Академия Верховных - Вилен Жи
Моя единственная забота, когда я открываю двери в столовую, – найти Гюго и еще раз извиниться. Я все еще чувствовала острую боль в лопатке из-за того, как сильно меня ударили о библиотечный шкаф, но я не винила его. Даже не могу представить, что бы с ним сделала тогда, если бы он не оттолкнул меня.
Я испытала одновременно и облегчение, и стресс, когда заметила Гюго у буфета. Будто почувствовав мое присутствие, он слегка повернул голову в мою сторону и впился пристальным взглядом. С пустым подносом в руках он несколько секунд разглядывал меня, словно проверяя, в нормальном ли я состоянии, а потом вернул внимание к полкам буфета.
С выпрыгивающим наружу сердцем я прошла вперед. Между нами стояли два человека, но это не мешало мне разглядывать его. Он безучастно наполнил поднос несколькими кусочками пиццы, взял небольшую бутылку воды и направился к своему обычному столу. Он на меня злился, это точно.
В свою очередь я тоже положила себе порцию и присоединилась к нему. Еще мгновение я стояла и прощупывала почву, не зная, зол ли он до такой степени, чтобы отказаться обедать со мной. Тишина. Он выдержал мой виноватый взгляд, но ничего не сказал. Я сделала вывод, что все не так катастрофично, как я думала, и села напротив. Но опять последовала тишина. Я умела признавать свои ошибки и готова была сделать это и сейчас, но тогда почему у меня не получается все исправить? Пугает он меня или что?
Только когда Гюго снова сосредоточился на своей тарелке и откусил пиццу, я наконец произнесла нужное слово:
– Прости.
Как будто никакого нападения несколькими часами ранее и не было, он растянул губы в легкой улыбке. Я ожидала чего угодно, но только не этого.
– Все в порядке, ничего страшного, – ответил он, даже не глядя на меня.
И все?
Я не думала, что он проявит ко мне такое сострадание, и представляла, что наш диалог будет более напряженным и бурным, чем он оказался в действительности. В любом случае, я не сказала ему об этом и тоже принялась за пиццу. Он злился на меня меньше, чем я думала, это главное.
– Но с ночными занятиями нам придется подождать.
Ну конечно. Как я могла подумать, что он будет вести себя так, будто ничего не произошло?
– Но… я же сказала, что мне очень жаль.
Если я не могу рассчитывать на его помощь, что же мне делать? Я уже представила, что будет дальше. Мы будем пересекаться в коридорах или в столовой, изредка перебрасываться парой слов… У меня нет желания избегать его.
Я собралась было открыть рот, чтобы повторить слова сожаления, признать, что сошла с ума этим утром, но Гюго опередил меня.
– Успокойся, Ланеро. Просто я думаю, что лучше бы нам узнать побольше, перед тем как продолжить заниматься улучшением твоих способностей. Это ненормально, что ты такая агрессивная… не говоря уже о…
Он оглянулся, а затем кивнул подбородком на мое левое запястье. Я вздрогнула и спрятала руку под стол, опасаясь, что кто-нибудь может ее заметить.
«Все будет хорошо, ты справишься», – прозвучал его голос у меня в голове.
– У меня нет выбора. То, что только что произошло, больше никогда не должно повториться…
– Все в порядке, – перебил он меня, – нет смысла говорить об этом.
Иногда он мог показаться чересчур прямолинейным. Чем ближе я узнавала его, тем больше замечала, что на самом деле он очень жизнерадостен… в отличие от меня.
– Тогда я могу отблагодарить тебя? – проговорила я, смеясь.
– И как ты собираешься это сделать? – ответил он с той же интонацией.
– Сказав тебе спасибо, конечно же! А ты думал, что я буду облизывать твои ноги?
Я сделала вид, что шучу, но в глубине души знала, что недавно едва это не сделала. Для меня уже немыслимо находиться здесь без него.
Гюго подавился смехом, качая головой, и я сразу же почувствовала себя лучше. Увидев, что я смотрю на него улыбаясь, он внезапно замолчал и как можно более сухо проговорил:
– В качестве благодарности я ожидаю от тебя нечто большее, чем это, котенок!
Глава 15
– Итак, призрак говорит другому призраку: «Эй, у тебя носовой платок за спиной висит». А другой призрак ему отвечает: «Это не платок, это мой сын!»
Когда мы вышли из столовой, Гюго отпустил какую-то очередную нелепейшую шутку – этот цирк продолжался в течение всего обеда. Конечно, все это было ради того, чтобы рассмешить меня, но над последним анекдотом веселился он сам.
– Ты такой дурак!
– Да нет, ты просто не поняла: этот маленький призрак похож на платок, потому что он белый! – подчеркнул он, все еще смеясь.
Поскольку его хорошее настроение было заразительно, я на мгновение улыбнулась, но потом бросила на него угрожающий взгляд.
– Если ты продолжишь, Гюго, мы больше не будем видеться!
– У тебя нет никакого чувства юмора, Ланеро, – проворчал он, останавливаясь в холле. – Ладно, что ты делаешь сегодня днем?
Моя единственная цель на данный момент – отвоевать телефонную будку и поговорить с бабушкой.
– Мне нужно сделать свой еженедельный телефонный звонок, а потом я впаду в депрессию, – усмехнулась я.
Он бросил взгляд на часы на запястье.
– У тебя впереди еще целая четверть часа… Все нормально? Как думаешь, справишься или мне стоит начинать беспокоиться?
– Дело в том, что ты сегодня чертовски забавный… Уверяю, я все переживу… Мне еще нужно заскочить в библиотеку.
Я думала, что мы разойдемся, но он последовал за мной, стоило мне отойти на несколько шагов.
– Мне тоже нужно изучить кое-что, я тебе позже расскажу, – объяснил он, когда я кинула вопросительный взгляд.
Пока мы молча направлялись к библиотеке, из фойе до нас донеслись взрывы смеха. Я вдруг поняла, что с тех пор, как приехала, вошла в ту комнату только один раз, и то не дольше, чем на две минуты. Может, это все-таки я не прилагаю достаточно усилий, чтобы вписаться
