал, как громко может биться его сердце. Каждый миг тишины показался вечностью, а воздух резко потяжелел и стал густым. Пока он терпеливо ждал, Олеся, зардевшись ещё больше, взглянула на него из-под пушистых ресниц и смущенно кивнула. В этот момент с плеч Альгарта свалилась гора весом в целый мир, он выдохнул так шумно, что Олеся не сдержала хихиканья.
– Ой, у меня же вам новогодние подарки есть! – вспомнил он.
У Поли глаза тут же загорелись любопытством, а Олеся робко поинтересовалась:
– Колдун нас далеко занес. Как теперь обратно добираться.
На это Альгарт загадочно прищурился и спросил:
– Так это не проблема. Красавицы, доводилось вам когда-нибудь летать на василисках?
Новогодняя ночь опустилась на маленькую деревеньку в глуши Вековечного леса тихо и спокойно. С неба полетели крупные снежинки, укладываясь на сугробы свежим пушистым покрывалом. В домиках загорелись желтоватые огни, а морозный воздух смешался с запахами растопленных печей и домашних пирогов. В доме на окраине деревни окна тоже светятся теплом. Лешак подошел к окошку у крыльца и, заглянув в избу, улыбнулся деревянными губами. Там за столом девочка со светлыми косичками и нарядном красном сарафане за обе щеки уминает кусок малинового пирога, а красавица с соломенными локонами крутится у зеркала и рассматривает новые жемчужные бусы на шее. Мужчина сидит напротив и с удовольствием наблюдает за обеими, улыбаясь и время от времени что-то рассказывая. Тогда все смеются.
Леший хмыкнул.
– А говорил, что будет ждать до весны.
После чего поднялся по ступеньками и постучал в дверь. Его пригласили на новогодний ужин и опаздывать ему не хочется, тем более, он не с пустыми руками – у него в туесе целая россыпь лесных сладостей.
Ника Ёрш. Истинная для Василиска
– Не стоит покидать номер. Это опасно, Анна, – напомнил Макс, внимательно посмотрев на меня.
Затем, повернувшись к зеркалу, вставил в глаза защитные линзы. Всем васили́скам приходилось носить их во время выхода в люди, дабы не превратить случайных прохожих в камень.
Несколько раз моргнув, чтобы дать глазам привыкнуть, Макс снова обратился ко мне:
– Вечером вместе поедем в ресторан. Поужинаем. Я забронировал столик на шесть. Тогда и расскажу все тонкости предстоящего дела.
Я кивнула, завороженно глядя на начальника. Да и как иначе? Даже спустя полтора года совместной работы не могла на него наглядеться. Максимилиан Трэйссиаш впечатлял: высокий, широкоплечий, сильный и харизматичный – просто мечта всех женщин. Уверенность сквозила в каждом его слове, в каждом движении. Лучший сыщик Ардиста, таинственный василиск с отличным доходом. Периодически на него вели охоту. Не только преступники, но и дамы, желающие заполучить заядлого холостяка в мужья. Но Макс обожал свободу и красиво уходил от всех.
Он категорически не
